«Я горжусь тобой, Лидия.» – Стефилия напоследок подмигнула, совсем как девчонка, а не как взрослая и величественная богиня.

Снова яркая вспышка, что заставила зажмуриться и стоило мне открыть глаза, как я увидела, что окружена, но не богами, а людьми в разноцветных балахонах. Не успела я испугаться, что меня окружили сектанты, которые хотят вырезать почку, ради жертвоприношения, как они скинули капюшоны и я увидела знакомые лица.

Рядом стояла учительница Дарка, жрица Люстилия, и недалеко от неё, жрица Аль, что и довела меня до храма. Остальные мужчины и женщины тоже, наверное, были жрицами, но других богов.

И теперь меня одолевало сомнения, реально ли я видела богинь и богов в храме, или они просто использовали тела своих жрецов, чтобы поговорить со мной и оценить чистоту моих намерений.

– Поздравляю! – громко возвестила женщина в золотистом с алыми узорами балахоне, и я сразу поняла, что она жрица справедливости. – Вы прошли первый этап коронации. Боги Эрсхо благословили ваше правление, Верховная Лидия.

Впервые меня назвали в этом статусе и звучало это хоть и немного непривычно, но гордо.

– Теперь настало время второго этапа. – улыбка жрицы жизни не предвещала ничего хорошего, но после общения с целым пантеоном мне было не страшно. – Раздевайся. – резко скомандовала она, а я опешила.

Так и стояла с раскрытым ртом и круглыми глазами, переводя взгляд с одного эрсхонца, на другого. И если многие девушки старались смотреть мягко и подбадривающе, то почти все мужчины замерли в ожидание, откровенно оглядывая моё прикрытое тканью тело.

– Простите, а в чём суть второго этапа? – решилась уточнить, прежде чем послушаться приказа жрицы Аль.

– Вы должны предстать перед народом Эрсхо и намерения твои должны быть прозрачны и чисты. – принялась объяснять мне Люстилия, как наиболее образованный представитель. – Ничего нельзя сокрыть, иначе твою власть можно будет оспорить. Потому вы должны выйти нагой, и сообщить о том, что отныне будете в правящей тройке и богини приняли этот выбор.

– Совсем голой? – ещё раз переспросила, надеясь, что хоть что-то будет на мне.

Ведь церемонию будут транслировать на всю планету и колонии, и мою голую задницу тоже! Как после такого я смогу спокойно править?

«Это важная традиция. Так ты докажешь, что тебе нечего прятать, что ты не стыдишься себя.» – я была рада, что Стефилия не бросила меня после того, как дала благословение на правление, а осталась незримой подругой рядом.

– Абсолютно. – серьёзно кивнула женщина, лишив меня надежды.

От мысли, что на меня будут смотреть тысячи чужих глаз, увидят всё в мельчайших деталях, я почувствовала странный страх и томление внизу живота. От этой смеси дрожали руки, когда я развязывала пояс, передавая его ближайшей женщине, молодой брюнетке с добрыми глазами.

Ей же я отдала лиф, расшитый жемчугом. Утром я долго выбирала одежду, считая, что именно в ней меня увидят все жители Эрсхо. Барчи долго наводил мне марафет, укладывая пряди в аристократичную причёску.

Все пряди у лица были зачёсаны назад и собраны жемчужной заколкой на затылке, в то время как основная масса волос стекала по спине, шелковистая и блестящая.

Прикрывая одной рукой грудь, что явно была слишком большой для такого прикрытия, я потянула незаметную молнию на боку, давая юбке стечь сверкающей белой лужицей по моим ногам на пол.

Чувствуя, как покраснели щёки от горящих взглядом мужчин, что были среди жрецов. Большинство из них на удивление были молоды, что только ещё больше меня смущало. Единственное, что хоть немного успокаивало мою совесть, все жрецы должны были быть неженатыми.

Но вот я-то замужем! И мои мужья будут среди тех, кто увидит меня на своих экранах. А сын? Если он когда-нибудь посмотрит запись, я провалюсь сквозь землю от стыда.

– Ты готова? – тихо спросила меня слепая старушка, которой было вообще всё равно голая я или в модных тряпках.

На секунду я задумалась. А не всё ли равно как я одета? Я всего через пару минут стану одной из трёх правительниц великой планеты. Так пускай все увидят, что перед ними не робкая чужеземка, а та, что была одобрена всеми богами, та, что несмотря на различия, я своим трудом и силой добилась этого.

