Едва первый кусочек филе миньона коснулся языка, как меня тут же унесло.

Вместо Аллеи Звёзд вокруг был… утренний лес. Воздух такой свежий! Лучи солнца пробиваются сквозь массивные кроны деревьев. А под ногами мягко пружинит прошлогодняя хвоя. Вот таким было это мясо! Податливым, тёплым, живым.

Оно не сопротивлялось, а плавно раскрывалось.

По краю — тонкая обжаренная корочка, будто песнь птиц, пробившаяся сквозь скрипучие ветки деревьев. А внутри — сочная розовая сердцевина, дышащая теплом костра, у которого я грелся на рассвете.

Это мясо было не просто отменного качества. Оно было олицетворением слова «красота».

Перечный соус обволок нёбо, и я почувствовал ту самую лесную остроту — как запах смолы и раздавленной хвои. Такой терпкий, но не резкий. Он щекотал, дразнил, звал идти дальше по тропе. А следом — сливочная мягкость, будто туман опустился в низину и укрыл всё бархатом. Я поймал себя на том, что закрыл глаза.

Потом батат.

Ломтик фри хрустнул на зубах подобно сухой ветке под ботинком. А внутри оказался нежным, сладким и почти медовым. Это была та самая сладость, что приходит, когда выбираешься из чащи на солнечную поляну. И мёд диких пчёл будто разлит в самом воздухе. Хруст снаружи, тепло внутри — осень и лето сразу, в одном движении челюсти.

— Ну как? — в реальность меня вернул голос Славика. Она изо всех сил пыталась скрыть ожидание моей реакции, но получалось очень так себе.

— Я как будто… погулял в лесу. — тихо ответил я.

— На рассвете. — очарованно добавил Колян: — Твоё блюдо — это картина!

— А вы думали, что могло быть иначе? — самодовольно усмехнулась Славик, но я заметил, как на её щеках появился румянец. Заслуженную похвалу всегда приятно получать.

— Ну что? Пришло время блюда-чемпиона! — Колян потёр ладони, а затем вручил мне булочку из новой партии.

Едва я развернул салфетку, как ароматный пар ударил в лицо. Такой тёплый, мясной и дико манящий… Вблизи он был ещё мощнее. И теперь стало понятно, почему Мишель едва сдерживалась. Это простенькое блюдо одним своим видом грело душу.

Первый укус.

Тесто так мягко поддалось… А за ним — плотный, сочный фарш. Я на мгновение замер, ибо во двор резиденции Его Королевского Высочества Вкуса на длиннющем лимузине въехал он. Чёрный перец.

По правде говоря, я знал, что перец — это не просто острота или короткий укол в язык. У него был потенциал. Где-то там… Чуть поодаль от реального мира.

Иногда мне даже удавалось раскрывать этот волшебный перечный вкус. Процентов эдак на тридцать…

Однако в булочке Коляна он раскрылся так, словно с могущественного мага сняли блокирующую печать. Сначала — тёплая, почти древесная нота. Сухая и очень благородная! Словно ты вдыхаешь запах старого шкафа с книгами. Потом по краям языка вспыхнула та самая жгучесть. Но не злая, а обволакивающая… Живая! Будто перец дышал вместе со мной.

Приходилось жевать очень медленно. Я боялся спугнуть эти чарующие нотки, которые мне хотелось навсегда сохранить в своей голове.

Однако вкус продолжал разворачиваться слой за слоем. За остротой пришла горчинка — глубокая, землистая, как корка чёрного хлеба. За ней — неожиданная сладость, чуть смолистая, цитрусовая где-то на самой глубине! Будто перец прятал в себе тепло далёкого солнечного континента. Он был не одним вкусом, а целой историей: терпкий вначале, пряный в середине, и долгий, тлеющий на нёбе финал, который не отпускал.

И вот тогда меня накрыло. Это было не просто вкусно… Это было подобно возвращению домой из долгого путешествия! На мгновение я превратился в морехода, который только что сошёл с корабля и вернулся домой к семье…

Каждый кусочек перца, раздавленный зубами, будто открывала дверь в дом, где меня всё ещё ждут. Я почувствовал, как внутри отпускает то, что месяцами было сжато в комок. Плечи опустились. Я выдохнул.

Второй укус… Третий. Перец жёг и грел одновременно! Я почти смеялся от того, насколько это было хорошо. Неистово… До дрожи! До мурашек по спине. Я стоял посреди Арены с булочкой в руках и понимал: вот оно. Вот, куда я так долго шёл… И что именно мне не хватало для моего следующего блюда.

