— Мила тебе помогает?

— Без неё я бы уже протянула ноги. Но она сейчас готовится к своей дуэли. Отец попросил дать им цветную капусту.

— Кто её соперник?

— Парнишка из сообщества шашлыка. Но буду откровенной — шансов у него маловато. Я бы даже сказала — практически нет.

— Хм-м… Ладно. Интересно. Что ты скажешь по поводу Тимура?

— Бедова? — Амелия, наконец-то, оторвалась от своих бумажек и посмотрела на меня: — Лучше бы тебе держать с ним ухо востро, Дерек. Его называют «Тёмной лошадкой». В плане оценок он не сказать, что сильно в топе. Да и по баллам на различных этапах держится в лучшем случае — чуть выше середины. Однако, его кредо — играть на струнах души. Яркость вкуса достигается не только благодаря лекциям наших преподавателей, а ещё и за счёт его извечных экспериментов. Тимур заставляет еду петь. И поверь мне на слово… Будь он реальной «Темной лошадкой», то Багрина бы на него даже не посмотрела. Это серьёзный соперник. И тебе придётся выкрутить свою мощность на сто процентов.

— Думаешь, я способен выступить иначе?

— В целом, многие студенты относятся к дуэли спустя рукава, когда узнают, что их соперник в разы слабее.

— Мне неважно, каков мой соперник. Моя основная задача — показать арбитрам то, что умею. И чего добился за время обучения в Харитоновке.

— Вот это очень хорошо.

— Так… Что там по поводу завтрашнего урока?

— Ах да. Завтрашнего урока… — Амелия вытащила толстенную книгу, и присмотревшись, полезла в полку, после чего надела очки. Почитав немного, она медленно повернула голову в мою сторону: — Ты можешь не пялиться? Смущает…

— Нет-нет! Просто, я не думал, что ты носишь очки. Если честно, ты в них очень милая.

— Смущаешь.

— Прости. Я просто буду молча смотреть.

— Всё равно смущаешь. Здесь просто очень маленькие буквы. Я не вижу. — на щечках Амелии появился едва заметный румянец.

— Ладно, я отвернусь.

— Не надо. Я… потерплю.

— Отлично. — я продолжил любоваться милотой в очках.

Едва не закипев, Амелия всё-таки нашла, что искала:

— Вот! Смотри. Завтра у нас собирается «элитный клуб домохозяек». Девочки самых разных рас из очень влиятельных семей. Жёны, дочери, сестры. Правда… есть один нюанс.

— Так.

— Они… законченные понторезы.

— Это как?

— Посмотрели пару выпусков «Кошмаров на кухне» и «Готовим для мажориков»… И теперь искренне верят, что способны приготовить блюдо уровня ресторана с тремя звёздами Мишлен. Ты должен очень аккуратно… Дерек! Прям очень аккуратно опустить их с небес на землю.

— Вот ещё! Мне сказали провести урок, а не психологическую практику.

— Я понимаю! Но ничего не поделаешь. Волгин нас подставил. А другой замены мы точно не найдём.

— Знаешь… Учитывая сколько тут «номернутых» и преподавателей — звучит ОЧЕНЬ странно.

— Ничего не странно! Просто… Ты ведущий кулинарного шоу. Тебя все любят! И точно послушают.

— Я очень хочу верить, что вы не отправили меня на растерзание к истеричным женщинам с завышенной самооценкой.

— Ни в коем случае! Они хорошие… Но слишком много о себе возомнили в плане готовки.

— А я сказал сейчас не тоже самое?

— Не волнуйся! Они адекватно воспринимают критику. Главное… не швыряй кастрюли и не играй в Гордона Рамзи, как на своём шоу. Хорошо? Там ты работаешь с обычными людьми. И в этом одна из фишек данного шоу. Тут же у нас… потенциальные спонсоры, за которых отец очень сильно держится. К тому же, Раневский сказал, что он окажет тебе за это услугу. Всё так?

— Всё так.

— А ещё Харитоновка оплатит тебе сверхурочные.

— Вау… Звучит интересно.

— Не обольщайся. Там всего десять тысяч.

ВСЕГО⁇!!?! Я едва не схватился за голову… Да на десять тысяч можно жить, как король целый месяц! Но опять же, я должен помнить, что это аристократы. И для них десятка — это сущие копейки.

— Да и ладно. — отмахнулся я: — Потрачу на машину.

