Тело из нового сплава добываемых на Тартусе металлов отличалось высокой прочностью, суставы нового поколения обеспечивали подвижность на уровне человеческой и даже больше, встроенные в голову датчики видели через сплошной дым.

Универсальные бойцы представляли серьёзную угрозу, и их единственным недостатком была цена. Несмотря на собственные шахты и заводы, каждый такой робот стоил больше тысячи кредитов. При прочих равных Легионеры примерно той же силы выходили гораздо дешевле. Жаль, мы не могли разместить наёмников в нишах и применить в нужный час, в отличие от бездушных машин. И ладно, деньги — это средство достижения цели: ради результата я готов полностью опустошить персональный счёт.

— Всё отлично, не считая одной вещи — орбитальных ударов. Что-то я вообще не вижу орудий планетарной обороны. Где они? — спросил у Рекса, одновременно получив доклад от Андрея. Он обозначил пару небольших скоплений в отдалении от Парадайза.

— Я строил оборону с расчётом на поддержку флота федератов, иначе пришлось бы менять всю концепцию. — Он растерянно развёл руками. — Сам видишь, скалы слишком маленькие и изломанные, полноценные крепости сюда не засунешь. В городе пушки тоже не поставишь, скалы мешают прицеливанию. Тут нужно конкретно наращивать гору, удобные долины, и строить оборону вокруг планетарных орудий. Мне изменить концепцию?

— Пока нет… — Получается, всё сводилось к федератам. Судьба Тартуса зависела всего от одного решения: останутся они или улетят, и мне это очень не нравилось. — Я поговорю с адмиралом и тогда передам указания. Спрошу на всякий случай — ты подготовил планы на случай их ухода?

— Конечно, я серьёзно изучил вопрос, и у нас есть три варианта. — Рекс на мгновение замер, отдавая команду, и выстроившиеся в линию пауки-танки организованно двинулись обратно в хранилища. — Самое дешёвое — это строить плазменные пушки. Они несложные, у нас имеются все необходимые материалы и технологии. Сейчас они являются основным элементом нашей планетарной обороны: их задача — сбивать крупные транспортные корабли и орбитальные бомбардировщики.

— Ну да, наслышан. Обычно солдаты называют их кривострелами, — я криво улыбнулся: столь нелестное прозвище появилось не на пустом месте. — Надёжная оборона потребует сотни таких установок, если не тысячи.

Рекс пожевал губами и предложил переместиться во дворец, где можно всё спокойно обсудить, раз демонстрация окончена. Сотни роботов бесследно растворились под землёй, люки вернулись на прежние места, и их накрыли маскировочные сети. При беглом осмотре я не обнаружил ни одного отверстия, да и более подробное изучение не принесло плодов.

В глайдере Рекс рассказал о втором доступном нам варианте — так называемых тахионных лазерных установках. Они испускали мощный луч фиолетового цвета и по эффективности приближались к дровосекам. То есть срезали всё мелкое и быстролетящее, а в случае нормальной подпитки доставалось и кораблям покрупнее. Основной недостаток — они жрали прорву энергии: один лазер забирал чуть ли не половину потребления промышленного Парадайза.

— Ещё мы можем использовать торпеды: им понадобится много шахт. В принципе, никаких проблем: роботы всё выкопают. Но мне говорили: их легко сбить, на преодоление вражеской ПКО уходит много зарядов, и они очень недешёвые. — Рекс недовольно повёл плечами. Они с Кайрой сидели сзади, и волчица прижала его к окну, заняв большую часть дивана. Хорошо, полёт был недолгим и до конфликта не дошло.

— Господин! — Получив уведомление от Андрея, Зирия успела выбежать к посадочной площадке. Полупрозрачный наряд наложницы, который она наотрез отказывалась менять на что-то другое, красиво развевался на поднявшемся ветру. — Безмерно рада вас видеть!

— Взаимно. — Крепко обняв чешуйчатую девушку, пахнущую ароматными благовониями, я на мгновение пожалел, что не могу остаться на неделю-другую. — Мы ненадолго: закончим разговор, и я полечу на встречу с адмиралом.

— Вы про командующего флотом? — На раскрывшемся капюшоне засветились узорчатые линии, она без труда считывала моё настроение. — Господин, он известный любитель ваших заведений с определёнными услугами. Любая из моих сестёр с радостью составит ему компанию здесь, во дворце, и смягчит во время переговоров.

