Другое дело кулаки.
Я мысленно дал волю доспеху, и Живая Сталь растеклась по телу тёмно-фиолетовым панцирем. Затем шагнул в толпу.
Первому я вмазал кулаком в грудь. Хрясь! Вор сложился пополам, хватая ртом воздух. Второго поймал за плащ и выставил перед собой, приняв на него удар дубинки товарища. Третьего срезал подсечкой под опорную ногу, а четвёртого приложил затылком оглушённого напарника, которого всё ещё держал за шкирку.
— Изыди, — обронил я над теми двумя, что уже потеряли сознание.
Оба бандита растворились без следа, отправленные прямиком в мастерскую. Живых, кто ещё мог трепыхаться, так просто не перекинешь, Система упрямо требует, чтобы цель была обездвижена. Ну да мне не привыкать сначала вырубать, а потом складировать.
Оставшиеся воры увидели, как двое их дружков исчезли без следа, и на этом их боевой дух испарился.
— У него скрытый класс! — заорал кто-то. — Не по нашим рангам, валим!
Вся шайка кинулась к выходам из проулка.
Я вытащил из инвентаря горсть золотых монет. Система по-прежнему считала их деньгами, а не оружием, поэтому формально я ничего не нарушал. Бросать я умел — недавно сам в этом убедился, так что промахнуться не боялся.
Монеты пошли одна за другой: под колено, в локоть, в загривок. Бегущие спотыкались и валились на мостовую, воя и держась за отбитые места.
Дед ковылял последним, придерживая искалеченную кисть. Первая монета подсекла его под колено, и старик со всего маху растянулся на мостовой. Вторая ушла в затылок и погасила сознание.
В проулке стихло.
Я прошёлся вдоль тел, пересчитал вырубленных и оглядел брошенную повозку с вепрем, что жевал что-то в оглоблях. Возница сбежал, значит, был подкуплен, а раз есть отлаженная схема с извозчиками и ловчими сетями, то у этой публики точно имеется своя нора, где они делят добычу и держат товар.
— Ну что, дедуля, — я подхватил бесчувственного старика за шиворот. — Погостишь у меня, там и потолкуем по душам.
Я собрал всех вырубленных командой «Изыди» и шагнул в мастерскую вслед за ними.
Тела бандитов кучей валялись у входа, а над ними уже стояла Сиси, сложив руки на груди. Мою добычу она оглядела с откровенной брезгливостью.
— Ты ушёл за редким металлом, — сказала она. — А вернулся с ворохом немытых уголовников. Это теперь так рудокопы выглядят?
— Планы слегка поменялись, — я скинул старика поверх общей кучи. — По дороге меня решили ограбить и повесить. Пришлось внести коррективы.
Дундук протопал ближе, наклонился над телами и обнюхал ближайшего.
— Хозяин привёл свежих, — прохрипел он и облизнулся. — Дундук сожрать мозги? Мозги давать сил.
— Отставить, — я придержал его за плечо. — Эти ребята мне ещё пригодятся. Целиком.
Дундук разочарованно вздохнул, но отступил.
Я велел стащить пленных в склеп, где холодные стеллажи и ряды пыльных ниш обычно быстро настраивают на откровенность.
Сиси спустилась следом и встала в стороне, а Дундук пристроился рядом со мной, поигрывая кинжалом. За спиной топтались зомби-рабочие.
Старика усадил у стены и взбрызнул водой из фляги, помогая ему очухаться.
Дед дёрнулся, приоткрыл глаза, обвёл взглядом сводчатый потолок, ряды ниш и топчущихся вокруг зомби, и лицо у него посерело.
— Где я? — просипел он.
— В гостях, — я присел напротив на корточки. — А теперь ты мне расскажешь всё. Кто вы, откуда, где ваша база. И чем быстрее, тем целее будешь.
Старик пожевал губами, и в глазах его мелькнула прежняя хитреца.
— Ничего ты мне не сделаешь, — проскрипел он. — Мы же всё ещё в буферной зоне, просто в какой-то скрытой дыре внутри неё. Отпустишь, поторгуемся. У меня золото есть, много…
Я вытащил из наруча нож и без замаха всадил ему в бедро.
Никакого системного оповещения не последовало. Ведь мастерская считается моим личным карманом, а не буферной зоной, и правила против насилия тут не работают.
