— Какой класс, братишка? Нам бы пригодился такой пилот, — продолжал Майлз наседать.

Десмос не успел и рта раскрыть.

— Любой, — выпалила Соло. — Любой борт, даже энлийский…

— И военное железо? — усмехнулся бродяга. — На них, насколько знаю, нужно четыре спинальных порта, если не пять, и спецподготовка.

— И… — Соло замолчала, когда Десмос положил ладонь на её руку.

— Принести тебе сакки, моя сладкая? — елейно улыбнулся капитан, и Соло замолчала.

— Ладно, я понял, секрет — так секрет, — Майлз рассмеялся. — Если нужна работа, заходи на Плеяды. Кластер «Синий брод». Мы там не задаём вопросов. Найдёте меня там. У меня всегда есть дело для толковых ребят.

— Благодарю, я подумаю, — Десмос отпустил руку техника, но никак не мог отделаться от мысли о скрытой угрозе, исходящей от трех парней у входа. Опять не выспаться. Майлз поднялся, дружески потрепал Соло по плечу и пошёл обратно к своим.

— Сол, — Десмос задумчиво проследил, как она доела брикет, смяла упаковку и кинула в утилизатор.

— А? — Соло развалилась на стуле. — Чего?

Десмос скользнул взглядом по трём парням у стены, которые, уже не скрываясь, разглядывали обоих.

— Иди на корабль.

— Я хотела занять капсулу и выспаться. Не ты один пашешь на этом галуле, — возразила Соло. — У меня тоже скоро нервная система осыпется.

— Я сказал, иди на корабль, — отрезал Десмос.

Она сначала хотела возразить, но потом, взглянув в похолодевшие глаза капитана, передумала.

— Ну, и тварь ты, Дес, — вздохнула она. — Пошли, Тоб.

Тоби молча поднялся и пошёл за техником. Десмос проследил взглядом за тем, как они вышли, и повернулся к троим у стены. Те никакого внимания на Соло не обратили, зато с каким-то злобным удовольствием жалили капитана насмешливыми взглядами.

Десмос вздохнул и поднялся. Медленно подошёл к их столику и без приглашения сел четвёртым за стол.

— Ну? — грубо спросил тот, что сидел напротив.

Этого лица было не забыть. Невнятного цвета глаза под нависшими веками, почти бритый череп, тяжёлая челюсть. Скорее всего, модификат из последнего армейского набора. «Ублюдок».

— Где мои конфетки, Ризз? — ухмыльнулся он. — Ты мне задолжал.

— В последний раз вам вроде от сладкого стало херовато, — Десмос сунул руки в карманы и улыбнулся одними губами.

— Да, ты просто чума, Ризз! — рассмеялся «ублюдок». — Везде, где ты появляешься, начинается армагеддон. — Он добавил, посерьёзнев: — Гони ускорители, смертник. И мы разойдёмся краями. А нет… не обессудь…

— У меня их нет, — соврал Десмос и взглянул в глаза неясного цвета.

— Как это? — удивился модификат.

— Ликторат конфисковал их ещё на Альдебаране.

— Э, нет, — «ублюдок» поднял палец и покачал им. — Если бы это было так, тебя бы не выпустили из порта, смертник. Ты бы уже скулил о помиловании в дикастерии.

На эти слова Десмос вынул руки из карманов и подался вперёд, имитируя близость. Со стороны это выглядело как приватный разговор. Десмос бросил взгляд на группу в серых плащах. «Псы» теперь тоже поглядывали на них, словно заинтересовались беседой.

— Я веду энлийский борт, — доверительно прошептал Десмос. — По закону я обязан завершить контракт. За мной летит старший ликтор-дознаватель, чтобы отследить завершение сделки. А потом всё…

— Что всё? — не понял модификат.

— Конфискация, — выдохнул Десмос скорбно, ещё не до конца понимая, что пророчит себе исход. — Ускорители уже у них…

— Врёшь, сучара! — зарычал тот, что сидел справа, и схватил его за плечо, сдавив как клещами.

— Клянусь! — Десмос вытянул правую руку с полуразложившимися био-маяками.

— Сучий потрох, — выругался «ублюдок», смерив Десмоса подозревающим взглядом. — Пусти, Мак…

Хватка ослабла. Десмос кинул взгляд на «псов», заинтересовавшихся происходящим.

