– Ну да, я уже догадался.

Лёша продолжал радостно лыбиться и снова перемотал ролик на начало, где Тоха пытался отдышаться, а Трофим только вылез из машины, пытаясь сообразить, что дальше делать.

– Хрена себе, что вы вспомнили, – заговорил Толя, тоже подойдя к нам.

– Ты откуда взял это? – Продолжил я.

Я же помню, что там стояла только бутафорская камера и больше ничего не было.

– Так я же это… когда раскрывал дело об убийстве маньяка, нашёл все видеозаписи. – Гордо произнес Алеша.

– Молодец какой…

– Прикиньте, как давно это было. Точнее было‑то совсем недавно, но ощущение такое… – Снова заговорил Жора.

– Да уж. Слушай, Лёх, ты бы удалил это. – Произнес я. – Нам как бы такое палево вообще ни к чему.

– Да, конечно, Гера, – усмехнулся он, уже в третий раз глядя на то, как давят Жору.

Тот скривился и отошёл к зеркалу, примеряя костюм на работу.

Я по итогу решил не доверять Лёше и сам удалил видеоролик, после чего обратился к нему:

– Слушай, Лёх, мне тут надо позвонить, но я не знаю одну цифру. Набери любую.

– Прям любую? – произнёс он.

– Да, любую.

Я хотел было сначала сказать ему «кроме первых трёх цифр, включая ноль», но потом решил не давать ему никаких ограничений. Он тут же наобум нажал на восьмёрку и радостно улыбнулся.

– А почему восемь? – спросил я.

– А почему нет? – ответил он, продолжая улыбаться.

– Ну да, логично. Ладно, ты давай тут не засиживайся, тебе ж тоже на работу скоро.

– Да, я знаю, Гер, сейчас только позавтракаю.

– Ага.

Я снова сел на диван и принялся звонить по номеру. Спустя секунд пятнадцать мне ответили:

– Алло?

– Алло, здравствуйте, я вас беспокою по поводу продажи участка на Молочной ферме. Я правильно попал?

– Да, – произнёс старичок.

– Наконец‑то! – радостно выдохнул я. – А можно узнать детали? За сколько вы его продаёте?

– Сто пятьдесят тысяч, – выдохнул он. – Но это минимальная цена. И так продаю в пять раз дешевле, чем покупал, – слегка расстроенно произнёс старичок.

– Да, я понимаю.

Сперва хотелось с ним немного поторговаться, учитывая, что всё‑таки там появляются прорывы, но потом понял, что, во‑первых, об этих прорывах никто не должен знать. А во‑вторых, несмотря на то, что таких денег у меня нету, я и так понимал, что это действительно очень дёшево, учитывая, что это пусть и окраина, но всё же городская земля. Да и не люблю я обманывать пожилых людей.

– Хорошо, я как соберу деньги, снова позвоню вам.

– Понял, буду ждать, – хмыкнул старичок.

После этого я сбросил звонок. Ну наконец‑то. Я посмотрел на Савелия и обратился к нему:

– Слушай, участок стоит сто пятьдесят тысяч. Что мы с этим можем сделать?

Савелий задумался, подбивая в уме наши финансы, а после еле заметно хмыкнул и произнёс:

– Ну, если мы будем есть только рыбу и по выходным дошираки, тогда… – тут он замолчал.

– Тогда у нас вырастут жабры! – радостно расхохотался Алёша.

– Нет, тогда мы года через два сможем купить эту землю.

– Да ну на хрен! – произнёс я. – Какая ещё рыба? И какие на хрен два года? Нет у нас столько времени. Надо сейчас.

– А сейчас у нас нет столько денег, – спокойно произнёс Савелий.

– Так, да, это понятно. Надо думать, – хмыкнул я, почесав свою щетину, после чего искоса посмотрел на Умника. Тот лишь пожал плечами.

– Нам срочно нужно что‑то делать с той огромной черепахой. Уверен, мы выручим за неё тысяч сто, если грамотно преподнести всё Харе.

– Ну да. Тогда, может быть, если мы соскребём все остатки, нам и на участок хватит. Только вот где дальше искать деньги на строительство?

– Дальше мы разберёмся. Сейчас главное – купить землю.

На самом деле у меня в голове появилась ещё одна идея.

