Идти пришлось ещё минут пятнадцать. Мы проходили мимо различных гаражей, некоторые были открыты. В одном из них была обустроена автомастерская, где мужики занимались какой‑то старенькой машиной.

Они, не стесняясь, ругались и чем‑то стучали.

– Да что ты мне суёшь⁈ – раздался голос одного из мужиков. – Я тебе сказал – на четырнадцать ключ!

– А этот на сколько, башка ты дубовая⁈ Глаза‑то разуй!

– Да это вообще не тот, он стёсанный! Не видишь, что на нем нацарапано? Перепил? Я его использую как на пятнадцать!

Тот в ответ что‑то пробубнил, и я услышал какой‑то грохот. Словно сверху упал ящик с инструментами.

Кузнец, проходя мимо них, слегка задержался. Он на секунду остановился, крутанул свой молоток в руке, а потом пошёл дальше. Только угрюмо хмыкнул.

Мы дошли до нужного гаража. На красных воротах уже облупилась краска, а крыша была слегка покосившаяся. Внутри нас уже ждал худенький старичок в выцветшей куртке и старой кепке. Он сидел на табуретке и, когда мы подошли, поднял на нас глаза, после чего слабенько улыбнулся.

– Добрый день, – начал я. – Мы по поводу сдачи гаража.

– Ах да, я уж было вас заждался, – ответил старичок, поправляя кепку.

– Далековато ехать пришлось. – Сказал я, оглядываясь.

– Ну да, я понимаю – кивнул он. – Не близко чай… Гаражи‑то на окраине.

Я осмотрелся. В целом здесь было неплохо. Гараж, как гараж. Небольшое помещение. По всем углам паутина. Повсюду валялся старый хлам. Ржавые вёдра, куски труб, пара сломанных стульев и какие‑то доски. На потолке были видны старые подтёки от воды. А кирпичи уже выглядели так, что могут вот‑вот рассыпаться. Но в целом всё примерно так, как я и предполагал.

Только вот с горном, конечно же, проблемы возникнут. Я снова обратился к старичку.

– Слушайте, нам гараж на самом деле нужен не для того, чтобы сюда машину ставить. Мы бы хотели тут обустроить небольшую мастерскую. Так, для себя… молотком постучать. Ну и всё такое.

– Да, понимаю, – старичок кивнул. – Мало кто захочет оставлять свою машину так далеко от центра города.

– Ну да, – почесал я затылок, чувствуя неловкость. – Вы, если что, не против будете? – решил я заранее предупредить.

– Да мне в целом чай уже без разницы. – Махнул он рукой. – Делайте что хотите. Только постарайтесь, чтобы гараж остался цел.

– Да, естественно, – кивнул я.

После этого вопросительно посмотрел на Прохора и еле слышно уточнил.

– Ну, как, пойдёт? Только с горном тебе придётся что‑то решать.

Было бы странно если тут оказался горн с наковальней.

– А что решать? – ответил кузнец, осматриваясь с деловым видом. – Вон кирпичи сложу. С наковальней решу, на. Осталось только горелку достаточно мощную найти.

– Угу, – кивнул я. – Вот и славно.

Я снова посмотрел на старичка и заговорил.

– По цене, всё как в объявлении, верно?

При этом мне даже не хотелось с ним торговаться. Я и так понимал, что он сдаёт гараж уже очень давно и цена у него стоит минимальная, по низу рынка. Поэтому не было абсолютно никакого желания торговаться. Деньги, которые я заплачу, были копейками по сравнению с тем, что мог бы стоить такой объект в нормальном районе.

– Да, верно. – Ответил он, и мне показалось, что он даже сам готов был скинуть цену, лишь бы мы не передумали. Но я не стал заставлять его переживать и просто достал деньги.

Отсчитал примерно половину от того, что принёс Савелий, и передал ему.

В этот момент старичок еле заметно улыбнулся и передал мне ключи от двух замков с большим кольцом. После чего он с некоторой грустью посмотрел назад, осмотрев свой хлам, который годами лежал в этом гараже. Вздохнул и просто вышел.

– Если возникнут какие‑то вопросы, я на телефоне, – произнёс он уже на пороге.

– Хорошо, – кивнул я.

Когда он ушёл, я снова обратился к Прохору, который уже с интересом разглядывал стены и пол.

– Слушай, ты уж постарайся действительно не развалить этот гараж. Хорошо?

