— До каких пор? — прорычала я. — Я кое-что слышала, знаешь ли.

На самом деле нет, но я видела, на что способны ангелы.

— Возможно, я не знаю всего, что происходит за кулисами, но знаю достаточно, чтобы понимать: здесь я не в безопасности.

Я вызывающе вздёрнула подбородок.

— Скажи мне, когда в последний раз полукровка или полностью благословлённый поступал в вашу Академию только для того, чтобы погибнуть от руки кого-то из соперничающей академии? В прошлом году? В прошлом месяце? А может, на прошлой неделе?

Его глаза стали холодными как сталь. Похоже, я задела больное место.

Я уставилась на него, вложив во взгляд всю ярость, на которую была способна.

— Я здесь. Не по собственной воле, а по вашему приказу.

В его глазах вспыхнул гнев.

— Понял. Но пойми и ты: твоя комната находится на четвёртом этаже. Если только ты не бессмертна, прыжок из этого окна тебя убьёт.

Вот замечательно. Значит, «Скалы», Дэн и Дик показали ему видео. Это было слегка унизительно, но кого это волнует? Меня — нет.

Я уставилась прямо в ответ на этого красивого зверя.

— Мне больше нечего вам сказать. Вы свободны.

Я придержала для него дверь и, как только он переступил порог, захлопнула её так быстро, что она едва не задела его пятки.

Я рухнула на свою новую кровать, захлёбываясь слезами. Когда жалость к себе уже перестала помещаться внутри меня, я тихо рассмеялась.

Я, Габриэлла Ариен, только что выставила за дверь Командира самой страшной и внушающей наибольший страх академии в мире.

Возможно, я оказалась в мутной воде, но яйца у меня были.

Оставалось надеяться, что моя бравада поможет мне выжить, а не приведёт к смерти.

Глава 4

Я сама не заметила, как уснула от изнеможения.

Мне редко снились ангелы. В девяноста процентах случаев мне снилась я сама, но в другом времени. Это были странные сны о людях, чьи лица оставались расплывчатыми, но не было никаких сомнений, что они любили меня. Эти сны всегда были бессвязными и оставляли после себя чувство подавленности.

А ещё мне снились академии. В одном из снов меня пытали до тех пор, пока мой голос не охрип. Я умоляла, просила, но никто не приходил мне на помощь.

Но этой ночью мне приснились пятнадцать прекрасных ангелов с добрыми намерениями, которые нарушили правила. Они спустились с Небес с определённым планом, но прежде чем вернуться обратно, поняли, что их новые враги, падшие, даркены, решили уравновесить все их усилия.

— Откуда Люцифер узнал, что мы задумали? — прошептал один из Архангелов.

Габриэль отбросила за спину свои прекрасные длинные волосы и принялась растирать виски. Она всегда была моим любимым ангелом. В ней было что-то настолько успокаивающее.

— Потому что кто-то рассказал падшим о наших планах.

— Ставлю на то, что это была Камаэлла, — сказала Ариэль.

Камаэлла вышла из-за угла и хлопнула в ладоши.

— Похоже, вы всё выяснили.

— Зачем ты предала нас врагу? — спросил Азраэль.

Я уже знала ответ на этот вопрос. Я видела это раньше. Она устала от того, как всё было устроено на Небесах. Она ненавидела пятнадцать Архангелов. Красоту Габриэль, снисходительные улыбки Иофиила и больше всего — то, что Сандалфон отверг её чувства. Её сердце до сих пор сжималось всякий раз, когда он встречался с ней взглядом. Она буквально бросалась ему на шею, а что он сказал в своём далеко не мягком отказе? Ах да, ангелы не созданы для того, чтобы испытывать любовь. Идеальный Сандалфон ясно дал понять, что не собирается нарушать правила в ближайшее время.

Вот только он нарушил их.

Ради людей.

Камаэлла беспечно пожала плечами.

— Кого волнуют причины?

Аббадона, ангел, который прежде возглавлял падших ангелов, а теперь стоял во главе пятнадцати Архангелов, приближался. Все они могли это почувствовать по изменению давления в воздухе.

