Этот день был явно неудачным для Ботоса. Свидетелями этого были синяки под глазами, которые видели все посетители святого висельника, а также так неудачно застрявшая дверь в кабинете императора.

Барон Торег и его сын, стояли на холме и смотрели на поверженный город. Прошло всего два дня и поэтому на виселицах до сих пор колыхались на ветру бунтовщики. Пожары в городе были потушены, но до сих пор ощущался запах гари, страха и обреченности. Так наверное пахнет каждый взятый город. Барон устало потер лицо и повернулся к сыну.

— Так это все правда? — Крок печально посмотрел на отца.

— Смотря что тебе рассказали. — В глазах барона зажглись яростные огоньки.

— Мне рассказали, что принц вешал жен бунтовщиков и их детей, чтобы выманить обороняющихся из города! Мне рассказали, что моя дочь, лично помогала гвардейцам вешать этих несчастных. Мне… — Крок резко прервал речь отца подняв руку. Барон удивленно замолчал.

— Я думаю, что тебе надо поговорить с Каролиной, прежде чем делать какие-то выводы. А потом с принцем. — Барон Торег недовольно посмотрел на своего сына, который не подав вида, продолжил.

— И я тебе советую, заранее, найти оправдание, почему это произошло. — Крок повел рукой вдоль города.

— Ты хвалился, что в баронствах ничего не делается без твоего ведома! Подумай прежде чем обвинять принца. А что ты сделал, чтобы это не случилось! Я не хотел бы терять своего отца. — Барон ошарашено наблюдал за быстро удаляющимся в сторону города сыном. Что все-таки здесь происходит?

Барон сидел напротив своей дочери и рассматривал ее. Как же она изменилась с тех пор как он ее видел в последний раз. Перед ним сидела не шестнадцатилетняя девушка, не его умница дочь, а БАРОНЕССА ТОРЕГ. И он не знал как с ней разговаривать. Видимо не зря его сын советовал ему поговорить ему с дочерью. Ой не все так просто в этом деле. Ой не просто.

— Каролина, я хотел бы с тобой поговорить о взятие этого города. До меня дошли очень не лицеприятные слухи. — Каролина улыбнулась, и чуть поддавшись вперед спросила.

— И какие слухи дошли до тебя барон Торег? — Барон отшатнулся от своей дочери. Никогда его дочь не называла его так официально. Что она себе позволяет мерзавка!

— Ты урожденная баронесса Торег, опустилась до того, что начала собственноручно вешать невинных женщин и детей. Ты постоянно находишься рядом с принцем, и участвуешь во всех его кровавых делах. Тебя называют кровавой, как и его. А может ты и спишь еще с ним⁈ — Реакция Каролины его ошарашила и испугала. Его дочь начала смеяться. Начала смеяться тем смехом, от которого хочется спрятаться и не слышать его никогда. В ее смехе он слышал боль, превосходство и презрение. Презрение к нему. К ее отцу. Баронесса прекратила смеяться и посмотрела на него. Ее взгляд пробирал до самых печенок.

— Мне очень интересно «поговорить» с тем, кто озвучил тебе эти слухи. И я не сомневаюсь, что и Длинный с принцем захочет. Но думаю, тебя не это должно волновать. С тобой очень хочет побеседовать барон Вок. И я тебя уверяю, что лживые слухи о принце и мне, которые ты не узнав подробностей озвучил, тем самым оскорбив всех, не самая большая твоя проблема. Поговорим позже. — Каролина встала и молча вышла. Барон проводил взглядом спину своей дочери скрывшуюся за дверью, и вздохнул. Как то все плохо вышло. Да и барон Вок еще. Во что же он вляпался? И кто его подставил? А то что его подставили уже не вызывало у него никакого сомнения.

Барон Вок устало уселся в кресло и по очереди посмотрел на присутствующих. Длинный, сидящий неподалеку, выжидающе смотрел на него. Баронесса с увлечением чистила какой-то фрукт и не подавала виду, что ей интересно. А принц наблюдал за всем этим, и по-моему радовался происходящему. Барон собрался с духом и произнес.

— Это не он. Как это не печально, но мы так и не нашли этого кукловода. Кто он и где он, мы не знаем. — Длинный раздраженно откинулся на спинку и начал нервно теребить пуговицу на своей рубашке.

— Может он погиб? Может он скрывался среди бунтовщиков? — Каролина скептически посмотрела на Длинного.

— И ты в это веришь? Я до сегодняшнего момента считала, что только мой отец мог провернуть такое в баронствах. Ну может еще вы барон. — Каролина учтиво кивнула барону Воку. Барон ответил таким же кивком.

