Сказал я, — сделай так, чтоб речь звучала

И нам обоим принесла покой». [42]

Данте избирает для беседы поэта Лукки, который явно хочет поговорить с ним, предлагая тому утолить своё вожделение и принести им обоим желанный покой. Кто такой поэт Бонаджунта Луккский?

Из академической статьи:

Иван Барков (1732—1768 годы) — русский поэт, автор эротических, «срамных од», переводчик Академии наук, ученик Михаила Ломоносова, поэтические произведения которого пародировал. Его биография обросла огромным количеством легенд.

Барков родился в семье священника в Петербурге или близ столицы. Его отчество точно не известно — во всех прижизненных документах и ранних биографиях он называется просто «Иван Барков» (реже «Борков»). С 1820-х годов возобладала традиция называть его «Иван Семёнович», хотя в других публикациях того времени есть также варианты «Иван Иванович» и «Иван Степанович». Учился в университете при академии наук в Санкт-Петербурге, потом служил при нём копиистом. Известно, что учился Барков неровно, несколько раз был сечен розгами за пьянство и хулиганские выходки, однажды — за грубость и ложный донос на ректора университета С. П. Крашенинникова — был даже закован в кандалы. При этом Барков хорошо успевал по латинскому языку; его познания латыни впечатлили М. В. Ломоносова, который в 1754 году взял его к себе в секретари. Барков переписывал набело многие сочинения Ломоносова, включая «Российскую грамматику» и исторические труды. Общение Баркова с Ломоносовым продолжалось до самой смерти последнего, предание приписывает им достаточно тесную дружбу. Под влиянием Ломоносова Барков сам занимался историей и подготовил публикацию нескольких летописей.

С 1756 года вёл дела президента А. Н. Разумовского, с 1762 года академический переводчик. Неоднократно увольнялся из академии за недостойное поведение, через год после смерти Ломоносова (1766 год) уволен окончательно.

Существует несколько версий его ранней смерти. По одной из них, Барков покончил с собой, повесившись в камине, по другой — будучи пьян, утонул в нужнике, по третьей — «умер под хмельком и в объятиях женщины» (Е. С. Кулябко). Ему также приписывают автоэпитафию, сочинённую незадолго перед смертью: «Жил грешно и умер смешно». Реальные обстоятельства его смерти неизвестны, как и место захоронения.

Литературное наследие Баркова делится на две части: печатную и непечатную.

К первой относятся: «Житие князя А. Д. Кантемира», приложенное к изданию его «Сатир» (1762 год), ода «На всерадостный день рождения» Петра III, «Сокращение универсальной истории Гольберга» (с 1766 года несколько изданий). Стихами Барков перевёл с итальянского «драму на музыке» «Мир Героев» (1762 год), «Квинта Горация Флакка Сатиры или Беседы» (1763 год) и «Федра, Августова отпущенника, нравоучительные басни», с приложением двустиший Дионисия Катона «О благонравии» (1764 год).

Всероссийскую славу И. С. Барков приобрёл своими непечатными эротическими произведениями, в которых форма оды и других классицистских жанров, мифологические образы в духе бурлеска сочетаются с ненормативной лексикой и соответствующей тематикой (бордель, кабак, кулачные бои); нередко в них прямо обыгрываются конкретные места из од Ломоносова. На барковские произведения повлияла западноевропейская, прежде всего французская, фривольная поэзия (схожими приёмами пользовались Алексис Пирон и многие анонимные авторы), а также русский эротический фольклор. В Публичной библиотеке в Петербурге хранится рукопись, относящаяся к концу XVIII или началу XIX века, под названием «Девическая игрушка, или Собрание сочинений г. Баркова», но в ней рядом с вероятными стихами Баркова есть немало произведений других авторов (таких, как Михаил Чулков и Адам Олсуфьев, а часто и безвестных). Наряду со стихотворениями, Баркову приписываются и обсценные пародийные трагедии «Ебихуд» и «Дурносов и Фарнос», воспроизводящие штампы драматургии классицизма (прежде всего, Ломоносова и Сумарокова).

Н. И. Новиков писал о Баркове, что он «писал много сатирических сочинений, переворотов, и множество целых и мелких стихотворений в честь Вакха и Афродиты, к чему весёлый его нрав и беспечность много способствовали. Все сии стихотворении не напечатаны, но у многих хранятся рукописными». Под «переворотами» имеются в виду перелицовки (травестии) классических жанров.

«Срамные (шутливые) оды» Баркова и его современников — важная составляющая литературной жизни конца XVIII — начала XIX века; они, разумеется, не печатались, но, по словам Н. М. Карамзина в 1802 году, были «редкому неизвестны»; полушутя высоко о Баркове отзывались Карамзин, Пушкин и др. В творчестве Василия Майкова, Державина, Батюшкова, Пушкина современные исследователи находят переклички с Барковым. Пушкину-лицеисту на основании ряда весомых свидетельств приписывается пародийная баллада «Тень Баркова» (ок. 1815 года).

Помимо так называемой барковианы («Девическая игрушка» и других произведений XVIII века, созданных самим Барковым и его современниками), выделяется псевдобарковиана (произведения начала XIX века и более позднего времени, которые никак не могут принадлежать Баркову, но устойчиво приписываются ему в рукописной традиции). К последней относится, в частности, знаменитая поэма «Лука Мудищев», созданная в 1860-е годы; её неизвестный автор удачно сконцентрировал в этом произведении уже вековую на тот момент «барковскую» традицию. За рубежом под именем Баркова издавались также поэмы «Утехи императрицы» (она же «Григорий Орлов») и «Пров Фомич», относящиеся уже к XX столетию.

Bonagiunta можно перевести с итальянского, как большие (хорошие) гениталии, по-русски — большие муди (мудищи). Форезе именует так поэта по названию наиболее известного его произведения: — «Лука Мудищев», восстанавливая авторство над ним Ивана Баркова.

Данте, сам поэт, выбирает для беседы поэта, который жаждет с ним поговорить. Он хорошо знает Ивана Баркова. Имя Джентукка, которое бормочет Барков, да простит меня читатель, означает то место, откуда у женщины родятся дети — женские гениталии. Любой, заговоривший с Иваном Барковым, должен был понимать, что тот без мата и двух слов не скажет. Поэт просит Баркова, чтобы в разговоре он выбирал выражения: — «Сделай так, чтоб речь звучала и нам обоим принесла покой».

«Femmina è nata, e non porta ancor benda»,

cominciò el, «che ti farà piacere

la mia città, come ch’om la riprenda. [45]

Tu te n’andrai con questo antivedere:

se nel mio mormorar prendesti errore,

dichiareranti ancor le cose vere. [48]

Ma dì s’i» veggio qui colui che fore

trasse le nove rime, cominciando

`Donne ch’avete intelletto d’amore»». [51]

«Есть женщина, еще без покрывала, —

Сказал он. — С ней отрадным ты найдешь

Мой город, хоть его бранят немало. [45]

Ты это предсказанье унесешь

И, если понял шепот мой превратно,

Потом увидишь, что оно не ложь. [48]

Но ты ли тот, кто миру спел так внятно