По другому сказанию, Фетиде было предсказано, что ее сын будет сильнее отца, о чем не знал никто, кроме Прометея. Это предрекли либо Мойры, либо Фемида, либо Протей, либо это сообщила Зевсу Нюкта.

Зевс преследовал её, желая овладеть ею, и достиг Кавказа, там он встретил Прометея, который раскрыл ему пророчество, и Зевс, испугавшись, что рожденный Фетидой от него сын свергнет его, решил выдать её замуж за смертного. Таким смертным стал царь Пелей, однако невеста отнюдь не стремилась к браку.

Согласно Пиндару, за право жениться на ней спорили Зевс и Посейдон, но Прометей отговорил Зевса.

Фетида избегала некоторое время Пелея, обращаясь то в огонь, то в воду, то во льва, то в змею (согласно Овидию, в птицу, дерево, тигрицу), но Пелей по совету Хирона или Протея одолевал успешно все препятствия и побеждал чудовищ, пока наконец не овладел Фетидой.

На высотах горы Пелиона, в пещере кентавра Хирона была отпразднована их свадьба, на которой присутствовали все Олимпийцы, принесшие новобрачным великолепные дары. Согласно Птолемею Гефестиону, Зевс подарил Фетиде крылья Арки, Гефест Пелею меч, Афродита — фиалу с фигурой Эрота, Гера — хламиду, Афина — свирель. По Катуллу, Аполлон и Артемида не пришли на свадьбу, на свадьбе Мойры предсказали судьбу.

От этого брака родился единственный сын Ахилл. Согласно псевдо-Гесиодовскому сказанию, у Фетиды было несколько сыновей, но каждый раз, как она становилась матерью, она погружала новорожденного в котел с кипящей водой (либо в огонь), чтобы испытать, бессмертен ли младенец. Таким образом, Пелей лишился нескольких сыновей, пока не родился Ахилл, который был вовремя спасен отцом. Когда Пелей не позволил бросить Ахилла, Фетида покинула мужа. Согласно Ликофрону, шесть детей погибли, а седьмой — Ахилл.

Покинув наконец Пелея, Фетида как морская богиня поселилась в морской глубине, откуда продолжала следить за участью своего сына. Так, при её содействии Ахилл, которому было предсказано, что Троя будет взята только с его помощью, но что он сам погибнет, — переодетый девушкой был поручен заботам скиросского царя Ликомеда, с дочерями которого он и воспитывался. И в Илиаде она принимает близкое участие в судьбе Ахилла.

Её святилище недалеко от Фарсала. Фетида имела несколько святилищ, в том числе в эллинской Фтии (Фессалия) и в Спарте.

Действующее лицо трагедии Эсхила «Суд об оружии», трагедии Еврипида «Андромаха». В произведениях греческого искусства Фетида встречается нередко, особенно на вазовых изображениях. Была известна её статуя работы Скопаса, изваянная для группы морских божеств.

Также в любовно-фантастическом романе «Заговор богинь» Ф. К. Каст она показана любящей матерью, готовой на все ради спасения сына Ахиллеса от судьбы, предсказанной ему Зевсом, согласно которой он должен умереть под стенами Трои, не дожив даже до своей тридцатой зимы.

Именем Фетиды назван астероид Фетида, открытый в 1852 году.

Дейдамия с сестрами своими — дочери царя Ликомеда.

Дочь Ликомеда, при дворе которого жил юноша Ахиллес в женской одежде. От Ахиллеса Дейдамия родила Неоптолема.

Лангию открывшая царям — Гипсипила («Фиваида», IV, 716-V, 753).

Из академической статьи:

Гипсипила — в древнегреческой мифологии — царица острова Лемнос, родившая от аргонавта Ясона двоих детей. Упомянута в «Илиаде». По версии неясного происхождения, возлюбленная Аполлона.

Дочь царя Лемноса Фоанта. Лемносские женщины несколько лет не совершали священнодействий Афродиты. В гневе Афродита наградила женщин козлиным запахом. Из-за этого мужья бросили жен и взяли себе жен-фракиянок. Женщины перебили своих мужей, только Гипсипила спасла отца и помогла ему бежать. Она стала царицей Лемноса. Когда на остров прибыли аргонавты, они вступили во временные браки с лемниянками, все лемниянки забеременели от аргонавтов, дав их имена сыновьям. На лемносских играх Гипсипила вручала награды победителям. Подарила Ясону багряный пеплос, который некогда хариты выткали Дионису. По другой версии, дарит Ясону меч Фоанта. Родила от Ясона Евнея и Неброфона (или Эвнея и Деипила); по Еврипиду, Евнея и Фоанта.

Когда стало известно, что она спасла отца, лемносские женщины продали её в рабство (либо она бежала, схвачена пиратами и продана в рабство). Гипсипила стала рабыней царя Немеи Ликурга, и она стала нянькой его сына Офельта. Пока она показывала героям, отправившимся против Фив, дорогу к источнику, Офельт погиб от укуса змеи. Отец мальчика хотел казнить её, но герои спасли её. По трагедии Еврипида, её спасают сыновья.

Действующее лицо трагедий Эсхила «Лемниянки», «Гипсипила» и «Немея», трагедии Еврипида «Гипсипила», трагедии Клеэнета «Гипсипила», трагедии Энния «Немея». Овидий сочинил письмо Гипсипилы Ясону (Героиды VI).

Миф о пребывании аргонавтов на Лемносе носит архаичный характер и содержит мотивы группового брака.

В честь Гипсипилы назван астероид (587) Гипсипила, открытый в 1906 году.

Вергилий здесь перечисляет героинь «Фиваиды» Стация, хотя поэт и не упомянут в вышеприведенных справках. А если говорить точнее, то Вергилий говорит всё это современнику Данте, великому поэту Пьетро Метастазио, в операх которого можно встретить всех этих женщин. Да и кому же из современных авторов хочется обращаться к произведениям столь позднего поэта. Его можно просто признать поздним эпигоном, не заслуживающим упоминания.

Tacevansi ambedue già li poeti,

di novo attenti a riguardar dintorno,

liberi da saliri e da pareti; [117]

e già le quattro ancelle eran del giorno

rimase a dietro, e la quinta era al temo,

drizzando pur in sù l’ardente corno, [120]

quando il mio duca: «Io credo ch’a lo stremo

le destre spalle volger ne convegna,

girando il monte come far solemo». [123]

Così l’usanza fu lì nostra insegna,

e prendemmo la via con men sospetto

per l’assentir di quell» anima degna. [126]

Elli givan dinanzi, e io soletto

di retro, e ascoltava i lor sermoni,

ch’a poetar mi davano intelletto. [129]

Уже беседа смолкла между ними,

И кругозор их был опять широк,

Не сжатый больше стенами крутыми, [117]

И четверо служанок дня свой срок

Исполнило, и пятая вздымала,

Над дышлом стоя, кверху жгучий рог, [120]

Когда мой вождь: «По мне бы, надлежало

Кнаруже правым двигаться плечом,

Как мы сходили с самого начала». [123]

Здесь нам обычай стал поводырем;

И так как был согласен дух высокий,

Мы этим и направились путем. [126]