Что, если Прохор из тех материалов, которые мы добудем, выкует какой‑нибудь крутецкий меч и мы его продадим? Уж я‑то знаю, что подобные вещи с магическими эффектами, то бишь артефакты, стоят ого‑го сколько. Ну, думаю, Прохор‑то уж точно будет не против. Осталось только разобраться с этой черепахой.

В этот момент я посмотрел на алхимика, который протирал свои толстенные линзы, и подошёл к нему:

– Иннокентий, ну что там, разобрался уже с этим ядом? Точнее, с противоядием. Срочно надо.

– Да, слушай, как раз по этому поводу я и хотел с тобой поговорить, – произнёс он, надев свои очки, и только после этого посмотрел на меня, так как до этого пялился куда‑то в стену. – Думаю, кое‑что я смогу придумать с противоядием. Только надо будет найти где‑то центрифугу, горелку, перегонный куб, несколько колб разной формы и ещё всякого по мелочам, плюс‑минус расходники.

– Звучит охрененно дорого. – Произнес я.

– Как‑то так.

– Слушай, а по‑другому никак вообще?

Иннокентий вздохнул, после чего поправил свои очки, но не так, как это делает Савелий, а взявшись обеими руками за оправы. Он их чуть‑чуть отодвинул от себя, после чего снова надел на нос.

– Ну, если хочешь, я, конечно, могу попробовать, только вот за результат не отвечаю.

– Ну, так за спрос же не бьют, – радостно хмыкнул я. – Ты попробуй, а дальше мы уж разберёмся.

– Хорошо.

В этот момент Сальвадор уже закончил с готовкой и поставил всё на стол, пригласив всех на завтрак.

Так как есть не хотелось, я пожелал парням приятного аппетита и сказал, чтобы на работу выходили по очереди. И на всякий случай не светились вместе. А сам отправился на улицу, чтобы проветрить голову.

Надо было выбросить мусор и, возможно, дойду до магазина.

Я всё же решил на обратном пути зайти в продуктовый, набрать немного еды для разнообразия. Всё же перспектива питаться одной рыбой и дошираками меня не особо впечатляла. Особенно учитывая, что мы всё же, пусть и немного, но разобрались со своими финансами.

Я уже подходил к подъезду с двумя пакетами, как вдруг неожиданно раздался взрыв.

БУУХ!

Сверху посыпались стёкла.

Я немного запоздало отскочил назад. И… даже не знаю, откуда взялся этот рефлекс, но я попытался схватиться за свой меч, которого у меня сейчас с собой не было. И только после этого поднял голову наверх и понял, что взрыв раздался из моей кухни.

Оттуда валил черный дым, а рама висела перекошенная, с пустыми проёмами вместо стёкол.

– Да твою ж… их совсем одних оставить нельзя! – выругался я.

Я рванул в подъезд и побежал наверх, перепрыгивая через ступеньки. Буквально влетел в квартиру, не снимая обуви, и помчался на кухню.

Помещение напоминало место боевых действий. Стены в копоти. Потолок чёрный. Шкафы покосились, дверцы приоткрыты, а из одного свисала кастрюля.

На полу валялись осколки посуды. А ещё была разлита какая‑то черная жидкость.

Посреди всего этого сидел Иннокентий на табурете и протирал свои очки от сажи.

– Что случилось⁈ – тут же прокричал я.

Только сейчас я заметил остальных ошарашенных клонов, которые просто в ступоре молчали.

Спустя несколько секунд Иннокентий надел обратно очки, посмотрел на меня и с недоумением на лице произнёс:

– Я попробовал.

– Что ты попробовал? – произнёс я, бросив пакеты на пол.

– Ну так это… ты же попросил попробовать сделать зелье без необходимого оборудования.

– Ляяять… – протянул я, осматривая свою кухню. – Так и знал. Ну твою ж…

– У меня не получилось, – добавил Иннокентий. – Нужно всё же оборудование.

– Ага, я понял. Ну ё моё… теперь ещё и на ремонт тратиться.

– Здесь кто‑то сказал «ремонт»? – подошёл ко мне Михалыч, чуть расправив плечи.

– Да погоди ты, не до тебя сейчас.

– Слушай, Гера, – продолжил Иннокентий, – если надо, я ещё раз могу попробовать.

– А можно не надо⁈ – тут же выкрикнул я. – Страшно уже!

– Ну ты же говорил, что дорого…

– Нет! – Отрезал я. – Я тебя понял.

– Н‑но…

– Нет! Дорого, но так будет дешевле!