— А у других каторианцев нет такой высокой мотивации? — спросил я, вызвав новый взрыв смеха. — Да ладно! Что я такого смешного сказал?

— Прошу, не пытайся быть политкорректным со мной! Я прекрасно знаю свою расу, мы те ещё свиньи! Ты бы знал, насколько тяжело мне пришлось отказывать больше чем тысяче родственников, друзей, приятелей и дальних знакомых! Теперь они все проклинают твои жадность и недоверие, — хрюкнула Беатрис, вновь приложив платок к прозрачным ручейкам. — Всё в порядке, мне, наоборот, казалась странной такая вежливость, с учётом рассказов мужа.

— Вроде бы я никогда не называл его свиньёй… вслух, — признался я и подождал, пока Беатрис сдавленно похихикает. — Получается, ты не берёшь сородичей, потому что не доверяешь им. А что насчёт мотивации? У вас ведь должны быть и специалисты твоего уровня.

— Верно, управляющих, подобных мне, хватает, незамужних и без детей. — Улыбка девушки слегка погрустнела, хотя она очень старалась сохранять видимость веселья. — Поэтому мне не нужны конкурентки, способные взойти на высшую ступень в корпорации вместо меня. Надеюсь, ты не возражаешь, готова поменять дискриминационное условие на годовую премию.

— Всё в порядке, я доверил тебе набирать персонал. Единственное требование — приоритет гражданам Тартуса. При прочих равных места должны получать они, — напомнил про политику развития планеты.

— Разумеется, сорок процентов вакансий закрыты именно ими! Все охранники, техники и рабочие. Квалифицированных менеджеров почти не нашлось, мы честно провели больше десяти тысяч собеседований и тестов. Желаешь взглянуть записи? — Беатрис излучала полную уверенность в себе.

— Поверю на слово, — сказал вслух, про себя отправив Андрея на дополнительную проверку.

Мой помощник не обнаружил никаких признаков дискриминации, моим подданным и впрямь предоставлялась приоритетная возможность устроиться на работу в Банк Союза Миров, просто они не подходили на роли менеджеров. Выживание на суровой пустынной планете плохо влияет на вежливость и готовность услужить богатым клиентам.

Дабы устранить очевидный перекос, Беатрис открыла специальные курсы для местных. Через год пятьсот лучших выпускников отправятся на стажировку и, в случае успеха, получат должности младших менеджеров и двинутся дальше по карьерной лестнице. В нашей корпорации существуют социальные лифты, способные люди смогут расти и зарабатывать больше денег, принося пользу всему коллективу. В основу ляжет свободная конкуренция, любой фаворитизм подвергнется безжалостному искоренитю, поскольку он влияет на эффективность.

— Молодец, вижу, не зря доверился тебе, — наконец подвёл итог. — Могу я задать личный вопрос?

— Конечно! — свинка придвинулась ко мне ближе и потянулась к пиджаку. — Думала, ты уж и не спросишь! Дональд будет очень рад породниться с тобой таким образом…

От последнего предложения меня передёрнуло, в голове всплыл с таким трудом забытый образ свина в золотых стрингах на блестящее тело. Ну нет!

— Ты неправильно поняла, я предпочту видеть наши отношения сугубо профессиональными, — сказал с некоторым усилием, подавив желание отшатнуться. — Вопрос в другом, сосредоточься.

Беатрис не пыталась скрыть разочарования, и я окончательно убедился в правильности принятого решения. Мало того, что она жена Дональда, так она ещё собиралась сблизиться со мной таким банальным способом! С другими девушками было совсем по-другому, они не пытались занять высшее положение через постель. Даже Кайра, хотя она утверждала совсем иное.

Несмотря на некоторое разочарование, свинка внимательно выслушала о моих мыслях касательно странного поведения конкурентов. Над пятаком пролегли задумчивые морщинки, и она озадаченно потёрла гладкий подбородок.