Потому, я, убрав руку от груди, расправила плечи, ступила вперёд, вынув стопы из ткани, и встала прямо, не обращая внимание на чужие взгляды.

Не знаю как, но слепая поняла эту смену моего настроения и одобрительно кивнула. И вдруг все жадные взгляды мужчин пропали. Оглянувшись, я заметила, что они смотрят на меня не как на женщину, а как солдаты на генерала, что ведёт их в бой.

– Вот теперь ты готова. – подтвердила мои мысли жрица и отвесила довольно болезненный шлепок по ягодице, подгоняя как лошадь. – Ступай, Верховная, на встречу своим поданным.

Опешив от её беспардонности, я сделала несколько шагов в указанную сторону, в направление дверей, через которые я и вошла. И снова они без чьей-либо помощи отворились, ослепляя меня на миг светом Аль.

«Девиз этого дня: Стать Верховной при этом сохранив зрение.» – мелькнула ехидная мысль, когда я в очередной раз промаргивалась.

Но стоило мне нормально открыть глаза, как я захотела ослепнуть. Когда мы с жрицей шли сюда, аллея была пустой, никого кроме кустов роз и пары фонтанчиков не было. Сейчас же на маленькой площади, окружающей храм, не было места яблоку упасть из-за собравшихся.

Репортёры, чьи камеры фиксировали каждый миг моего голого шествия, множество госпож чьи наряды поражали обилием украшений и драгоценных камней и больше напоминали рекламу ювелирного магазина, чем предмет одежды, вызывали у меня зависть, ведь я не была прикрыта даже волосами. В этот миг я начала подозревать Барчи в заговоре, ведь именно он уговорил меня на причёску, что максимально откроет моё лицо и шею, а при отсутствии одежды и всё другое.

– Приветствуйте новую Верховную госпожу Эрсхо! – зычный голос Санти разорвал гулкую тишину на площади и все, кто там был прижал ладонь к сердцу и встал на колени.

И женщины, и мужчины, и дети – абсолютно все склонились передо мной, признавая мою власть. И в этот момент из меня родились слова. Не такие помпезные и хвалебные, как из депутатов моей Родины, но зато честные.

– Я, Верховная госпожа Лидия, поклялась перед ликами богов, что буду всеми силами служить на благо Эрсхо, сделаю всё, чтобы эрсхонцы жили в мире и спокойствие, чтобы законы были равны для любого. Боги услышали меня и благословили на правление. – пришлось взять короткую паузу, чтобы перевести дыхание. – Встаньте с колен. – толпа послушалась, и я увидела среди них много знакомых лиц: Кларин, Ламина, Ясмина, её дочь, Фиона, мои мужья, Каэстр и другие. – Моё тело и душа принадлежат Эрсхо. Тут живут мои друзья, здесь я познала любовь и что такое настоящая семья, тут растёт мой сын. Потому я сделаю всё на благо Эрсхо.

Стоило мне замолчать, как все взорвались овациями. Люди кричали, дети смеялись, а репортёры снимали крупным планом меня и толпу, передавая мои слова во все, даже самые удалённые, населённые пункты. И сейчас меня ни на грамм не смущала собственная нагота, ведь важно было показать, что я готова на всё ради того, чтобы иметь право вершить чужие судьбы, служить во благо народа.

«О твоей коронации будут слагать легенды.» – пафосно заявила Стефилия и не успела я её спросить «почему?», как толпа замерла, смотря куда-то над моей головой, широко открыв рот. – «Замри, чтобы вышло красиво.»

Решила довериться богине и замерла, глядя на Бахума, что стоял ровно напротив и тоже, как и все, смотрел куда-то вверх. Его золотистые глаза сияли, как у ребёнка, что видел настоящую магию, когда ему показывали обычный фокус с монеткой.

Через миг я ощутила у себя на голове лёгкую тяжесть по всей окружности, а на мои голые плечи опустился рой золотых бабочек. Их крылышки слегка щекотали кожу, оставляя на неё золотую пыльцу. Их было так много, что на пару секунд они скрыли меня от зрителей, а после снова открыли жадным взорам, но уже не голую госпожу, а Верховную в золотом переливающемся платье.