— Хм… а это неплохая мысль. Отправишь ему приглашение? — Зирия носила гордое звание губернатора, её должность вполне позволяла проворачивать подобные вещи.

Она была права: мы с Рексом не успели обсудить размещение торпедных шахт, а неизвестный адмирал уже согласился и направился к шаттлу — должен был прибыть в течение десяти минут. Зирия немедленно послала к посадочной площадке сразу двух ламирий-близняшек. Странно, вроде не видел их раньше среди дворцовой прислуги.

— Они из новой партии, господин. — Она вновь угадала, о чём я думаю. Змеедевушка прижалась ко мне со спины и умело разминала напряжённые плечи, ни капли не стесняясь сидящего в соседнем кресле Рекса. Мы переместились в зал с бассейном, на противоположной стороне которого танцевали грациозные служанки.

— Партии? — спросил я с недоумением. — Я думал, ты давно перевезла всех, кого мы смогли найти.

Примерно год или два назад Зирия развернула крупномасштабную кампанию по возвращению находившихся в рабстве сородичей. Контрабандист Кайро неплохо заработал на поиске и выкупе томившихся в неволе ламирий: чаще всего они служили на пиратских станциях или в космических борделях.

Кто-то отказывался от сделок и шёл на принцип, и тогда мы обращались к федератам. С помощью комбинации из взяток, знакомств Фридриха и напоминаний о необходимости хотя бы минимально соблюдать законы, военные снимались с насиженных мест и обрушивались на охреневших от внезапного поворота событий владельцев.

По вселенной, само собой, потекли слухи, и после нескольких громких казней оставшиеся в живых предпочитали договариваться с нами.

— Космос большой. — Я почувствовал её улыбку через растекающееся по телу тепло. Зирия щедро делилась собственной радостью с помощью псионических волн. — Иногда нам улыбается удача. Обычно новенькие боятся отходить от меня, и я обучаю их и помогаю интегрироваться.

— Разве они хотят возвращаться к прежней работе? Их же принуждали к страшным вещам, и, получается, мы забрали их и заставляем делать то же самое.

Нажим на плечи чуть усилился: таким образом ламирия выражала недовольство.

— Прошу, господин, не нужно путать. Их никто не принуждает, они сами захотели принести пользу тем, что умеют лучше всего. И один мужчина не сравнится со сворой голодных зверей… — На мгновение дрогнувший голос вернул потерянное тепло. — Всё в порядке, господин, тут никого не принуждают.

— Это точно! — вернулся в беседу Рекс, которого тоже обнимала ласковая змеедевушка. — Поверь, Цезарь, я прекрасно чувствую разницу: насмотрелся всякого дерьма в Парадайзе.

— Неужели этот город так плох? — деланно удивилась Зирия.

— Да нет, я говорю о прошлом Парадайзе, в честь которого назван этот, — смутился мужчина и потянулся к стакану. Мы вместе ждали прибытия запаздывающего адмирала: видимо, ему очень понравилась встреча с ламириями-близняшками. — Это была настоящая дыра.

— Тогда зачем вы назвали новый город в честь плохого места? — не унималась девушка, всё сильнее смущая Рекса. Его спутница слегка отодвинулась, одарив партнёра хитрым взглядом.

— Это была идея моей дочери — мне бы такое точно не пришло в голову. — Он нервно усмехнулся и вновь приложился к стакану. — Она хотела сделать его лучшим местом, раз не смогла изменить старый дом.

— Хорошая идея! Думаю, у неё получилось. — Прекратив массировать мои плечи, Зирия чуть привстала и склонила голову. — Приветствую, адмирал! Была ли легка ваша дорога?

— Более чем, — пробасил крупный носорог и махнул нам толстой лапищей. — Не вставайте, я тут неофициально, обойдёмся без имён. Так, значит, ты и есть тот самый знаменитый Цезарь? Наслышан, наслышан!

Адмирал какого-то там флота Федерации производил впечатление типичного громилы. Шумный. Неуклюжий, он чуть не опрокинулся с креслом, в которое с размаха прыгнул. Поднесённый близняшками стакан опасно хрустнул в мощной лапе, ещё немного, и брызнули бы осколки.