В 1905 г. Лебедева увлеклась революционно-народническими идеями и вступила в эсеровский молодежный кружок «Светоч», возникший под влиянием жившего в Якутске бывшего политического ссыльного, народника-семидесятника
В. М. Ионова. В этом кружке она была одной из ключевых фигур2121.
В 1906 г. Лебедева окончила гимназию и уехала в Петербург для продолжения образования. Некоторое время училась на Бестужевских курсах, но вскоре еще больше втянулась в революционные дела2122. Каким образом юная якутская эсерка оказалась в ЛБО, в точности неясно. Историк И. И. Жуковский-Жук утверждал, что в отряд она вступила через посредничество Фельдмана2123, но сам Фельдман, говоря о ней, об этом не упоминает. Выше цитировалось заявление Трауберга, в котором он пишет, что Лебедевой, как и Синегубу, пришлось ждать немало времени, чтобы попасть в ЛБО.
К июню 1907 г. Лебедева уже находилась в отряде. Фельдман характеризует ее кратко, но выразительно: «...18-летняя красавица, наделенная огромной силой воли и выдержкой...»2124 Однако наиболее подробно о ней рассказывает Зубелевич.
Когда в первой декаде октября 1907 г. Зубелевич приехала в домик, где жили боевики, кто-то, указав на Лебедеву, сказал гостье: «Вот это — Киска. Правда, она похожа на кошечку? Потому ее так и прозвали».
Зубелевич продолжает:
«Предо мной была молоденькая, лет 17-18 девушка. Есть стихи: „Ты ведь так молода, ты яснее весенней зари!“ Читая это стихотворение, невольно вспоминаешь Киску: именно — „яснее весенней зари“. Жизнь еще совсем не коснулась ее. Вся она, как нераспустившийся цветочек, таила в себе такой запас наивности, нерастраченной энергии, свежести. Ею нельзя было не любоваться. Она щурила свои глазки совсем как кошечка, улыбалась, качала своей кудрявой головкой и шаловливо говорила:
— Ну, какая я кошечка, совсем я не похожа»2125.
В другой раз Зубелевич долго беседовала с Лебедевой по душам. Та призналась, что счастлива находиться в ЛБО. Сообщила,
что перед приемом в отряд ее в качестве испытания на несколько месяцев обрекли на полное уединение и это ожидание было мучительно. Зубелевич возразила:
«Но ведь можно занять свое время, оставаясь одной. <...> Ведь раз вы пришли к вашему решению, хочется его продумать наедине, разобраться в своих чувствах и сравнить их с прежними. Интересно проследить жизнь других людей, сравнить их жизнь с[о] своею, разобрать, почему люди несчастны, в чем суть твоего счастья — в каких переживаниях. Я бы на твоем месте непременно писала бы дневник, который оставила бы для родных».
Лебедева ответила:
«Мне не люди нужны <...> а именно близость своего выступления в будущем и постоянное дело в настоящем. Вот как сейчас. А книги — это не то. Писать же я не умею».
Зубелевич поняла свою ошибку. Трудно было требовать от мало жившей и не запасшейся серьезными жизненными впечатлениями Лебедевой самоанализа или каких-то еще «психологических упражнений». «Да видала ли она хоть сколько-нибудь жизнь, знает ли хоть кусочек ее?» — хотелось задать вопрос, но на любые вопросы о прошлом Лебедева откликалась неохотно2126.
Еще при первой встрече с Лебедевой Зубелевич внутренне содрогнулась:
«Господи — такой ребенок! <...> Вспомнилось чудовище, которое пожирало людей; чтобы откупиться, ему давали на съедение по несколько девушек в год. И эти девушки шли на смерть, чтобы спасти весь народ. Венедиктова, Мамаева тоже были так молоды»2127.
Однако когда речь заходила о боевой работе, Лебедева мгновенно преображалась и становилась из ребенка зрелым, серьезным человеком. Та же Зубелевич свидетельствует: «В отношении к своему делу она обнаруживала такое спокойствие, определенность и выдержку, такую стройную продуманность, что внушала к себе полное доверие и уверенность в том, что никакие посторонние впечатления и соображения не выбьют ее из колеи. Ее отношение к собственному выступлению было ровное, глубокое. Она часто молчала, сосредоточенно, с глубокой, затаенной, радостной думой»2128.
