– Потому, что водой разбавлено, – хмыкнул Павел Олегович. – Что с Алисой?

– С кем?

– С моей бывшей секретаршей.

– А‑а‑а‑а… Нормально все, – пожал плечами Тоха. – Деньги отдала. Мы ее к хорошим людям пристроили. В казино. Работает.

Козлов удивленно поднял бровь и спросил:

– А я для чего на нее наводил? Чтобы она хорошо устроилась? – стараясь сдерживать раздражение произнес он.

– Я не понял, ты предъявить за нее хочешь? – хохотнул Тоха. – Так, это не мне. Это Харе предъявляй. Он так решил.

Бизнесмен недовольно втянул воздух через нос, затем медленно выдохнул и произнес:

– Ладно… Хрен с ней.

– Да, я тоже думаю, че ты паришься? – уголовник закинул еще одну фисташку в рот и отпил из кружки. – Ты лучше скажи, что с деньгами?

– Нормально все. Как договорились. В конце квартала.

– А раньше никак? – сморщился Тоха. – Харя недоволен и волнуется.

– Пускай Харя изучает бухгалтерию. Отмывать деньги – это не лохов на деньги разводить.

– Ну, не скажи‑и‑и‑и‑и… – протянул Тоха. – Тут тоже уметь надо.

– Уметь надо, – хмыкнул Павел Олегович. – Харя где? Я договаривался с ним встретиться, а не…

– Ты давай, не быч, – глянул на него исподлобья Тоха. – У Хари не окно в конторе. Просто так он не принимает. Понимать должен – не проходной двор. Говори, чего надо. Я передам. Если надо будет – пригласит.

– Ля, какая фифа… – усмехнулся Козлов. – Прям, министр, лять! А сразу переговорить никак?

– Слушай, ты к нам пришел, да? – уголовник взял фисташку, закинул в рот и вопросительно уставился на Козлова.

– Да, я пришел.

– Ну, а че ты тогда ерепенишься? Если бы я к тебе пришел, я бы по твоим правилам играл. Вон, даже костюм надел бы… – кивнул он на Павла, а затем усмехнулся и взял кружку. – Да, не… Херня какая‑то.

Павел Олегович откинулся на спинку стула, осмотрел заведение, а потом уперся руками в столешницу.

– Ладно… Будь по твоему.

– Ну, вот! Так бы сразу… А то кобенишься. Чего надо?

– У моей фирмы есть конкурент. Маленький, слабый, но в последнее время сильно на пятки наступает.

– Директора прижать? – вопросительно приподнял бровь Тоха.

– Нет. Одного работника. Он у них всю компанию тащит. Надо поломать его. Пригрозить. Может мозги на место встанут, перейдет ко мне.

– А денег дать не проще ему? – усмехнулся Тоха. – Сложновато как‑то замутил.

– Предлагал. Отказывается, – сморщился Павел Олегович.

Тоха хмыкнул, закинул еще одну фисташку и пригубил пива.

– Ну, если так, то да… – тут он глянул на бизнесмена и спросил: – Сколько?

– Пятьсот. Чистым налом. Сразу, – спокойно ответил Козлов.

Уголовник кашлянул, заглянул в кружку и поднялся, после чего произнес:

– Посиди тут. Схожу посоветуюсь. Пивка себе возьми пока.

Тоха направился в сторону туалета, но не дойдя до него, свернул в подсобку, где и скрылся.

Павел Олегович тяжело вздохнул, постучал пальцами по столешнице, после чего нагнулся и понюхал пиво.

– Моча ослиная… – буркнул он и достал телефон. – Как свиньи, ей богу… Что попало в себя льют.

Минут десять он листал мессенджеры с сообщениями, пока наконец не вернулся Тоха.

– Пошли. Он с тобой встретиться хочет.

Козлов поднялся и направился за ним.

Пройдя через каморку, они оказались в узком коридоре, который их вывел в комнату, где за столом, в деревянном кресле, на манер трона, сидел Козлов.

– Здравствуй, Паша, – с улыбкой произнес он, но не поднялся. Он лишь указал на стул перед столом. – Тоха мне тут напел, у тебя проблемы.

– Затруднения, – спокойно ответил Козлов и уселся на стул, сразу почувствовав себя неуютно.

Стул был чуть ниже, попроще и максимально неудобный.

– У нас тоже… затруднения, Паша, – вздохнул Харя. – Представляешь, всегда держал под рукой пятьдесят тысяч, как заначку. Мало ли что. А тут бац… И миллион вывалить пришлось.