– Всё будет как надо, на. – Ответил кузнец и, не глядя на меня, принялся складывать кирпичи специальным образом.

Алексей шёл по длинному коридору полицейского участка. Стены здесь были выкрашены в тусклый зелёный цвет. Чуть дальше лампы под потолком начали мерцать, но его это нисколько не смущало.

В какой‑то момент это помещение начало больше напоминать некий подвал, нежели полицейский участок. Но Алеша точно знал, всё самое важное и скрытное должно находиться именно в таких местах.

Ведь его направили в самый важный отдел. Не куда‑то там… а в то самое место, где люди пытались разобраться в делах, которые никто не мог решить, кроме них.

Алексей был воодушевлен. Он шел с гордо поднятой головой и наконец‑то уткнулся в конец коридора. Он немного постоял, чувствуя атмосферу нерешенных дел, а потом открыл дверь. Со скрипом.

Молодой парень осмотрелся.

За столами сидели одни старики. Их лица были изрезаны морщинами, волосы седые или вовсе отсутствовали, а на столах громоздились стопки папок с пожелтевшими бумагами.

Ух! Опытные мужики! – подумал он про себя. – Сюда кого попало не пошлют!

Правда, те выглядели так, будто бы дослуживают просто по инерции, из‑за того, что не хотят выходить на пенсию. Кто‑то из них дремал, склонив голову над столом, кто‑то читал старую газету. Но Алёша был доволен как никогда.

На него поднял взгляд один из мужиков, за центральным столом.

– О, прибыл. – Заговорил он. – Наконец‑то, мы тебя заждались.

С улыбкой до ушей Алексей прошёл между столами и с каждым поздоровался за руку.

– О, а вот и наш новенький, – произнёс коренастый мужик с густыми седыми усами. – Ну что, готов служить?

– Ещё как готов! – Отчеканил он, расправив он плечи.

Остальные старики подняли головы и с любопытством посмотрели на него.

– Вот и славно. – кивнул Степан. – Дела сами себя не сделают.

– А какое моё первое дело⁈ – Загорелся Алексей.

Степан сделал вид, что задумался. Почесал затылок и на его лице появилось хмурое выражение. А спустя несколько секунд наконец произнёс:

– Твоё первое дело – очень важное. Только вот… – он снова задумался, склонив голову набок, – справишься ли ты?

– Справлюсь! – чуть ли не рявкнул Алексей.

– Ну, хорошо тогда, верю. – Степан кивнул в сторону угла комнаты. – Вон, кофе видишь? Стоит. Подай‑ка мне его.

Алексей бросил взгляд на кофе. Затем посмотрел на хмурого Степана, который уже откинулся на спинку стула и ждал. Алексей направился за кружкой, взял её и аккуратно, чтобы не расплескать, поставил на стол перед Степаном. После этого он заговорил с неподдельной серьёзностью.

– Мне нужно самое сложное и самое важное дело! Я готов работать!

Степан вздохнул и еле заметно покачал головой. Он взял кружку, отпил глоток и поставил её обратно.

– Слушай, да у нас тут все дела самые сложные, – сказал он, обводя рукой комнату, заставленную шкафами с папками. – Ты же знаешь, что тут находятся «висяки», которые годами не раскрывают.

– Конечно же, знаю! – задрав подбородок, произнёс Алексей. – Именно поэтому я и здесь! Чтобы помочь вам в самых сложных делах!

– Да‑а… Не соврал, Игорич, – хмыкнул Степан. – Ну ладно, раз так…

Он кивнул куда‑то на одну из верхних папок, которые стояли стопками на шкафу у стены. Папки были старыми, пыльными, с потёртыми корешками.

– Вон, видишь? – Степан указал пальцем. – Возьми третью сверху.

Алёша тут же подошёл к шкафу, привстал на цыпочки и достал папку. После чего уселся за свободный стол и принялся читать. Он перелистывал страницы, морща лоб.

– Слушай, Степан, а что там? – обратился к нему один из стариков.

– Да хрен его знает, – пожал тот плечами, ответив еле слышно. – Сам без понятия. Но дело очень важное! – Чуть громче добавил он. – И его до сих пор никто так и не смог раскрыть!

В этот момент Алексей нахмурился ещё сильнее. Он читал, хмыкал и принялся постукивать указательным пальцем по столу. Он вернулся к первой странице и медленно перечитал её. А потом на его лице появилась привычная улыбка.