Я нашла это!

Ага — вот видите, я могу быть полезной.

— У тебя есть карандаш? — прошипела я, щурясь на слова так, словно они могли исчезнуть, если я отведу взгляд.

— Эм… У Кармы есть. — Фантом встал, порылся в кровати Кармы и протянул мне изрядно пожеванный механический карандаш.

Я снова посмотрела на слова, сильно прищурившись — на этот раз вместе с присоединившимся Фантомом, — пытаясь слегка обвести недостающую часть.

Глава 32

ВАНДЛ

Спортзал казался более унылым, чем обычно. Все всегда казалось таким после того, как я побыл с Кресцент.

Была вторая половина дня, и спортзал был забит. Воздух был тяжелым от застарелого пота и полыхающих аур, жужжащих, как ореолы статического электричества, и накладывающих странные, художественные пятна на серую сцену передо мной.

Вокруг нас постоянно лязгали тяжелые веса, падающие на изношенные старые маты, скамейки были заняты стаями, выпускающими пар. Вдоль одной из стен выстроились клетки для гона, которые не были теми центральными демонстрационными клетками для боев, которые так часто устраивали Редгрейвы.

Я прошел мимо нескольких потасовок, происходящих на спарринг-поле — открытом пространстве в центре зала — и направился к остальным.

Сначала я заметил нескольких членов стай Эмеральд и Уэйкфилд, затем увидел Сина, подтягивающегося на перекладине, в то время как Карма вымещал злость на боксерской груше, которая, казалось, держалась на честном слове. Когда я подошел, из одной ее стороны вывалился старый поролон, заставив его развернуть ее другой стороной.

Сейчас он не выпускал свою ауру (вероятно, чтобы продлить жизнь боксерской груше), но я знал, как бы она выглядела, если бы он решил это сделать.

— Спарринг? — спросил я. Попытаться успокоить нестабильную ауру Кармы — это то, что мы могли сделать сегодня.

— Боишься, что я сорвусь?

Я фыркнул.

— Или я.

Кресцент крепко вернула меня в здравый ум, но это не означало, что я был полностью стабилен.

Мы провели несколько раундов, прежде чем сделать перерыв. Карма отправился отлить в мерзкий туалет спортзала, а Син, который был сосредоточен на своей тренировке, прервался, чтобы принести нам воды из фонтанчика.

— Как он? — спросил он до того, как Карма вернулся.

— Не… очень, — сказал я, сделав глоток воды с металлическим привкусом. До апелляции оставалось не так уж много времени, так что был одинаковый шанс, что у него может случиться приступ до, во время или после нее.

— Но у нас все еще есть Кресцент. Так что если что-то пойдет не так, не думаю, что он будет казаться… агрессивным?

Оставалось только скрестить пальцы.

Подошел Карма, чтобы забрать у меня стаканчик, и меня отвлекло приближение крупного альфы с фингалом под глазом и несколькими пятнами крови на лице.

— Вандл, верно? — Он протянул руку.

Я пожал ее до того, как успел осознать напряжение, исходящее от Сина, которое означало, что я, возможно, упускаю какие-то важные политические моменты.

Неважно.

— Не взглянешь на наших товарищей по стае? — спросил он, указав двумя пальцами на свои глаза, чтобы обозначить мои. — Хотим узнать, как выглядят их ауры. Апелляция через несколько недель.

— Конечно.

Он повернулся и указал на двух альф, которые находились на спарринг-поле и боролись на полу.

Я посмотрел. Оба альфы выпустили свои ауры, так что оценить их было легко. — Тот, что слева, в порядке. Правый, похоже, ходит по лезвию ножа. В день апелляции все может обернуться как угодно, но стресс имеет свойство дестабилизировать, так что в оставшееся время я бы сделал все, что можно.

— Какие-нибудь советы? — спросил вожак стаи.

Я вздохнул, когда эта информация без проблем всплыла из моих пропавших воспоминаний.

— Продолжайте спарринговать. Укрепляйте связи в стае… — Я осекся, поняв, что следующей вещью, которую я собирался сказать, было «заведите омегу». Но я не думал, что нам нужны новые мишени на спинах, поэтому остановился на этом.