Павел Олегович хмыкнул.

– И началось у нас… Как это по умному…. Кассовый разрыв, да? – подался вперед Харя. – Мне нужны деньги, Паша. Чистые.

– Все будет в срок, как и договаривались, – спокойно произнес Козлов. – В конце квартала, когда пройдут все отчеты и налоги. Пока трогать эти деньги нельзя.

– Знаю, Паш… Знаю, но обстоятельства диктуют свои условия.

– Обстоятельства отправят вас на нары. Не за преступления, а за неуплату налогов, а там… Знаете как бывает? Взяли за налоги и повесили еще что‑нибудь.

– Я чист перед законом…

– Все всё знают. Все всё понимают. Придумают что‑нибудь, – хмыкнул Павел Олегович. – Отмыв денег – дело хлопотное и не быстрое. Не ломайте схему и все будет хорошо.

Харя откинулся на спинку своего кресла, недовольно поджал губы и кивнул.

– Хорошо. Мы можем подождать. Тем более конец квартала на носу, – тут он перевел взгляд на Козлова и спросил: – С чем у тебя затруднения?

Бизнесмен вздохнул, откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу.

– Есть конкурирующая фирма. Слабая, звезд с неба не хватает. У них третьесортные ликвидаторы, только вот… – тут Павел олегович поджал губы. – Есть у них один работник. Работает грамотно, четко и в самую точку. Умный и расчетливый зараза.

Харя хмыкнул и едва заметно улыбнулся.

– Я пытался его переманить, зарплату кратно больше, но он нос воротит.

– И что ты хочешь от нас?

– Хочу, чтобы вы ему объяснили, что некоторые просьбы являются приказами, – глядя в глаза Харе произнес Козлов. – Физическим воздействием. Лучше с переломами рук и ног.

Харя тяжело вздохнул, глянул на Трофима, что стоял рядом, а затем на Тоху, что примостился у двери.

– Может кардинально решить вопрос? – спросил главарь банды. – Навсегда.

Павел Олегович задумался. Секунд десять он крутил в голове варианты, после чего отрицательно мотнул головой.

– Нет. Есть шанс, что у меня получится его переманить. Он хоть и говнюк, но специалист хороший… Слишком хороший.

– Но не твой, – хмыкнул Харя. – Сколько ты предлагаешь за это?

– Пятьсот тысяч. Чистым налом.

Харя упер локоть в подлокотник уперся на кулак щекой и задумчиво спросил:

– Пол мульта, за поломанные ноги непонятно кому… – произнес он, выдержал паузу и спросил: – В чем соль? Кто он такой, что ты готов платить такие деньги за поломанные кости?

– Фирма наступает на пятки и…

– Ты это у себя там в кабинете рассказывай. Я же вижу, что тут что‑то не то.

Павел Олегович тяжело вздохнул, выдержал пристальный взгляд уголовника и произнес:

– Это фирма бывшей жены.

Тут Харя пару раз хлопнул глазами, затем хохотнул и глянул на подручных.

– Ну! А я вам что говорил? – с улыбкой произнес он. – Все! Все проблемы у мужика из‑за баб!

– Так, из‑за денег еще… – подал голос Тоха.

– А когда из‑за денег, то за деньгами опять баба! – пригрозил ему пальцем Харя и глянул на Козлова, что недовольно поджал губы. – Что, женушка бывшая задницу тебе припекает, да? Свое берет?

– Доставляет неудобства, – нехотя буркнул Козлов.

– Доставляет неудобства… – на выдохе повторил главарь и и кивнул. – Ладно. Что у тебя есть на этого специалиста? Кто он, что он, где он?

Козлов тут же залез во внутренний карман пиджака, достал сложенный лист и положил на стол.

– Обычный парень. За ним никого нет. Живет на улице Победы Капитализма.

Харя взял лист, развернул и замер, уставившись на фотографию Главгера. Секунд пять он сидел не двигаясь и даже не дыша.

– Надо сделать в ближайшее время, чтобы…

– Нет, – отрезал Харя и бросил лист с фотографией обратно на стол.

– В смысле… нет? – удивленно глянул на него Козлов.

– В прямом. Нет. Мы не будем этим заниматься, – отрезал Харя.

Павел Олегович удивленно глянул на Харю, а затем перевел взгляд на Трофима, что замер, потянулся к пистолету на поясе и побледнел.

– Полмиллиона, – повторил Козлов, но встретив тяжелый взгляд уголовника тут же добавил: – Семьсот!

– Ты не понял, – произнес Харя. – Дело не в цене.