Мы понимаем, что эти меры встретят сопротивление органов дознания, встречные аргументы («признание — царица доказательств» и др.), но считаем, что Вы способны разобраться в вопросе и отделить «зерна от плевел».
В заключение, хотели бы коснуться другого важного вопроса. А именно — о стрелковом вооружении пехоты и путях его развития.
Первое. Корень многих затруднений русской оружейной школы — винтовочный патрон с выступающей закраиной. Закраина удобна для однозарядной винтовки прошлого века и вредна для всего автоматического: она приводит к необходимости иметь громоздкие магазины, двойную подачу, что заканчивается капризной работой автоматики. Все армии, строящие новое автоматическое оружие, перешли или переходят на гильзу без закраины с проточкой. Рекомендуем принять патрон без закраины с баллистикой, равной трёхлинейному, — тогда переучивать войска стрельбе не потребуется, а проектирование пулемётов и самозарядных винтовок будет сильно облегчено. Переход строить постепенно: новый патрон — новому оружию, старый выпуск сохранить для существующего парка.
Второе. В настоящий момент Ваша пехота использует два разных пулемёта: тяжёлый станковый, неповоротливый и требующий воды (Максим), и лёгкий ручной (ДП), огневой силы которого недостаточно там, где нужно держать рубеж. Это два производства, два учебных курса, разные склады запасных частей и два порядка снабжения — и ни один из двух не годится для всего. Германия в настоящее время принимает на вооружение пулемёт нового рода, который упраздняет это разделение: один и тот же образец на сошках служит ручным, на треноге — станковым, ставится на машину и на зенитную стойку. Сведения об этом образце Вы можете добыть обычными путями через Вашу разведку.
Выгода здесь не столько оружейная, сколько хозяйственная и учебная. Один завод вместо двух. Один запас стволов, замков и частей вместо двух. Расчёт, обученный однажды, годен во всяком подразделении, и раненого номера заменяет любой солдат, а не только обученный этому образцу. В бою же подразделение перестаёт зависеть от того, успел ли подойти станковый пулемёт: огневая точка требуемой силы создаётся там, где она понадобилась, и переносится вместе с пехотой. Рекомендуем заказать такой пулемёт своим конструкторам, не копируя чужой образец, но приняв то же назначение, и наперёд объявить, что принятый образец заменит собою оба нынешних.
Третье. До готовности нового образца надлежит исправить состоящий на вооружении ручной пулемёт Дегтярёва, ибо он останется в войсках ещё многие годы. Известные нам его пороки: возвратная пружина расположена под стволом и от долгой стрельбы теряет упругость, отчего являются задержки и недосылы, а сменить её в бою невозможно; магазин дисковый, тяжёл и объёмен, легко мнётся, а помятый — вызывает утыкание патрона, снаряжается медленно и требует особого прибора; нет сменного ствола, и при перегреве расчёту остаётся ждать. Все три поправимы без нового завода: пружину перенести назад, в трубку позади ствольной коробки, где она нагрева не получает; ствол сделать быстросменным, придав второй ствол в запас; для магазина — либо принять коробчатый, либо, что дешевле, дать войскам простые машинки для снаряжения дисков и жёсткие укладки для переноски.
Четвёртое. Пистолет-пулемёт. Образец, ныне испытываемый Вашей армией (ППД), дорог, тяжёл и капризен — это нам известно, и это поправимо не улучшением его, а сменой самого подхода к производству. Оружие под пистолетный патрон не должно изготовляться, как винтовка, фрезерованием из поковки; его надлежит выделывать из листа штамповкой и сваркой, с наименьшей долей станочных работ. Тогда цена его станет ниже цены магазинной винтовки, а выпуск сделается возможен на всяком заводе, работающего со сваркой — что при развёртывании производства в военное время значит больше, чем достоинства самого образца. Магазин — коробчатый, секторный, на три десятка патронов: дисковые тяжелы, дороги и мнутся.
