– Тот, кто своими руками строит свое будущее, – мягко улыбнулась Светлана, поправив свой рабочий пиджак.

– Да, но… Свет, нельзя же так загоняться, а?

Елена оглядела зал, махнула официанту и как только тот оказался рядом тут же сделала заказ:

– Нам какого‑нибудь вина красного сухого.

– Марка? Могу предложить…

– Без разницы, – отмахнулась подруга. – И сделай нам закусок. Что‑нибудь с сыром и рыбой.

– Сейчас все сделаем, – кивнул ей парень и скрылся.

– Рассказывай, как ты вообще?

– Ну, моя компания…

– Да, причем тут она. Это потом. Я про тебя спрашиваю. Как у тебя дела? Нашла себе кого‑нибудь? Или…

– Я все время на работе, Лен, – тяжело вздохнула Светлана. – Я к тебе выбралась только потому, что неделю работала сверхурочно. Готовилась к этому дню.

– Света‑а‑а‑а‑а… – покачала головой Елена. – Ты ведь знаешь, что от работы даже кони дохнут? Тебе надо развеяться. Интрижку какую‑нибудь на стороне, в отпуск на море и…

– Твои бы слова, да богу в уши… – вздохнула Нитакая. – Это с Пашей я еще могла как‑то отдыхать. Хотя бы раз в год. А когда все тащишь сама…

– Ну, научись делегировать, – пожала плечами подруга. – Ты ведь понимаешь, что не сможешь всегда все тащить, так?

– Тоже верно, – устало вздохнула Светлана, наблюдая как подошедший официант разливает по бокалам вино красного насыщенного цвета. – Но сейчас у меня важный период. Дела пошли в гору.

– М‑м‑м‑м! – оторвалась от вина подруга. – Это же твоя команда Белые тапочки? Ту, которую все обсуждают в интернете?

– Моя, – улыбнулась Светлана. – С ними очень тяжело, но…

– Слушай, я не знаю, что тебе стоило так их выдрессировать, но выглядит все так, словно им плевать на популярность. Они вроде как настоящие работяги. Каждый со своими тараканами, но общий фон… М‑м‑м‑м‑м… Серьезно – режиссеру надо премию на кинофестивале выдать.

Нитакая тихо рассмеялась, а затем молча кивнула, не желая выдавать всей подноготной.

– Я ему передам.

– Слушай, а можешь… – тут подруга пригнулась поближе к Светлане и полушепотом произнесла: – Можешь достать номер Эдика? Ну, который примус?

– Э‑э‑э…? – удивленно глянула на нее Нитакая.

– Я знаю, что ты можешь считать его не красавцем, но как он огнеметом орудует с сигаретой в зубах, весь потный в гари… – тут Елена даже заерзала на стуле.

– Лена! Прекращай! Я знаю, что ты легка на подъем, но там все семейные!

– Жена не стена – подвинется, – с обидой буркнула подруга.

– Нет. Пока проект идет – никаких левых телодвижений, – строго предупредила Нитакая. – Это не обсуждается.

– Бли‑и‑и‑н! Светка, ну ты…

– От этого зависит стабильность работы моего проекта. Это большие деньги и перспективы, Лен.

– Ну, ла‑а‑а‑адно, – протянула подруга, пригубила вина и с прищуром глянула на нее. – У тебя есть кто‑то из этой команды?

– Что? Нет! – возмутилась Светлана Сергеевна. На секунду она запнулась, вспомнив про Геру, но тут же взяла себя в руки и строгим голосом заявила: – Я личное и работу не мешаю!

– Ну, и что? Подумаешь интрижка… – фыркнула Елена. – Тогда… режиссер, да? Или у тебя новенький работник? Смазливый мальчик? Или брутальный…

– Лена! – возмутилась Нитакая. – Нет у меня никаких интрижек! С чего ты вообще…

– Света‑а‑а‑а‑а… – протянула подруга, уперлась локтями в стол и пригубила вина. – Ты себя видела?

– Что со мной не так? – смутилась Нитакая. – Я…

– У тебя уши горят, а глаза так и блестят. Ты влюбилась!

– Нет, я не…

– Кто он?

– Никто! Я…

– Не хочешь говорить – не надо. Только себе хоть не ври, – фыркнула подруга и протянула бокал. – За правду! Хотя бы самой себе!

