– Послушай, Лидия, так больше не может продолжаться. – заговорила Верховная с дрожью в голосе и со слезами в красных глазах. – Ты мне как дочь. Я помню, как ты оказалась на Эрсхо, слабая и вздрагивающая от любого скрипа. Помню, как ты сидела в моём кабинете и спрашивала, чем можешь быть полезной для меня и планеты в целом. – она смотрела на наши сплетённые ладони, поглаживая пальцем мои руки. – Именно я тогда заговорила про рабынь, что нуждаются в нашей помощи и про сложности в установление контакта с работорговцами. Именно я подтолкнула тебя стать той, кем ты стала, но сейчас я понимаю, что я ошиблась. – слёзы медленно покатились по её лицу, а у меня в груди защемило сердце от боли в её голосе.

– Почему ты ошиблась, Кларин? – тихо спросила эрсхонку, сжимая её пальцы в поддерживающем жесте. – Я стала полезной, многим помогла. Почему же ты считаешь, что совершила ошибку, дав мне эту возможность? – пыталась заглянуть ей в глаза, но она смотрела в пол, тихо плача.

Она долго молчала, лишь тихие всхлипы доносились из-под чёрной копны волос. Смотреть как сильная волевая женщина плачет в собственной ванне было тяжело, а знать, что ты причина её слёз, ещё тяжелее.

– Потому что ты несчастлива. – наконец заговорил она, хриплым от слёз голосом. – Из-за моего желания помогать другим ты вынуждена вновь и вновь переживать прошлое. Мне надо было поступить иначе. Надо было оставить тебя в покое, дать возможность жить дальше, стать счастливой. – она начала раскачиваться, и шёпотом повторять. – Я виновата. Я была неправа.

Я больше не могла её слушать, не могла смотреть как она страдает, как мучается. Это был не только её выбор, она не навязывала мне мой образ жизни, я выбрала его сама. Сама захотела помогать людям, попавшим в рабство. Кларин не должна страдать из-за того, в чём она не виновата.

Притянув женщину в свои объятия, я зарылась лицом в её волосы, вдыхая аромат красного дерева и корицы, присущий ей одной. Кларин была мне не просто подругой, она член семьи, та кто поддержит в трудную минуту, кто не воткнёт в спину нож. И та, чью боль я воспринимала как свою.

– Кларин, успокойся, не плачь, прошу тебя. – зашептала ей в ухо, поглаживая по спине. – Ты ни в чём не виновата, я сама решила помогать девушкам, ты лишь обезопасила мою работу, выделив мужчин для защиты. Ты и другие Верховные дали мне возможность безопасно работать, дали шанс почувствовать себя значимой и сильной. – говорила от чистого сердца, чувствуя, как в горле встаёт ком, а глаза пощипывает от слёз. – Мне это было нужно. И ты помогла мне.

– Тогда тебе это помогло, но сейчас это гложет тебя. – она отстранилась, чтобы смотреть мне в глаза. – Видеть чужое горе, постоянно наблюдать за страданиями – так нельзя жить, Ди. Это сведёт тебя с ума.

Её слова были отображением моих недавних мыслей. О том, что я устала, о том, что пора уйти на заслуженный отдых.

– А что мне делать, Кларин? – спросила о том, что останавливало меня от решительного шага. – Если я решу остаться на Эрсхо, то что буду делать? Я не смогу просто жить в своём поместье, изо дня в день мучаясь безделием. – поделилась с ней переживаниями, надеясь, что она поможет мне найти выход.

– Я уже подобрала для тебя работу. – в её алых глазах зажглась надежда. – Нам приходят десятки запросов ежедневно от женщин из разных уголков Вселенной. Они просят убежища или спасения, но есть среди этих посланий и те, что пишут девушки, которые хотят прилететь на Эрсхо, чтобы угнетать мужчин или не работать, а жить за счёт других. Таким мы отказываем.

– Мы?

– Я, Санти и Тиара. – перечислила имена других Верховных, вытирая мокрые дорожки с щёк. – Каждый день одна из нас изучает эти послания и пишет ответы. Если мы хотим помочь, то сообщаем, где и когда они могут встретится с нашими мужчинами, которые помогут сбежать. Если же нам не нравится послание, то мы пишем отказы, указывая причину. Но это отнимает много времени, да и мы не такие молодые, как были раньше. – она невесело улыбнулась уголком губ. – Твоя помощь в этом деле очень пригодилась бы. Мы не можем доверить решение такого вопроса кому-то ещё.

