– Погнали, на!

Динь!

Бум!

Динь!

Бум!

Ритм держался ровно, кузнец готовил свои первые, пробные заготовки под оружие. Простое, вроде скандинавской секиры, но металла нормального не было. Да и не планировал Прохор хорошего топора. Кузнец обкатывал технику и технологию изготовления такого топора.

– В горн! Остыло, – скомандовал Прохор.

Лев тут же взял клещи и отправил заготовку в огонь. Прохор же вытер пот со лба и глянул на девушку, что стояла в ворот молча и поглядывала на него. В какой‑то момент, она приподняла бутылку с водой и вопросительно глянула на него.

Кузнец подошел, взял бутылку из ее рук и сделал несколько больших глотков.

– Как звать, говоришь?

– Людмила.

– Людка значит, – кивнул Прохор.

Девушка хотела было податься вперед, но Прохор остановил ее одним взглядом.

– Пока работаем – в кузню ни ногой.

Девушка недовольно поджала губы, но не сделала и шага.

– Лев, – обернулся Прохор к парню. – Заводи шарманку. А то как нелюди в тишине.

Парень улыбнулся, тут же включил колонку и, подцепив к ней телефон врубил мелодию. Заорали гитары, народ, что собрался у входа как на представление, оживился.

– Работаем! – перекрикивая металл, произнес Прохор.

Лев тут же вытащил заготовку из горна и положил на наковальню.

– Погнали, на!

Динь!

Бум!

Динь!

Бум!

Динь!

Бум!

В ритм барабанам, под мелодию, ровно, осторожно проковывая заготовку. Сменилось еще две мелодии, во время которых кузнец с подмастерьем умудрялись менять ритм, под стать музыке. Обычная, тяжелая работа кузнеца и молотобойца внезапно превратились в своеобразное шоу, за которым все наблюдали.

– Туши! – скомандовал Прохор, когда вторая заготовка была готова. – Заканчиваем. Уборка.

Лев принялся за уборку, попутно раскладывая инструмент. Прохор же снял фартук, повесил на гвоздь и вышел на свежий воздух.

– Мужик, это было круто! – подошел к нему парень в косухе и бандане.

– Реально, как дополнительный инструмент, – подошел второй.

Лида же скользнула за его спину, пристроилась справа и зашептала в ухо:

– Ты где‑то качаешься или у тебя такие мускулы от молота?

Прохор хмыкнул, глянул на девушку и произнес:

– От молота.

Тяжело вздохнув, не обращая внимания на толпу, что продолжала гомонить, он прошел к гаражу напротив, открыл калитку и вошел внутрь. Пара щелчков и ворота начали открываться.

– Блин, они реально, металл под металл ковали, – выдал кто‑то в толпе, но тут все умолкли обнаружив студию с барабанами и оборудованием в открывшихся воротах.

– Реально⁈ – чуть не взвизгнула Валя.

– Твою мать, они реально тут же репетируют!

– А так можно было?

– А че нет?

В этот момент из кузницы вышел Лев, закончивший с уборкой. Парень прикрыл ворота, закрыл калитку и подошел Прохору.

– Заводи шарманку, – кивнул он на рубильник и комбик. – Рубанем малехо… Люди просят.

Лев, с улыбкой до ушей кивнул, рванул рубильник и снял со стены гитару.

– Репертуар у нас не богатый, – громко произнес Прохор, взяв барабанные палочки. Он уселся на стул у установки и глянул на Льва.

– Шкуры, – усмехнулся парень. – Шкуры, от Адской кузницы!

Парень вдавил примочку ногой и ударил по струнам.

– Продажные шкуры! – крикнул он.

– На! – отозвался Прохор.

Рыжий металлист подошел к бару, где собиралась их тусовка. Сегодня они со своей группой должны были выступать.

Ну как выступать… Так, междусобойчик, который проходил одни‑два раза в неделю.

Он зашел внутрь и удивленно замер с раскрытым ртом.

Если раньше здесь можно было удивляться различным погромам и редким дракам по вечерам, то сейчас всё было ровным счётом наоборот. Он уставился на пустоту и удивлённо хмыкнул. Посетителей вообще не было. Только один толстый мужик лежал лицом в салате и сопел.

