— Альфа, — простонала я. — Дотронься до меня.

Кажется… вот оно. В самом моем центре расцвело тепло, растекаясь по венам и кружа голову.

Течка!

Моя течка наконец-то пришла.

Одинаковые стоны вырвались у Вандла и Сина, оба придвинулись ближе. Син мало что мог сделать, все еще скованный специальными наручниками. Но он открыл связь и теперь был так глубоко во власти течки, что я не думала, что он снова прикажет моим альфам уйти.

Но руки Вандла легли мне на бедра, стягивая остатки ненужной одежды, прежде чем он помог мне подпрыгивать на члене Сина, пока мой ритм не стал ровным. Каждый раз, когда он снова насаживал меня на себя, я вскрикивала, а Син кряхтел, подаваясь бедрами мне навстречу.

— Хорошая девочка, — прошептал Вандл мне на ухо. — Скачи на нем.

Он провел пальцами вверх по моему животу, дразня соски, пока не добрался одной рукой до передней части моего горла, чтобы ласкать его. Син зарычал, его багровый взгляд был прикован к руке Вандла.

От нежного прикосновения к его зажившему следу от укуса меня бросило в дрожь, но я не могла остановить неистовые движения своих бедер. Я гналась за кайфом, который показался намного ближе, когда я почувствовала прикосновение другой руки Вандла.

Он провел по моей смазке, собирая влагу моего возбуждения и сперму Сина, затем его рука скользнула назад, пока один мокрый палец не протолкнулся в мое другое отверстие.

Я вскрикнула.

Ох.

Это было…

Я с жадностью попыталась прижаться назад к Вандлу и одновременно податься вперед на Сина, в погоне за этим удовольствием.

Палец Вандла погрузился глубже, заполняя меня, но этого было совершенно недостаточно. Я оглянулась на него, вонзая зубы в нижнюю губу и издав тихий скулеж.

— Еще.

— Все, что захочешь, Принцесса.

Он добавил второй палец, наконец даря мне приятное растяжение.

Син крякнул, его бедра теперь неистово вбивались в меня, словно он соревновался с Вандлом. Пытаясь заставить меня кончить быстрее всех. Но на самом деле именно они оба заставили меня закричать от разрядки, когда Вандл протолкнул в меня третий палец, и мое тело забилось в конвульсиях от удовольствия.

— Блядь, — прошипел Син ругательство, за которое я даже не могла его винить. Он излился глубоко в меня, и я содрогнулась от удовольствия; скулеж сорвался с моих губ, когда его сперма так сильно возбудила каждый мой нерв, что у меня посыпались искры из глаз. Мои глаза все еще были крепко зажмурены, чтобы отгородиться от волн желания, когда я почувствовала, как мягкая головка члена Вандла прижалась к моему отверстию. Я заскулила.

Я приняла три пальца и член Сина, но теперь…

Я собиралась принять их обоих одновременно.

ВАНДЛ

Кресцент была потеряна в течке, без колебаний пытаясь насадиться на мой член. Я держал свой рассудок на коротком поводке, подвергаясь бомбардировке обоими их запахами такой силы, что она угрожала утопить меня.

Пиздец.

Мне нужно всадить в нее свой узел прямо сейчас.

Но я не хотел рисковать и срывать Сина в штопор, когда я только что почувствовал, как он открылся. Ему, вероятно, следует продолжать заявлять права на ее киску, пока его сперма вытекает вокруг его члена.

Я возьму ее задницу.

— Ты уверена, Принцесса? — спросил я.

— Угу!

— Ты скажешь нам, если мы будем делать что-то чересчур или если тебе будет некомфортно. — Это был не вопрос, это был приказ.

Она на мгновение повернулась ко мне.

— Да. — Однако ее губы были надуты. — Но вы мне нужны!

Я фыркнул. Это определенно было утвердительным ответом.

Она была такой влажной, что мне не нужна была смазка; ее отверстие было подготовлено и готово для меня.

Я медленно вошел, крепко удерживая ее бедра, позволяя Сину контролировать темп того, как он ее трахал.

Ее ладони упирались в его голую грудь, пока она была зафиксирована на месте, а мы использовали ее сладкое тело.

Тихие всхлипы вырывались наружу, когда я проталкивал в нее свой член, но в них не было боли. Вместо этого я почувствовал разочарование по связи, как будто я двигался недостаточно быстро.

