— Затем, чтобы он остался ни с чем! — зашипела Ева.

— Поверь, мы все об этом мечтаем не меньше, — констатировал Тим, — билеты сейчас оформлю, скину. Что за предложение то хоть?

— Предлагаю хорошее будущее, без Титова.

— Это невозможно. Ева, ты же знаешь.

— Все возможно, если этого, — девушка сжала губы, но взяв себя в руки продолжила, — если его на место поставить.

— Я искал людей, которые заткнут его, много лет. Но никто и связываться не хочет. Ева, ты куда влезла? Неужели желание раздавить его так сильно? Я не для того старался оградить тебя от него, чтобы начинать сначала!

— Волнения за меня в сторону. И без тебя есть кому волноваться.

— Вот оно как, — хмыкнул задумчиво, — появился мужчина?

— Угу, появились огромные и злые возможности, поэтому хочу ими воспользоваться и убить трех зайцев. Отомстить Титову, отблагодарить тебя за помощь, и получить выгоду, — проговорила, смотря с надеждой на вернувшегося Яна.

— Жду тебя и гостей, — усмехнулся он, — готов выслушать. Не упущу любую возможность, чтобы наконец вдохнуть свежего воздуха.

— Увидимся, — Ева отключилась и уставилась на Яна, — ну что? Если не хочешь помогать, так и скажи!

— Может кто-то объяснит, что здесь происходит? — возмутилась Вика, — если Ева знакома с Билибовым, то нужно с ним общаться! Это же шанс!

— Нет, — рыкнул Ян.

— Да, — закивала Ева.

— Ты это серьезно?

— Ян Борисович, эти закрытые вечеринки принесут ИкАру огромные деньги! — Ева встала и подошла к нему, задрав голову, — еженедельно они собирают всю молодежь сливок общества! У них огромная фан база, которая готова платить деньги за развлечения! Ты сам говорил, что нам нужны те, кого недооценили! В этих ребят стоит инвестировать! Это же соревнования, это батлы, это тот же тотализатор, но творческий! Это профессиональные хореографические коллективы! Так что не стоит смешивать бизнес и личное!

— Я привез тебя познакомить с сестрой, раскрыть карты, а не для мести бывшим, сотрудничая с бывшим любовником, — высказался Ян, чем шокировал сестру.

— Согласна, — Ева почесала кончик носа, сдерживая улыбку, — из твоих уст звучит паршиво. Но давай посмотрим на ситуацию с другой стороны?

— Я сейчас так посмотрю, мало не покажется!

— Может кто-нибудь мне поможет⁈ Мне что, одной проект нужен? — возмутилась Ева, кинув на сестричку генерала злобный взгляд, — у меня аргументы кончились!

— Ева, у меня они кончились, как оказалось, на твоем бывшем, — развела руками Вика, — а тут еще и Билибов любовник. Бывший. Я все, капитулирую, — протянула расстроено.

С братом спорить бесполезно, особенно если это касается Евы и ее прошлого. И так крыша ехала, в моменты, когда она уезжала на пару дней к мужчине, которым и оказался Билибов. И очевидно, только для Вики это было открытием, потому что Вера только ухмылялась и не вмешивалась.

— И сдались вам эти танцульки, — зарычал зверюга, пугая настроем пуще прежнего.

— Нормальные танцульки, — пробубнила обиженно Ева, — ладно, — вздохнув, девушка отстранилась от мужчины, прошла к чемодану и схватив его, прямиком отправилась на выход, — поехали, раз миссию в этом городе выполнили. Билеты для Вики и Веры отправлю. Пусть хоть девчонки расслабятся. А ты посади птичку на поводок, чтобы никто не уволок.

Услышав, как Ева хлопнула дверью, Ян нервно прошелся рукой по волосам. После хмыкнул, но в глазах мелькнуло что-то опасное. Она даже не представляла, насколько буквально он готов это сделать.

— Собирайтесь на свои танцульки, — шикнул на сестру и Веру, — я пока птичку на поводок посажу, — чертыхнулся со смешком, — чтобы наверняка никто не уволок.

— Вы друг друга стоите, — наконец подала голос Вера, — идеальный тандем мозговыносителей.

— Умолкни, — рыкнул на нее, — подними все данные на Титова, вплоть до бабушек и прадедушек.

— Значит решил помочь?

— Я еще ничего не решил. Мне нужны веские аргументы, чтобы хоть пальцем пошевелить. Я не решала, если помнишь мы работает в серьезной организации, — рыкнул и пошел к выходу, — но у Евы очевидно есть причина ненавидеть Титова и я об этом не знаю. Мое упущение.