Металист прошёл к стойке, сел и кивнул знакомому бармену:

– Здорово, Димон, – ответил тот.

– А что здесь произошло? – уставился он на бармена. – Какая‑то проверка, что ли, нагрянула? Или менты повязали кого?

– Да нет, – отмахнулся бармен. – Все люди ушли в гаражи.

– Не понял, – хмыкнул Димон. – Какие ещё на хрен гаражи?

– Так ты это… не слышал разве про новенькую группу «Адская кузница»?

– Да, было дело, на фестивале они выступали. Сейчас ещё в интернете куча нарезок с ними.

– Вот. Они, короче, как оказалось, в гаражах на окраине города обитают. Толстый Кот про это пронюхал. Вот теперь туда все и ломанулись. Уж не знаю, чего они там хотят, то ли концерт будут давать, то ли что… – протянул бармен.

– Они ж совсем зелёные.

– Ну, зелёные не зелёные, а как видишь, народ они зацепили. Значит, есть чем. Да и чувствуется от них особая такая атмосфера… Я бы и сам пошёл туда посмотреть, только вот работа. Если оставлю бар, Тоха, думаю, не обрадуется.

– Мда‑а‑а… – снова протянул он, после чего кивнул на мужика в салате. – А этот что?

– Да его вроде как тоже с собой хотели потащить, но походу забыли.

– Ну да, забыли. Или поняли, что просто не дотащат, оценив свои силы.

Димон тяжело вздохнул, снял гитару со спины и прислонил к барной стойке.

– Наше выступление отменяется, получается?

– Так все твои тоже там.

– Ахренеть они придурки.

– А перед кем выступать‑то? – Бармен обвел помещение взглядом и кивнул на Рому. – Если только вот… но он походу не оценит. Я даже телевизор убавил. Пусть хоть выспится.

– Ясно. Плесни мне, что ли, чего‑нибудь.

– Тебе чего покрепче? – произнёс тот, протирая стакан.

– Ну да.

Димон ещё раз осмотрел бар, вспоминая все передряги, которые тут случались. Сколько музыки они сыграли, сколько драк тут было. После чего грустно вздохнул и еле слышно произнёс:

– Эх, походу ушла эпоха…

Он вспомнил, как они начинали. Когда‑то по молодости на трубах сидели, а потом вот до баров дошло и небольших концертов. А теперь вот гаражи, значит…

Хотя, может, что‑то в этом и есть, – хмыкнул он, опрокинув стакан.

– Так… – оглядела кабинет Светлана и повернулась к Жоре. Женщина уперла руки в бока и указала на чехол, что висел на вешалке. – Вон там, в черном чехле, твой костюм. В белом – мое платье.

Жора подошел к вешалке, взял оба чехла и подошел к Нитакой.

– Держи, – протянул он ей платье.

Женщина взяла чехол, подошла к столу и сняла пиджак.

– Я это… – смутился Жора, поняв, что Светлана собирается переодеваться прямо тут. – Я в туалете пойду переоденусь.

– Еще чего, – глянула на него женщина. – Еще не хватало пятна какого‑нибудь. Этот костюм стоит твоей зарплаты за полгода.

Жора с опаской глянул на чехол, потом на Светлану и произнес:

– Так, как я…

– Стесняешься? – усмехнулась Нитакая и кивнула на аккуратно собранные шторы в углу кабинета. – Вон, за них зайди, если такой стеснительный.

Жора недовольно глянул на Светлану, затем на закрытые жалюзи окна в офис, где не было по сути ни одного кабинета.

– Ну, не в бухгалтерию же идти, – пробубнил он и спрятался за шторой.

Парень быстро начал переодеваться. Сначала снял свою одежду, аккуратно сложил ее на подоконнике, затем расстегнул чехол и начал по порядку одеваться.

– Блин, даже носки с туфлями, – произнес он, заглянув на дно чехла.

Справившись с костюмом, он застегнул все пуговицы и выглянул из‑за шторы. Она уже хотел было открыть рот, чтобы рассказать ощущения, но тут его взгляд упал на светлану.

Она стояла спиной к нему, в одних кружевных черных трусиках. Его взгляд скользнул по ее ногам, затем ягодицам, потом поднялся на талию и пошел дальше вверх, к ее оголенной шее. Волосы она собрала в култышку, чтобы не мешали.