Вот видите. Я мог разбираться в политике.

Он кивнул.

— Хорошо. Спасибо. — Он похлопал меня по плечу и ушел.

Я поймал Сина на том, что он закатывает глаза, когда повернулся к ним.

— Что?

— Нужно просить об одолжении, если собираешься делать такие вещи.

— Нам выходить через… пять секунд, — сказал я, хотя мне это и в голову не приходило.

Я все еще только вникал в политику этого места.

— От тебя не было бы никакого толка, даже если бы ты не был одичавшим, — пробормотал Син.

Грубо.

Именно в тот момент, когда я об этом подумал, по всему спортзалу разнесся вой.

Я напряженно развернулся, но угроза была не рядом. Мне потребовалось мгновение, чтобы сосредоточиться на источнике звука, но на спарринг-поле разворачивалась смертельная схватка. Стаи, которую я только что оценил, нигде не было видно — хотя я сомневаюсь, что они хотели иметь хоть какое-то отношение к этому нападению, когда у них близилась апелляция.

Один альфа уже осел на пол, сжимая сломанную руку; еще несколько отступали, чтобы окружить его кольцом, но стаи, атакующие их, превосходили их числом и взяли их в коробку.

Все остальные на спарринг-поле поспешно ретировались, явно не желая ввязываться.

Хороший выбор. Эти стаи жаждали крови, хотя я и не знал почему.

И тут я заметил, что один из окруженных альф обнимал другого — стройного темноволосого мужчину, который был напряжен. Остальные сосредоточились на его защите даже больше, чем на своем товарище по стае с жутко сломанной рукой.

По коже побежали мурашки, словно мои инстинкты поняли все первыми.

Один из нападавших бросился вперед, пытаясь прорвать стену парней, окружавших их. Его аура вспыхнула, и я увидел блеск ножа до того, как он обмяк и упал.

— Блядь, — пробормотал Син рядом со мной.

— Что? — Я бросил на него быстрый взгляд.

— Это стая Лео.

А.

Дерьмо.

Возможно, я был не силен в политике, но стаю Лео я знал.

Их вызов на апелляцию был сегодня — так близко к нашему. Фантом, Карма и Син были сосредоточены на их судьбе, потому что они были единственной стаей, пытающейся выбраться отсюда с омегой на буксире перед нами.

Это заставляло их всех нервничать, и меня вместе с ними. Это было первым, к чему они прислушивались, когда двери открылись сегодня утром, но вызова на апелляцию по громкой связи так и не последовало.

Часто это происходило первым делом с утра, но какого-то определенного расписания не существовало. Единственное, на что можно было полагаться, — это то, что это произойдет в дневное время, когда камеры не заперты.

Похоже, они пришли в спортзал, чтобы скоротать время, и это обеспечило нам всем места в первом ряду на их бойне.

Самый маленький в центре — теперь я знал, что это их омега.

— Следите за их союзниками, — пробормотал Карма нам с Сином.

Я огляделся, но не мог никого различить.

— Никто ничего не делает, — ответил Син.

Я поймал себя на том, что делаю небольшой шаг вперед, но Син схватил меня за руку.

— Не ходи туда. Мы ничего не можем сделать, — пробормотал Син. — Не дав убить себя при этом.

Все это казалось неправильным, но я знал, что он прав — даже если бы он только что не использовал на мне команду темной связи. Ту самую, что вцепилась мне в затылок и крепко держала, угрожая болью, если я попытаюсь ослушаться.

Тем не менее, я не мог отвести взгляд, когда альфы падали один за другим. Перерезанные глотки, свернутые шеи, и все это на глазах у публики.

В конце концов, остался только омега.

Он попытался бежать, но даже отсюда я видел на его лице леденящий ужас и агонию.

Вся его стая была уничтожена меньше чем за минуту.

Один из нападавших бросился вдогонку, поймав его за считанные секунды, и я услышал его надломленный крик, когда его повалили на пол. Я вздрогнул — они же не… — волоски на моем загривке встала дыбом от дикого рычания омеги, но они его не убили.