Светлана Сергеевна взяла бокал, глянула на подругу и хмуро произнесла:

– За правду…

Я кое‑как дотащил коробку до подъезда. Руки уже отваливались, спина ныла, а каждый шаг давался с трудом. Коробка оказалась действительно тяжёлой. Если не просто поднять и опустить, а действительно нести её. В итоге, я успел запыхаться и несколько раз пожалеть, что не продумал подобное заранее.

Я поставил коробку на лавочку, рядом со своим подъездом и тяжело выдохнул.

– Фууух… блин, – произнес я, вытирая пот со лба.

После чего с хрустом разогнул спину, вместе с этим скорчив лицо.

А ведь у меня есть помощники, и мне не обязательно таскать всё это в одиночку. Только вот было бы странно, если бы кто‑нибудь заметил, как два одинаковых меня тащат одну коробку.

– Ну да ладно, – продолжил я, разминая затёкшие плечи, – попробуем и в этом найти свои плюсы.

Буду считать это очередной тренировкой. Всё‑таки мне скоро предстоит куда более сложная и опасная работа.

В этот момент из подъезда вышла Драздраперма Капитолина. Она недовольно посмотрела на меня, прищурившись. И, проходя мимо, еле слышно себе под нос пробурчала:

– Опять этот содомит проклятый.

Да, точно. Хорошо, что она о себе напомнила.

Я ещё и с прошлого раза понял, раз уж она обращалась к участковому, то просто так не успокоится. А когда она моей маме позвонила, то в этот момент она перешла черту.

Придётся действовать самому, чтобы и дальше не терпеть её выходки.

Я чуть расправил плечи и, стараясь говорить как можно вежливее, с улыбкой произнёс:

– Как ваше здоровье? Я тут слышал, что вам мерещиться всякое начало…

– Чегоо?.. – Даздраперма резко посмотрела на меня. – Это чегой‑то ты выдумал? Ничего мне не мерещится. Ты бы лучше поменьше домой водил к себе всяких. А не наговаривал на старушку.

– В том‑то и дело, – я почесал затылок, невинно улыбнувшись, и пожал плечами. – Я же никого не вожу. Значит, вам мерещится. Вам, может, побольше отдыхать надо?

– Это не твоё дело, что мне надо, – пробурчала бабка, усевшись на скамейку.

– До свидания.

Я поднял свою коробку и зашёл в подъезд. Соседка в это время проводила меня недовольным взглядом. И снова что‑то проворчала себе под нос.

Когда зашёл домой, все уже успели вернуться, и слава богу. Я с грохотом поставил коробку на пол, и снова с кряхтением разогнул спину, держась за поясницу. После этого сделал несколько круговых движений тазом.

Я повесил куртку на вешалку и не обращая внимания ни на кого, сразу же прошел в ванну. Помыл руки и ополоснул лицо прохладной водой. Уже стало получше. После чего вернулся в зал, где сидели все остальные и плюхнулся в кресло, вытянув вперёд ноги.

– Как же я сегодня задолбался. – Выдохнул я, прикрыв глаза на секунду.

– Чем занимался? – с улыбкой обратился ко мне Алексей. Он сидел на диване, болтая ногами. Да и в целом выглядел так, будто у него был один из лучших дней в жизни.

– Да вот за броней сходил, – кивнул я на коробку. – Да и вам кое‑чего тоже прикупил.

– О! Нам это хорошо. А что именно? – заинтересованно произнёс Жора.

– Думал вот, чем вы сражаться‑то будете. В магазине посмотрел, сколько стоит оружие для ликвидаторов, и решил, что вам копья подойдут. А они там аж по сто восемьдесят тысяч.

Жора в этот момент присвистнул. А Толя задрал брови.

– Ну, в итоге одна идейка пришла в голову. – Продолжил я говорить. – Прикупил штык‑ножей. А копья мы и сами соорудим. Так, ведь? Да, это, конечно же, не магическое оружие, но и не палка с гвоздём. Короче, лучше, чем ничего. А у вас как прошёл день?

– У меня просто супер! – тут же заговорил Алексей, словно только этого и ждал. Его глаза загорелись ещё ярче. – Я сегодня играл в обнимашки с человеком, за которым гналась полиция. Представляете?

– В смысле? – я нахмурился, пытаясь переварить услышанное. В голове у меня прокрутилась довольно неоднозначная картинка. А потом я сделал вывод. – Ты поймал какого‑то преступника?

– Да нет, Гера, – рассмеялся Алексей, размахивая руками. – Говорю же, играл в обнимашки. Ну, вообще‑то да, он оказался преступником, – хмыкнул он, пожимая плечами. – Но это было весело!