— Это конечно лестно, но это нам никак не помогает в поисках злоумышленника. Пока он жив, принц и его соратники в опасности. Я все-таки склоняюсь к тому, что это, кто-то из ордена. Но насколько я понимаю, провернуть такое нужно иметь немаленькое влияние. А про таких я не знаю. Значит это другая сила. — Баронесса слушавшая внимательно барона удивленно переспросила.

— О каком ордене вы говорите барон? — Вок задумчиво посмотрел на Каролину и произнес.

— Это не моя тайна баронесса. Но я уверен, что настанет время и вы все узнаете. — Каролина вопросительно посмотрела на Дария, но тот лишь отрицательно покачал головой. В это время Длинный все-таки оторвал свою пуговицу, и с интересом теперь ее рассматривал.

— Что дальше будем делать? Есть ли смысл нам двигаться дальше в замок барона? Ведь мы пересекали страну именно для того, чтобы выманить всех врагов и уничтожить их. А теперь когда они уничтожены, наша миссия закончена. — Принц с удовольствием прожевал кусочек фрукта, который украл у баронессы, встал и сделал пару шагов навстречу Длинному.

— Ты забыл про сладкое. А без сладкого я из баронств не уйду. — Барон Вок улыбнулся. С этими заговорами все забыли про саму цель похода. Золото!

Барон Торег задумчиво смотрел на барона Вока, и пытался понять по его лицу шутит он или нет. То что он услышал за последний час, совершенно не способствовало его душевному спокойствию. Но последние заявление явно намекало, что кто-то из них двоих явно не в своем уме.

— Барон я правильно вас понял? Принц и моя дочь никаких детей и женщин не вешали. Это была военная хитрость. — Барон Вок подтверждающее кивнул.

— Так же по вашим словам, организовать и заплатить бунтовщикам мог только я. Такое влияние и такие финансовые возможности в баронствах имеется только у меня. — Барон повторил свой жест.

— Также вы хотели, чтобы бароны… Барон был прерван недовольным жестом Вока.

— Вы не могли бы сначала ответить на первые вопросы, а потом мы займемся остальным. — Барон Торег поморщился от недовольства, что его прервали, но решил не идти на обострение.

— По штурму города признаю свою вину и публично извинюсь и перед принцем и перед своей дочерью. Список людей которые так усердно врали мне, я предоставлю немедленно. — Вок удовлетворенно кивнул.

— По второму вопросу я с вами полностью согласен. Организовать такое мог только я, но к сожалению я к этому не имею никакого отношения. Мало того, что церберы принца живут в моем замке, и следят за мной и днем и ночью. Так еще если вы не забыли мой сын и моя дочь находятся рядом с принцем. Я еще не сошел с ума, чтобы давать повод думать, что я предатель, а тем более напрямую в этом участвовать. — Барон Вок одобрительно кивнул.

— Вот теперь можно перейти к последнему вопросу. Я понимаю что контрибуция очень щекотливый вопрос… — Но был прерван вскочившим перед ним бароном Торег. Лицо его было красным, глаза навыкате. Он навис над ним и громко, четко проговорил.

— Какой на хрен миллион золотых?!!!

Дарий внимательно читал многостраничный документ. Каролина сидевшая на подлокотнике его кресла, занималась тем же самым, а так же пыталась удержать равновесие, что пока ей успешно удавалась. Громила и Ветер, которые наблюдали эту картину уже как минимум час уже протерли своими мягкими местами огромные дырки в креслах, в которых сидели. Но ни один из них за это время даже не встал. Поведение принца, который обычно любил смотреть на первую и последнюю страницу, их неприятно настораживало. Что происходит⁈

Дарий наконец закончил читать, и передал бумаги Каролине, которая взяв их в руки, начала что-то в них выискивать, совершенно не обращая внимания на ожидающих ее гвардейцев. Принц устало протер глаза, но выглядел он весьма довольным. Каролина, что-то найдя в записях сунула их в лицо принцу, ожесточенно тыча в какую-то запись. Дарий посмотрев, удволетворительно кивнул Каролине, которая на глазах ошеломленных свидетелей, поцеловала принца в щечку, и спрыгнув с кресла унеслась. Не забыв послать прощальный поцелуй Ветру и Громиле. Те молча переглянулись, и не увидев понимания в глазах друг друга, так же молча повернулись в сторону принца. Который уже встал, и резкими движениями, пытался разогнать кровь, застоявшуюся от долгого сидения. Подойдя к своим друзьям, он задумчиво на них посмотрел и спросил.