– А другие Верховные также мне доверяют? – неуверенно протянула, уже обдумывая это развитие событий.

С Верховной Санти и Тиарой я общалась гораздо реже, мы виделись не больше трёх раз в год и не были подругами, потому я сомневалась, что они считают меня достойным человеком для этой работы. Тем более я не коренная жительница Эрсхо, так что решать такой важный вопрос, связанный с политикой, мне кажется неуместным. О последнем я спросила вслух у Кларин.

– Ди, ты хоть и землянка, но самая уважаемая на Эрсхо. Многие знают тебя лично или твоё имя и поступки. – Верховная погладила меня по щеке, заправив прядь волос за ухо. – Кроме того, ты можешь стать гражданкой Эрсхо.

Я раздражённо фыркнула на её очередной намёк на замужество. Не первый раз Кларин предлагала мне приглядеться к эрсхонцам и сменить кочевнический образ жизни на семейную идиллию. Раньше я отвечала уверенным отказом, но почему-то сегодня, я не могла ответить однозначно.

– Кто согласиться жениться на такой как я? – неуверенно повела плечом, осматривая воду, что давно остыла в бассейне.

– На сильной, доброй и красивой землянке, что, рискуя собой, помогла сотне девушек найти лучшую жизнь? – передразнила меня уже полностью успокоившаяся эрсхонка. – Дай подумать… – она посмотрела на потолок пару секунд, а после перевела взгляд на меня. – Я назову с десяток имён прямо сейчас, но главное не их количество, а то, что они должны понравится тебе. Нельзя строить семью на любви мужчины и отстранённости девушки.

Я была полностью согласна с её словами, но от этого только хуже себя чувствовала. Мне казалось, что никто не захочет иметь дело с бывшей рабыней у которой куча заморочек касательно секса и общения с противоположным полом, и которая любит свою работу, какой бы она не была тяжелой в эмоциональном плане и не готова променять её на вышивку или садоводство, или чем занимаются примерные жёны, которым не требуется работать. Уж молчу про детей… Не готова я к ним, слишком большая ответственность для той, что бывает дома лишь пару месяцев в год.

– Ты думаешь мне стоит попробовать? – с трудом выдавила из себя вопрос, продолжая смотреть на стоячую воду. – Стоит уйти на пенсию и зажить, как обычная женщина: выбрать мужей, построить семью, работать пару часов в день и прекратить жить у друзей, вместо этого обустроить свой дом? – ещё в процессе перечисления у меня ускорилось сердцебиение, а перед глазами встала картинка описанного мной будущего.

Оно казалось мне далёким и нереальным, словно сон, но таким желанным, прекрасным. Может я и не признаюсь об этом вслух, но мне захотелось, чтобы фантазия стала реальностью.

– А почему бы и нет, Ди? – заставила меня обернуться к себе Кларин, возбуждённо дыша. – Чем плоха жизнь госпожи?

Её руки мелко дрожали, но не от страха, а от волнения. Она явно надеялась повлиять на моё мировоззрение, заставить поменять планы на одинокое будущее. Но она не знала, что я и сама раздумывала насчёт того, чтобы закончить с игрой в работорговку и заземлиться на Эрсхо.

Я не хотела строить отношения с эрсхонцами, осознавая, что не смогу потом просто покинуть их, улететь в далёкий космос, подвергая свою жизнь опасности. Но если я решила остаться тут, то вариант стать супругой для пары эрсхонцем наиболее оптимален для меня. Они не причиняют вред женщинам, наоборот уважают и хранят как зеницу ока, так что мне никто не причинит боли или страданий.

Кроме того, местные привыкли, что во главе семьи стоит жена, а значит если я решу работать на Верховных, меня не только не запрут дома, привязав к кухне, но и сочтут за честь.

Всё больше и больше в своих мыслях я склонялась к тому, что идея остаться и стать полноправной гражданкой планеты с матриархальным строем лучший выбор для меня.

– Хорошо. – приняв решение, посмотрела на чрезвычайно серьёзную Верховную. – Я больше не буду убегать, а останусь тут и заведу семью. Если найдутся желающие. – всё же могла обойтись без сарказма.