— Ты уже выбрал себе транспорт? Честно… Сейчас холодно. И на мотоцикле я точно никуда не поеду.

— А ты хотела бы со мной, куда-нибудь съездить? — хитро прищурив взгляд, спросил я.

— Так… Ярмарки же всякие. Да и мало ли, что? Но даже если ты не купишь себе автомобиль — это не проблема. Я всегда могу попросить нашего водителя. Он отвезёт нас с тобой, куда угодно! У Харитоновки круглосуточно дежурит лимузин нашего клана.

— Нет. Увольте! Я уже со всем определился. Давай не будем отходить от темы. Что там с домохозяйками?

— В общем, их… мужчины оплатили курс. И там были довольно… интересные пожелания. Волгин, конечно же, забил на всё это и сразу же начал учить девчонок готовить сложные блюда. И… честно говоря, нанёс им серьёзную душевную травму. А ты завтра должен научить их варить борщ. ОБЫЧНЫЙ! Без излишеств. А потом — солянку на говяжьем бульоне.

— Не вопрос. С борщом у меня была практика на отборочном туре. А вот солянку не готовил давно. Но это не проблема. Есть у меня парочка рецептов…

— Отлично! Дерек, я очень на тебя рассчитываю.

— А я буду очень стараться тебя не подвести.

— Спасибо. — Амелия очень дружелюбно и мило улыбнулась. От неожиданности у меня даже в сердце ёкнуло.

— Что ж… В таком случае, я могу идти?

— Да. Не смею задерживать.

— Кстати… Если что, у нас сейчас будет небольшая тусовка по случаю победы Коляна над Славиком. Там будет еда… И твоё любимое.

— «Продолжение»⁈ — глаза Амелии загорелись.

— Ага.

— Так… — она взглянула на огромную кипу бумаг: — Я постараюсь разделаться с этим, как можно скорее!

— В таком случае — буду ждать.

Надеюсь, я не сильно смутил её.

* * *

Кухня общежития «Полярная сова» пахла так, как, наверное, пахнет счастье, если его поджарить в горячем масле и приправить чёрным перцем.

Стоя у окна, прижавшись лбом к холодному стеклу, я слушал, как за моей спиной жители общаги сходят с ума… Словно фанаты футбольной команды, что несмотря на все невзгоды прошла в финал и победила на Чемпионате мира.

Только флагов не хватало. Хотя сегодня на общажной кухне и без них было слишком торжественно. Всё же, при нас творилась история!

Колян люто размотал саму Мирославу Теньшину.

Ту самую, которую мне пришлось «перевоспитывать» ещё на первом отборочном туре. И честно говоря, результат был отменным! Правда, вместе с улучшенным характером к Славику пришла способность очень быстро развиваться… Но это, наверное, даже хорошо.

— Дере-е-ек! — крикнул Колян через всю кухню: — Ты чего там, с окном целуешься? Иди сюда, пока Валёк всё не захавал!

— Вообще-то, я не хаваю… — тихо отозвался Валентин, откуда-то из-за холодильника: — А дегустирую.

— Ты дегустируешь пятую штуку.

— Пятая — контрольная.

— Нам очень повезло, что у Эдика всё ещё собрание сообщества. Иначе от резервных блюд уже ничего бы не осталось. — с усмешкой произнёс я, повернувшись к ребятам.

На столе красовался эмалированный таз с булочками, накрытый вафельным полотенцем, чтобы не остыли. Рядом — трёхлитровая банка Наташиного «хлебного игристого». Такого мутного, живого, с шапкой пены, которая шевелилась от каждого прикосновения к столу, как нечто одушевлённое. «Морсик» в графине — тёмно-рубиновый. Судя по аромату — из чёрной смородины. Как заявляла Наташа — настаивался с прошлого лета.

Зиночка расставляла красивые пивные кружки из коллекции Петровича, который сегодня опять благополучно отгуливал выходной в компании нашего дружелюбного орка.

— Дерек! — Лера поймала меня за рукав, когда я хотел выйти в коридор: — Ты чего сегодня такой… задумчивый?

— А что? Мне нельзя? — улыбнулся я.

— Просто, обычно ты ведёшь себя иначе. Неужели опять свой суп изобретаешь?

— Это не суп.

— Ой, прости-и-ите. Не суп. — она сложила руки на груди и посмотрела на меня своим типичным взглядом старшей сестры всея «Полярной совы»: — Расскажи ещё раз? А то я забыла. Рис, чай и печаль в глазах, да?