Дед завыл, задёргался, а под ним расползлось тёмное пятно.
— Всё скажу! Всё! — заголосил он. — Только не убивай, дай отработать, я тебе полезным буду, слышишь⁈
— Вот это уже деловой разговор.
Я выдернул нож и плеснул на рану лечебного зелья. Рваная дыра в бедре затянулась на глазах.
— Целый ты мне полезнее, чем калека, — добавил я. — А теперь начинай.
И старик запел.
Их шайка звалась гильдией «Тихий Омут», малой, но зарегистрированной по всем правилам. Промышляли грабежом, похищениями и инсценировкой самоубийств, а на стороне приторговывали живым товаром, особенно ценились редкие расы. Легальный статус, арендованный склад под прикрытием и прикормленные извозчики на подхвате.
— Где ваше логово? — уточнил я.
— Склад на окраине торгового квартала… там засел Кривой Бард, главарь наш, — выдохнул дед. — Там всё, и золото, и книги, и товар…
Я поднялся и кивнул зомби.
— Всех в стазис до прихода Патрика, — распорядился я.
Затем я повернулся к старику.
— А ты не переживай. Я же обещал, что ты мне послужишь. Скоро у тебя будет уйма времени отработать все свои косяки. Вечность примерно…
Дед не оценил перспективу и снова заскулил, но его уже волокли к ближайшей нише.
Я вышел из мастерской обратно в ночной переулок и поймал новую повозку.
К «Адским рудозвонам» за металлом я собирался отправиться с самого начала, но теперь дело подождёт. Сперва наведаюсь к «Тихому Омуту», пока там не спохватились, что их ударная группа не вернулась с рейда. Раз уж эти любители чужого сами полезли меня грабить, будет честно навестить их логово и стрясти компенсацию.
База и правда пряталась под личиной обычного склада. Глухие стены, широкие ворота, ни вывески, ни каких огней. Я толкнул боковую дверь и вошёл внутрь.
На складе оставались только трое дежурных — остальные люди «Тихого Омута» уже разошлись по маршрутам, и в этой буферной зоне больше никого из них не осталось. За столом под тусклым светильником они резались в карты и передавали по кругу бутыль вина.
— Ты кто такой? — рыкнул один, не поднимаясь. — Вали отсюда, пока цел, склад закрыт.
— А я по записи, — хмыкнул в ответ и подошёл ближе.
Договорить он не успел. Первого я приложил в челюсть, и он опрокинулся вместе со стулом. Второй успел вскочить и дёрнуться активируя ауру, но я перехватил его и впечатал лбом в столешницу. Третий только разинул рот, прежде чем осел на пол от короткого удара в висок. Карты разлетелись по полу вместе с опрокинутой бутылью.
— Изыди. Тела исчезли.
Кабинет главаря нашёлся в глубине склада за неприметной дверью. За столом сидел сам Кривой Бард — сухой мужик с кривой ухмылкой и золотым зубом. Он успел поднять голову, реагируя на выбитую с «Эгидой» дверь, которая пролетев через кабинет под ускорение от щита, вмазала врага в стену.
Бард обмяк, сполз под стол и даже не успел понять, что именно произошло. Я подхватил его за ворот.
— Изыди.
Главарь растворился, отправленный прямиком в мастерскую.
На столе меня ждали бухгалтерские книги, и я их быстро пролистал. Списки ограбленных, суммы выкупов, имена прикормленных извозчиков, договоры и отдельной строкой заявки на «редкий товар».
В тех же книгах всплыли эльфийские пленницы и налаженные каналы переправки между буферными зонами. Я нашёл и схему платных портальных арок, что вели в гномью и эльфийскую зоны, с приписками об условиях перехода и мзде за каждую голову.
— Смотрю, ребята работали с размахом и чувствовали себя комфортно, — пробормотал я, сгребая бумаги.
В хранилище за кабинетом обнаружилась настоящая сокровищница мелкого пошиба. Золото в мешках, кристаллы маны, россыпь артефактов, компромат, накладные, а в дальнем углу небольшой слиток с фиолетовым отливом.
Сверившись с накладными, я понял, что слиток числился в украденной партии руды для неизвестного заказчика. Видимо, «Тихий Омут» успел перехватить его совсем недавно.
Взял слиток и вгляделся. Фиолетовый сплав, качество довольно высокое.