Доказательством ее убежденности, выдержки и крепких нервов служит тот факт, что, согласно Карлу, Лебедева выходила на акт в качестве террориста-исполнителя шесть раз2129.
Подобное сочетание взрослости и детскости вообще было знамением времени, являясь характерной чертой многих эсеров-террористов — в частности, Рогозинниковой и Клапиной.
Завершая рассказ о Лебедевой, необходимо упомянуть еще об одном важном обстоятельстве ее пребывания в ЛБО. Она сблизилась с одним из боевиков — Н. Н. Ивановым, единоутробным братом Е. А. Ивановой, вошедшим в отряд в августе или сентябре 1907 г. Лебедева и Иванов считались женихом и невестой2130. Как уже говорилось, жених Лебедевой был арестован в Петербурге 22 ноября 1907 г., и она уже никогда не видела его.
Сергей Баранов
Сергей Гаврилович Баранов родился 8 мая 1885 г. в г. Гатчине Петербургской губернии2131, находившемся под личным управлением императора. Отец, Гавриил Петрович Баранов (ок. 1855 — ок. 1910)2132, — дворцовый служитель, чья должность, по разным данным, называлась «смотритель зверинцев»2133 или «егерь императорской охоты»2134. Мать, Юлия Ивановна (1861-1934), работала до замужества гувернанткой у кого-то из графов Чертковых (возможно, члена Государственного Совета с 1881 г., генерала от кавалерии М. И. Черткова)2135.
У супругов родились два сына и семь дочерей. Сергей — самый старший из детей. А самым младшим был Василий (1899-1988), впоследствии знаменитый врач-эндокринолог2136. Любопытно, что
дядя Сергея — брат отца — служил агентом одного из охранных отделений2137 (вероятно, Петербургского).
В 1903 г. Баранов окончил Ремесленное училище Цесаревича Николая2138 (названо в честь умершего в юности сына Александра II) в Петербурге. Учеба там длилась пять лет, и ученики обучались не только ремеслам, но и русскому языку, арифметике, геометрии, истории, географии, элементарной механике и физике, общим понятиям о строительных материалах, естественной истории, счетоводству, рисованию, черчению, орнаментовке, пению, гимнастике.
По свидетельству племянницы Баранова И. В. Райло (дочери его сестры Ольги), он был очень способным мальчиком, прекрасно рисовал и учился на круглые пятерки.
Биографические данные о жизни Баранова с 1903 по сентябрь 1907 г. (предполагаемое время вступления в ЛБО) очень фрагментарны и содержат большие лакуны. Райло сообщает, что он в юном возрасте ушел из семьи и уехал из Гатчины2139. В точности неизвестно, где Баранов в 1903-1905 гг. жил и работал, пытался ли продолжить обучение, кто оказал на него влияние и каким образом у него сформировались революционные воззрения. В сведениях о нем Петербургского ГЖУ от 13 октября 1905 г. сказано, что местом его жительства является Петербург, он имеет звание домашнего учителя и служит в Главном управлении уделов министерства императорского двора2140. К августу 1905 г. Баранов уже был активным эсером. Во втором полугодии 1905 г. его дважды задерживала полиция. Первый раз — 30 августа 1905 г. по подозрению в принадлежности к технической группе ПСР. При аресте у него нашли сто эсеровских прокламаций2141. Дело было прекращено вследствие царского указа об амнистии 21 октября 1905 г.2142, после чего Баранова освободили из заключения.
29-30 декабря 1905 г. Баранов принимает участие в съезде Северного областного комитета Всероссийского крестьянского союза (ВКС). 30 декабря его с более чем двумя сотнями прокламаций
и брошюр ПСР задерживают вместе с еще несколькими делегатами съезда на станции Белоостров Финляндской железной дороги, располагавшейся на границе тогдашней Финляндии и Петербургской губернии2143.
12 января 1906 г. Баранов был доставлен в Петербург и помещен в пересыльную тюрьму. От каких-либо показаний он отказался2144. В конце мая 1906 г. жандармские власти решили освободить (по-видимому, на каких-то условиях, информации о которых у нас нет) большинство арестованных в Белоострове2145. Судя по всему, Баранов вскоре вышел на свободу.