О потребном количестве. Опыт минувшей империалистической войны, и в особенности опыт германских штурмовых частей, показал, что исход пехотного боя решается на последних двухстах шагах и что решает его не меткость, а густота огня в первую минуту атаки. Наблюдения за расходом патронов свидетельствуют, что пехота в наступлении почти не ведёт прицельной стрельбы, — стало быть, дальнобойность и точность винтовки в эти решающие минуты не используются вовсе, а вес и стоимость её оплачиваются полностью. Отсюда следует вполне понятная логика: вооружить пистолетом-пулемётом не менее трети пехоты — тех, кому назначено идти впереди и драться в траншее, — а остальным оставить магазинную винтовку. Стоимость такого перевооружения ниже стоимости обучения того же числа стрелков меткой стрельбе, а результат надежнее. Разумно иметь два образца на одних началах: полновесный с деревянным прикладом — линейной пехоте, укороченный со складным — экипажам машин, орудийным расчётам, связистам, сапёрам, взамен пистолета, каковой в современном бою вообще бесполезен.
Пятое. Самозарядная винтовка под винтовочный патрон с закраиной будет капризна всегда — предлагаем вообще ее снять с производства.
Шестое. О состоящем на вооружении станковом пулемёте системы Максима. Заменить его в короткий срок невозможно, и мы этого не предлагаем: он останется главным станковым пулемётом армии в течение всей грядущей войны, сколько бы новых образцов ни было принято. Речь о том, чтобы избавить его от пороков, которые обходятся дороже всего и оцениваются в солдатских жизнях.
Станок. Колёсный станок со щитом весит вдвое против корпуса пулемёта. Расчёт, катящий это по полю, опаздывает туда, где нужен огонь, и не способен сменить позицию под обстрелом, а пулемёт, обнаруживший себя очередью и оставшийся на месте, уничтожается артиллерией и миномётами (о них мы пришлем отдельные радиограммы) в считанные минуты. Рекомендуем принять треножный станок малого веса, допускающий и зенитную стрельбу, а щит сделать съёмным по усмотрению расчёта; работа эта не требует ни серьезных расходов, ни новых заводов. Существующие колёсные станки передавать в укреплённые районы и на долговременные позиции, где подвижность не нужна.
Охлаждение. Кожух делает пулемёт зависимым от воды, которая зимою замерзает, а летом кончается. Горловину расширить настолько, чтобы кожух можно было набивать снегом и льдом; предусмотреть отвод пара шлангом в специальные емкости, дабы пар не выдавал позиции и вода не терялась; ввести в снабжение незамерзающий состав на основе глицерин с водой (все спиртосодержащие смеси будут расхищаться в войсках).
Питание. Холщовая лента разбухает от сырости, коробится и даёт задержки. Требуется изготовлении металлической ленты, что является сложной, но решаемой технической задачей. До того — снабдить войска машинками для набивки и обязать хранить холщовые ленты сухими.
Прицел. Ввести оптический прицел для стрельбы прямой наводкой на предельные дальности — по расчётам орудий, наблюдателям, отдельным целям, различить которые открытым прицелом нельзя.
Стрельба с закрытых позиций. Отдельно от этого надлежит обучить расчёты навесному огню по площадям через головы своих: пулемёт способен доставать далее двух километров, и в обороне средство это недооценено. Здесь оптика не нужна — нужны угломер, квадрант и таблицы стрельбы, а более всего — наставление и обученный командир пулемётного взвода, каковых ныне нет.
Выпуск. По мере поступления в войска нового пулемёта производство максимовского свёртывать, а высвобождающиеся станки обращать на выпуск нового; держать в производстве два станковых пулемёта дольше необходимого промышленность не выдержит при развёртывании.
Седьмое, и по нашему опыту важнейшее — железо без человека мертво. Обученный кадровый запас кует победу в войне в той же мере, что и армия.
Нам известно о деятельности Вашего оборонного общества и о значках, коими отмечают умелых стрелков. Дело это полезное, но задачи, о которой мы говорим выше, оно не решает и решить не может по трём причинам. Оно добровольно — стало быть, охватывает охотников, а не тех, кому идти по мобилизации. Оно обучает человека порознь — стало быть, готовит стрелка, но не отделение, не расчёт и не взвод, а воюют не стрелки, а подразделения. И учит оно преимущественно меткой стрельбе по мишени с известного расстояния — тому единственному, что в бою используется реже всего.