Ева естественно не ушла, прижалась спиной к стене между номеров. Сначала просто стояла, глядя в одну точку на ковровой дорожке. Дышала. Глубоко. Ровно. Как учила себя годами. А потом что-то внутри сломалось. Ком в горле, который давила весь этот бесконечный день, и те пять лет, просто-напросто рванул. Слезы хлынули сами. Горячие, злые, соленые. Она зажала рот ладонью, чтобы не позволить голосу прорваться. Сползла по стене вниз, села на пол, обхватила колени руками. Так странно, но сейчас в ее голове крутилось только два вопроса, которые не давали покоя: Как можно любить так, что строят города? И как можно молчать так, что люди сходят с ума?

В груди жгло. Не больно, скорее странно, сладко и горько одновременно. Она плакала и не могла остановиться. Да и не хотелось.

— Птичка, — его голос раздался совсем рядом. Тихий. Хриплый. Ева дернулась, но не подняла головы. Не могла. Стыдно? Нет. Просто если она сейчас увидит его лицо, разрыдается еще сильнее. Он сел рядом, привалившись плечом к стене. Притянул ее к себе и приобняв прижал к плечу.

— Ну ты чего? Правда так расстроилась из-за этого Тима?

— Из-за всего, — всхлипнула глухо, — за пять лет, за город, который строишь, за то, что Титова не хочешь на место поставить, за Тима.

— Ну что я сделаю, если вот так сильно тебя люблю? Я ревную ко всему, даже к прошлому. Слишком долго ждал, — выдохнул устало, — и никуда ты от меня не денешься. Даже если будешь реветь весь вечер.

— Ты ненормальный.

— Знаю, — усмехнулся грустно, — я тут соседний номер снял, — кивнул на одну из дверей, — пойдем, тебе подготовиться нужно. Не пойдешь же бывшего в грязь втаптывать с красными глазами?

Ева наконец отстранилась от него и посмотрела в черные глаза, в них плескалось что-то такое, отчего у нее перехватило дыхание.

— Любишь значит?

— Ты серьезно? — удивился он, — то есть я ей город на ладони, я ей безопасность, я ей бывшего уничтожить, а она услышала простые слова и все забыла. Что вы за существа такие, женщины?

— Нежные мы, и ранимые, — Ева шмыгнула носом, вытерла щеки тыльной стороной ладони, — правда пойдем на шоу?

— Пойдем, — Ян чуть склонился и коснулся уголка ее губ, отчего она прикрыла глаза, — моя маленькая птичка.

— Мой злобный генерал, — прошептала с улыбкой, — а можно еще?

— Нужно, — кивнул улыбаясь, — но может поднимемся с пола и спрячемся в номере? У нас всего четыре часа до начала мероприятия. Я помогу тебе переодеться.

— Так прямо меня еще никто не соблазнял, — Ева уткнулась ему в плечо и глухо рассмеялась, при этом втягивая сопли.

— Ну я тоже никого не хотел так сильно соблазнить, как хочу тебя.

— Тогда пошли, я соблазнилась, — выдала, вновь шмыгнув носом.

Он помог ей подняться, вытер слезы большим пальцем, и в его взгляде жгучая нежность смешалась с желанием. Ева не помнила, как добрались до номера. Помнит была дверь, и его тяжелые руки на талии, горячие губы на коже, еще взгляд, темный, жаркий, который говорил больше, чем все слова за последние пять лет. А сейчас тишина.

Ева лежала на массивной груди, прикрытая тонкой простыней, и слушала, как бьется его сердце. Ровно. Гулко. Она приподняла голову ровно настолько, чтобы видеть полоску света из ванной, скользящую по его лицу. Глаза закрыты, дыхание спокойное.

— Ян? — обратилась к нему, вырисовывая пальчиком невидимые узоры на его коже.

— Ммм?

— Я тебя тоже люблю.

— Я знаю, птичка. Теперь знаю, — выдохнул еле слышно и добавил, — расскажешь, что такого натворил Титов, что ты мне концерт устроила?

— Расскажу, — кивнула еле заметно, — все началось, когда мамы не стало, — Ева прикрыла глаза, борясь с желанием снова расплакаться, — я ему звонила, я его умоляла просто побыть рядом, но Титов сослался на занятость. Мы тогда уже год встречались. Пришлось с папой все организовывать. Он даже на похороны не пришел. А еще через два месяца и отца не стало. Меня это сломало.