Негодница.

Но я не собирался порвать ей задницу в первый же раз, так что ей придется потерпеть.

К тому же, наблюдать за тем, как ее тугое девственное отверстие растягивается вокруг моего члена, было самым горячим зрелищем из всех, что я когда-либо видел.

— Еще! — заскулила она.

Их запахи, блядь, топили меня.

— Син! — заскулила она, ее нежные пальцы обхватили его подбородок.

Клянусь, они оба были теми еще негодниками.

Его зрачки были так расширены, что в них не осталось ни капли багрового цвета, и его приказ прозвучал, пока он не сводил с нее глаз.

— Трахай ее лучше, Альфа.

От этого приказа по моей коже побежали мурашки, но мое тело даже не колебалось, подчиняясь. Я наблюдал, как мой член выходит из нее. Я видел мелкие бисеринки пота на ее спине, течка поглощала ее.

А затем я ворвался внутрь, крепко сжимая кулаки на ее бедрах, чтобы удержать ее на месте, пока мы оба трахали ее в жестком темпе.

Я застонал, подаваясь вперед и зарываясь лицом в ее волосы, вбиваясь в нее и пытаясь, блядь, продержаться, чтобы не связать ее узлом слишком рано.

Проклятье.

Какое это имело значение?

Снаружи с нетерпением ждали еще двое альф, и я был почти уверен, что Син жил бы внутри нее прямо сейчас, если бы мог. До самого конца их течек отрывать их друг от друга будет настоящей битвой.

Намотав волосы Кресцент на кулак, я наклонил ее голову вбок. Она была такой податливой подо мной, ничуть не сопротивляясь, когда я двигал ею. Ее нежное горло вытянулось передо мной, и я поцеловал край метки, которую оставил на ее коже.

— Моя, — прорычал я.

От ее придыхания со скулежом я с силой вдавился вперед при следующем толчке.

Я не чувствовал ничего, кроме своего толстого узла, прижатого к тугому кольцу ее задницы, и ее тело раздвинулось, чтобы с легкостью принять его. Я зажмурился от нахлынувшего удовольствия, зарождающегося у основания позвоночника: мой узел раздувался, чтобы скрепить нас вместе, даже несмотря на то, что места почти не было.

Это было слишком.

Узкий канал сжал мой узел.

Ее усилившийся запах бархата и какао был густым от течки.

Я разрядился, изливаясь внутрь нее со сдавленным криком.

Син поперхнулся следующим стоном, цепи наручников звякнули, когда он снова попытался вырваться из оков.

Она сжимала мой член, как тиски, и для него это, возможно, было еще интенсивнее, когда ее внутренние стенки бились в конвульсиях. Оргазмы сотрясали ее один за другим, каждый из них вызывал новую волну стонов у нас с Сином.

Я не мог сказать, сколько времени прошло таким образом, но в конце концов ее тело выбилось из сил. Напряжение в ее мышцах спало, и она откинулась на меня грудой дрожащих конечностей.

Я поцеловал ее в висок, затем взглянул на Сина.

Он благоговейно смотрел на нее и, в отличие от того, что было раньше, казалось, не был слишком встревожен моим присутствием. Похоже, я доказал свою надежность его инстинктам.

— Вандл? — Кресцент потянулась вверх, чтобы погладить меня по щеке.

Я прильнул к ее руке, чувствуя, как в груди зарождается хриплое мурчание.

— Да?

— Ты меня любишь?

От неожиданности мурчание на секунду прервалось, но затем продолжилось.

— Конечно, Принцесса. Люблю тебя больше всего на свете.

Она счастливо вздохнула, потираясь щекой о мою грудь. — Если ты меня так сильно любишь, почему ты не связываешь меня узлом снова? — В ее тоне была легкая обида и нотка скулежа.

Я ошеломленно моргнул, глядя на нее сверху вниз.

Она… только что закончила. Ее тело все еще дрожало. Я даже не успел отдышаться.

Но, полагаю, такова была реальность омеги в течке.

А я выполнял работу троих альф, пока мы приводили Сина в чувство, так что… блядь. Пришло время доказывать свою любовь, пока она полностью не выбьется из сил, потому что я, черт возьми, ни за что не сдамся первым.