— Ты прав, это странно. В нашей вселенной корпорации ни перед чем не остановятся, наглых выскочек вроде тебя в лучшем случае покупают за десять процентов от настоящей стоимости. Тех, кто пытается отстаивать права, сажают на долгий срок или убивают. Хм… — она покрутилась в кресле, глубоко погрузившись в раздумья. По лицу видел — не играет, необычная загадка целиком захватила управляющую. — Может, дело в том, что ты Легионер? Вас невозможно похитить, держать в плену, пытать или убить. Предложения о покупке ты отклоняешь, на давление через суды отвечаешь стримами и той гениальной девчонкой. Получается, твой щит — это популярность и могущественная корпорация за спиной!

— Почему Легион меня защищает? — спросил то, что волновало больше всего. — Я ведь один из миллиарда и далеко не уникален. В системе полно участников с огромным числом выполненных миссий и миллионами подписчиков.

— И у многих из них есть бизнес? — задав риторический вопрос, Беатрис одарила меня неожиданно серьёзным взглядом. — Не принижай себя, Цезарь, ты уникален, я бы не пошла работать к посредственности.

— Не знаю, всё равно что-то не сходится. — Порой, простейшее объяснение является самым верным, но чуйка видела во всём двойное дно.

Конкуренты не хотят связываться из-за защиты Легиона? Вполне возможно! Корпорация, на которую я работаю, считается одной из сильнейших в Федерации, но и они не всемогущественные. Почему они покровительствуют мне? Зачем тратить ресурсы и репутацию вместо отключения шебутного элемента от системы?

Заодно вспомнилась ситуация, когда нас с Мэй пытались устранить на территории отеля то ли в Корее, то ли в Китае. За прошедшее время воспоминания о месте сильно размылись, зато сам бой очень чётко остался в голове. Мы тогда едва не проиграли, спасло вмешательство корпорации, предложившей временное усиление чипа всего за один кредит.

Никому из других земных Легионеров не выпадали подобные акции неслыханной щедрости. Тот же Эмилио провёл в плену у бандитов целую вечность, и система не почесалась о его спасении. Так почему ко мне такое особенное отношение?

Честно говоря, я надеялся получить хоть какой-то комментарий от всемогущей системы. Увы, перед глазами не появилось новых надписей. Любимая корпорация делала вид, словно не произошло ничего экстраординарного.

— Слушай, а ты не переоцениваешь собственную значимость? — почувствовав очередную возможность «опустить господина-хозяина с небес на Землю», Андрей не преминул ею воспользоваться. — У твоих конкурентов возможности тоже не бесконечные. По сути, что они могут сделать? Ты бьёшь их законами и популярностью, высадят каких-нибудь бандитов на Тартусе и огребут по полной. Убьют тебя на Земле? Так ты живёшь на задворках вселенной, до тебя пока доберёшься — жуки раньше сожрут.

В словах ИИ имелось зерно истины, впрочем, как и у продолжившей рассуждать Беатрис. У меня от обилия информации, туманных предположений и недомолвок заболела голова, и я поспешил закрыть тему. Поблагодарив управляющую за проделанную работу, оставил её в кабинете с крайне задумчивым лицом. К сожалению, я сразу узнал это выражение — девушка задумала какую-то хитрость или пакость, порой грань между ними была практически незаметной.

В который раз за день зайдя в лифт, отправился на крышу, где меня уже ожидал глайдер. Выскочившая из кабины Кайра низко поклонилась, приветственно размахивая коротким хвостом.

— Давно ждёшь? — спросил с улыбкой, обнимая смутившуюся волчицу. От неё пахло пылью и солнцем, упругая грудь прижалась к моей, прекрасно ощущаясь через тонкую ткань комбинезона. Она не изменяла себе и носила весьма откровенные наряды по типу моды Шила, с поправкой на пустынный климат. Короткие шортики и кожаный бронелифчик скрывали лишь самые интересные места.

— Нет, господин. — Она ни взглядом, ни словом, ни тоном не показывала недовольства из-за вынужденной спешки. И правильно, сама же бросилась сюда без приказа. — Давно хотела опробовать новую модель. Летит на двадцать процентов круче стандартных!

Волчица похлопала по чёрному борту глайдера, и я обратил внимание на его необычную форму. Он скорее напоминал вытянутый стилет с тремя лезвиями, а не полумесяц с резными перьями.