— Поэтому обойдётесь без сладкого… детки, — вздохнул он и поднялся.

— Я тебя запомню, сучара. Только попадись… — процедил «ублюдок» сквозь зубы.

Десмос встал, поднял руку, приветствуя «псов», и Майлз махнул ему в ответ. Капитан мазнул взглядом по лицам модификатов, поймавших этот жест, и улыбнулся.

Победа. На сегодня это победа.

* * *

О том, что Синклит энлу больше не намерен мириться с действиями людей, претор центрального порта Альдебарана Алекс Штейн узнал по внезапному сбою навигационных систем и портовых маяков. Нунций Ивор даже экстренно вышел из госпиталя, чтобы выяснить причину масштабных рестрикций со стороны энлу.

Прыжковый створ системы — колоссальное кольцо стабилизаторов, через которое ежедневно шли сотни транспортников и гражданских судов, — внезапно сменил привычное голубое свечение на алый. Автоматика выдала сухой технический статус — дестабилизационный резонанс струны. А через секунду пространство внутри створа буквально вытолкнуло в обычный космос флагманский мираз Синклита в чёрной броне.

Циклопический трёхкилометровый монолит из обсидиана не стал запрашивать портовые коды или разрешение на маневры. Он просто встал прямо на осевой линии гражданского фарватера, заблокировав вход в прыжковую струну намертво.

В ту же секунду его бортовые передатчики выбросили в эфир глушащую частоту высшего приоритета. Экраны в диспетчерской Альдебарана погасли, сменившись багровой сеткой, а все находящиеся на орбите корабли людей ослепли — навигационные системы Конфедерации оказались заглушены. Из чрева обсидианового гиганта беззвучно начали отделяться сотни перехватчиков. Они не атаковали. Они просто застыли плотным роем пространство вокруг швартовочных узлов, заперев Альдебаран в глухую блокаду. Энлу наглядно показывали: никто не сдвинется с места без их разрешения.

— Что это? — панически вопрошал претор, когда нунций и портовые службы прислали отчёты. — Почему это? Запросите разрешения на переговоры!

— Нам надо быть оч-чень осторожными, — проблеял нунций Ивор. — Чтобы не навредить себе! Ч-что стало причиной?

И претор трусливо промолчал.

* * *

На Проксиме блокада оказалась еще более масштабной. Здесь, на главном оборонном рубеже сектора, базировался полноценный флот Конфедерации — тяжелые ударные корабли-навио и патрульные эскадры.

Едва радары зафиксировали багровый спектр дестабилизации струны, из створа один за другим вышли три чёрных монолита энлийских кораблей класса «тхум». Капитаны человеческих крейсеров не успели даже объявить боевую тревогу и навести орудия. В ту же секунду, как обсидиановые махины энлу замерли в координатах створа, на всех кораблях Конфедерации одновременно прошёл сигнал готовности к схватке. Человеческий флот был застигнут врасплох и взят в оружейный створ.

Но энлу пришли не воевать. Их бортовые системы выбросили импульс, который намертво заклинил внутренние контуры человеческих дредноутов. Орудийные башни людей ослепли, навигационные базы наполнились шумом. Целая армада военного флота Конфедерации в один миг превратилась в груду беспомощного железа на орбите, запертого у собственной станции. Всё, что оставалось — просто смотреть и слушать.

Три энлийских корабля встали, перекрыв створ струн во всех направлениях. Они не сделали ни одного выстрела. Энлу наглядно демонстрировали человечеству: вся их хваленая броня и калибры не стоят ничего, пока ключи от пространственных маршрутов лежат в кармане их создателей. Человечеству жестко, без единого слова показывали, кто в этой галактике истинный хозяин.

— Что произошло? — вопрошал нунций Рокис. — Свяжите меня с Кхин-Га-Этом! Дайте канал связи!

— Сию секунду, — отчитался секретарь, отбегая в сторону внутрисистемному узлу связи.

— Какого хрена присходит? — беспомощно спросил нунций.

20. Белое и алое

Выход из створа возле Целено прошел в штатном режиме.

После долгих препирательств на «Тридцать седьмой» решили отдохнуть на корабле, хотя, Соло ругалась на чём свет стоит. Спать на полу её не прельщало. Но Десмос выторговал себе четыре часа сна и передышку на сакку.