Увидев страх и ужас на лицах Архангелов, Камаэлла улыбнулась. Она надеялась, что глава серафимов заставит их заплатить, как когда-то заставил заплатить её друзей, тех, кого теперь называли даркенами. Её больше не волновало, если она тоже падёт, лишь бы драгоценных Архангелов тоже изгнали с Небес.

Аббадона появился у врат в луче света настолько ярком, что остальные ангелы были вынуждены опустить глаза. Длинные светлые волосы главы ангелов развевались за его спиной, словно их подхватил ветер. Его светло-голубые глаза расширились, когда остановились на ангелах перед ним.

— Что вы наделали?

Глаза Уриэля опустились к его ногам от стыда, и Камаэлла усмехнулась. Она никогда его не любила с его кротким характером и мягким голосом, с его вечными похвалами окружающим. Какая скука, будто он помогал им укреплять уверенность в себе. Нет, Камаэлла знала: на самом деле Уриэль их осуждал.

Аббадона обошёл ангелов кругом и остановился перед Михаилом. Положив руку ему на плечо, Аббадона закрыл глаза и вдохнул запах человека. Затем он отступил на шаг назад, и на его лице отразилось разочарование.

— Что вы наделали? Что вы все наделали?

Габриэль покачала головой.

— Мы ослушались, и с готовностью примем любое наказание, которое ты решишь назначить, но тревогу вызывает не то, что сделали мы. А то, что сделала она, — сказала она, указывая на Камаэллу. — Именно это может обречь нас всех.

Сон начал рассеиваться, и я была этому рада.

Меня захлестнуло всепоглощающее чувство скорби. Я не знала, что именно сделали ангелы, но всем сердцем понимала: их ждёт самое суровое наказание.

Глава 5

Звук открывающейся двери моей новой тюрьмы вырвал меня из сна. Затем дверь захлопнулась, и я застонала. Но и этого оказалось мало для издевательства: включился свет, на мгновение ослепив меня.

— Ох, подруга, выглядишь ты просто паршиво.

Я подняла взгляд и увидела девушку, похожую на крошечную пикси, входящую в мою комнату. Её чёрные волосы были зачёсаны набок. Левая сторона была значительно короче правой, потому что волосы были подстрижены по резкой диагонали. Кончики были окрашены в красный цвет. Её выщипанные брови идеально подчёркивали голубые глаза.

— Ты кто?

У неё отвисла челюсть. А потом она начала отбивать чечётку прямо на полу.

— Она со мной разговаривает. Такая девушка, как ты, может видеть такую девушку, как я.

Она запела A Moment Like This, одновременно исполнив несколько танцевальных па, рядом с которыми Фред Астер выглядел бы любителем, после чего плюхнулась на вторую односпальную кровать.

— Итак, спрашиваешь, как меня зовут? Я Ремариэй. Для краткости зови меня Реми, куколка. Ну а теперь рассказывай мамочке, почему ты выглядишь как полный кошмар. Это из-за парня? Из-за горячего парня? А-а-а! Расскажи мне всё-ё-ё.

— Эм. Ты моя соседка по комнате?

— Ну конечно. И просто к сведению: ты меня обожать будешь. Серьёзно, в какой-то момент начнёшь гадать, как вообще жила до появления Реми.

Реми была ужасно странной.

Но мне нравились странные люди.

— Что ж, рада, что мы это прояснили. И приятно наконец увидеть дружелюбное лицо. Во дворе я видела пару девушек, которые смотрели на меня так, будто хотели убить взглядом.

— О… мой… бог. Хочешь, я их словесно размажу? В этом я королева, детка, так что даже не пытайся посягать на мою корону. Но иногда я позволю тебе быть моей помощницей.

Она скрестила лодыжки, внимательно меня изучая.

— Да, у меня есть ощущение, что мы будем командой мечты. А теперь быстро объясню тебе насчёт этих сучек. Есть две академии, которые ищут таких детей, как мы, верно?