И горе, и радость! Нет, так могла сказать только она.

Вдова Пушкина еще в Полотняном Заводе, «выписав себе» все сочинения мужа, честно призналась, что «пыталась их читать», но у нее «не хватило мужества: слишком мучительно они волнуют, читать его – все равно что слышать его голос, а это так тяжело!» Слова эти известны. Их даже пытались «использовать» против нее: дескать, «пустельга», могла ли она понять гения. Но никто почему-то не отметил, что из тысячи домов города она, разъехавшись в 1841-м с Местрами, выбрала для себя именно этот старый, тогда еще четырехэтажный дом лампового мастера Себастьяна Китнера.

Пишут, что переехала, чтобы быть поближе к ее тетке, Екатерине Ивановне, которая заботилась о ее детях. И – не обращают внимания на адрес: Мойка, 11. На то, что окна ее не только упирались через реку в Конюшенную церковь, где отпевали когда-то Пушкина, но и позволяли видеть на том берегу дом № 12, где жила она сама и где скончался поэт. А ведь это и значит – увидеть дорогую тебе память. Ровно так же, как годами раньше она «слышала» ее же – свою память, перечитывая сочинения мужа. Как тут не вспомнить Шопенгауэра с его формулой гениальности?..

Пушкин, как мы знаем, умер в пятницу. Но многие ли помнят, что ровно 26 лет после этого она каждую пятницу (!) не только одевалась в черное, но и держала траурный пост? Даже когда Натали оказалась как-то в провинции, где всю ее семью пригласили на прием, люди запомнили: когда «всех, наконец, позвали к столу», она тихо ушла «в другую залу и там ходила взад-вперед до окончания ужина». Память! Надо ли говорить, что в этом уже доме она что ни день водила Машку, Сашку, Гришку и Наташку (как звал их, повторяю, Пушкин!) молиться в Конюшенную церковь и – пройтись вдоль помудревшей уже Мойки мимо окон бельэтажа, где скончался их отец, где счастливо жила она сама и против которых, пишут, восхищаясь ее красотой, часто проезжал сам Николай I.

С царем, кстати, Наталья виделась. Они случайно столкнулись в Английском магазине (Петербург, Невский пр-т., 16/7), где оба выбирали подарки на Рождество 1841 года. Впервые после смерти Пушкина, через четыре года. «Милостиво поговорив с вдовой», царь, пишут, через ее тетку, Е. И. Загряжскую, пригласил ее вновь «бывать при дворе».

Ей это было без надобности, это больше было нужно Азе, которая получила шифр фрейлины и жаждала хоть какого-то успеха в поисках жениха. Иногда Натали сопровождала сестру на балы (той по правилам, как незамужней, нельзя было появляться на них без сопровождения либо высокородных теток, либо дамы-вдовы), но, как подсмотрел свидетель, она пряталась на хорах и сверху смотрела на танцы сестры. Однако однажды, и то лишь через год после приглашения, теперь уже по приказу двора, ей пришлось посетить костюмированный бал в Аничковом дворце (Петербург, Невский пр-т., 39).

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.