— Ну как? — поинтересовался Колян, внимательно наблюдая за мной и Славиком.

— Это настолько просто и одновременно… гениально, что я даже не знаю, как комментировать. — честно призналась Славик: — Николай… Я, конечно, знала, что ты крут. Ибо кто ещё сможет адекватно конкурировать с Дереком на кухне? Но это… Это просто невероятно!

— Спасибо. — мой друг просиял, а затем перевёл взгляд на меня: — Ну а ты?

Честно говоря, я не сразу смог ответить. Просто кивнул, дожёвывая, и чувствуя, как последняя острая нота медленно тает во рту.

— Я, как будто вернулся домой после долгого путешествия. — наконец, ответил я.

— Рад, что вам понравилось.

— Ладно! — Славик протянула Коляну руку: — Твой перец был лучше. Зато мой — красивее.

— А у тебя мясо тает во рту! — выдохнул Колян, пожимая её руку: — Я такого в жизни не пробовал.

— Знаю. — ответила она и впервые за весь вечер искренне улыбнулась: — Но учти, Смирнов… В следующий раз я тебя порву.

— Договорились, Славик.

— И тебя это тоже касается. — Теньшина ткнула в меня указательным пальцем, а затем тихо добавила: — Ты проиграешь, Дерек… И будешь делать всё, что я захочу.

— Мечтать не вредно. — подмигнув, ответил я.

— Я не стою на месте, милый.

— Представь — я тоже.

— Это мы ещё увидим. До встречи. — игриво посмотрев на меня, Славик направилась в сторону коридора.

— Хорошая битва. — удовлетворённо произнёс Колян: — И соперник достойный!

— Да. Она реально серьёзно выросла за последнее время. Хотя… учитывая, в каком состоянии мы видели её перед первым этапом — оно и не мудрено.

— Все готовятся на пределе… А иногда и за пределом своих сил. Но оно того стоит.

— Поздравляю с победой. — к нам подошла Амелия в образе Королевы: — Ты достойно сражался, Николай.

— О-о-о… Для меня большая честь. — радостно кивнул Колян: — Счастлив, что вам понравилось. Хотите булочку?

— Думаю, чуть попозже. А, кстати… — Госпожа Симонова посмотрела на меня: — Я хотела бы поговорить с тобой насчёт завтрашнего урока. Зайди ко мне сегодня, как закончишь со всеми делами.

— Не вопрос.

— А что касается тебя, Николай… Победить безупречный филе миньон столь банальным азиатским блюдом — это сила. Не сочти за сарказм. Я очень болела за тебя. Но… Мне было немного страшно. Я почти на пятьдесят два процента была уверена, что победа останется за Госпожой Теньшиной.

— Сорок восемь? — задумчиво произнёс Колян: — Честно говоря, не так уж и плохо. Могло быть и хуже.

— Согласна. Но это только из-за того, что я примерно понимаю твой потенциал. До встречи! — Амелия кивнула и поспешила к судейскому столу.

— Хм-м… А она права. — глядя ей вслед, произнес я.

— Насчёт чего?

— Эта дуэль показала мне, кое-что занятное.

— Правда? И что же?

— Иногда, чтобы победить, нужно быть не красивее, а в первую очередь — правдивее. Но в любом случае — у меня появилась парочка интересных идей для своей дуэли.

— Звучит обнадеживающе! Кстати… Я там булочек напёк. Да и ингредиенты остались. Может быть, после того, как ты поговоришь с Амелией… мы немного отпразднуем?

— Отличная идея! Надо бы уточнить у Наташи про «морсик».

— И потом «продолжения»? — с надеждой спросил Колян.

— Потом «продолжения». — дьявольски усмехнувшись, ответил я.

Глава 10

— Вот это завал… — протянул я, глядя на огромное количество бумажек на столе Амелии.

— Ну, а что ты хотел? — вздохнула она, устало массируя виски: — На первом этапе прошло восемьдесят два студента. Это сорок одна дуэль. Как я уже говорила — Комиссия ввела три ранга сложности. В первом пятнадцать пар. Во втором четырнадцать. В третьем — двенадцать. И для каждой пары Комиссия поручила подобрать индивидуальные темы. Но это полбеды. Четверть финал совсем скоро подойдёт к концу. И надо будет подбирать темы для полуфиналов. А это… я скажу честно — не так просто, как кажется.