Сухой хлёсткий стрёкот оружия слился с воем сирены. Веер тяжёлых игл на магнитной тяге полетел прямо в грудь ксеносу. Но излучение матрицы Ур-Кигаля на долю секунды уплотнилось, превратившись в глухую синаптическую броню. Тяжёлые металлические стрелы со свистом врезались в это сияние, мгновенно теряя кинетическую энергию, и безвредным дождём посыпались на палубу, даже не оставив царапин на коже.

Энлу сделал ещё один плавный, почти ленивый шаг вперёд. Наёмник попытался закрыться ростовым полимерным щитом, но Ур-Кигаль просто шагнул в мёртвую зону, перехватил верхний край щита и всем своим весом рванул его на себя и вниз, выламывая крепления экзоскелета. Использовав сорванную плиту щита как таран, ксенос со всей силы вогнал её острым углом прямо в раму центрального процессора на груди штурмовика. Композитная броня треснула. Подмятый металл намертво закоротил внутренние шины распределения энергии. Контур питания экзоскелета мгновенно выгорел — из сочленений костюма повалил густой сизый дым, и штурмовик рухнул навзничь. Костюм полностью обесточился, превратившись для человека внутри в монолитную, неподвижную железную клетку.

Десмос, прижавшийся к косяку ферро-керамитного люка, нервно сглотнул. Видеть, как ксенос голыми руками крушит передовую штурмовую броню Конфедерации, было почти физически больно. Но капитан уже заметил, как из распределительной галереи вываливаются ещё трое наёмников. Эти шли слаженно, прикрываясь ростовыми щитами подавления, а в руках у переднего пронзительно застрекотал тяжёлый рельсовый игломёт поддержки. Вольфрамовые стрелы со зловещим свистом вспороли воздух, выбивая искры из обшивки.

— Ур, твою мать! Назад! — заорал Десмос. — Назад!

Энлу даже не обернулся, готовясь принять удар на себя. Выхода не было — еще секунда, и шквал вольфрамовых игл скосил бы бестолкового ксеноса. Капитан затравленно огляделся и наткнулся взглядом на утопленную в нишу косяка стальную рукоять под разбитым пластиковым колпаком. Надпись блеклой люминесцентной краской гласила: «Аварийная изоляция сектора Б. Внимание! Ручной гидропривод».

— Давай ко мне! Ур! Уходим! — чёртов ксенос читает мысли? Они же телепаты! И Ур-Кигаль услышал. Он отступил под шквалом вольфрамовых игл.

Выхода как будто не было. Капитан грязно выругался, отчаянным рывком рванулся вперёд и ухватил слишком медленного энлу за талию, навалился весом утягивая его назад, за угол спального коридора. Ур-Кигаль от неожиданности поддался. Несколько тяжёлых вольфрамовых игл со свистом прошили куртку капитана, воткнувшись в плечо и предплечье.

Едва ксенос оказался в укрытии, Десмос реализовал свой план. Он вогнал ладонь в нишу, срывая пластиковую защиту, и навалился на тяжёлый стальной рычаг, дёргая его вниз до упора.

Внутри переборок с утробным, яростным шипением вскрылись капсулы со сжатым газом, толкая поршни. Прямо на стыке транзитного зала и спального коридора освободились стопоры, и циклопическая, многотонная плита аварийной переборки под собственным весом и давлением гидравлики лезвием гильотины рухнула вниз. Видно было в сужающемся зёве прохода, как бронированные туши поспешили ко входу.

Кто бы там ни был, они остались за стеной. Теперь им потребуется время, чтобы прорезать створку плазменными резаками, если они хотят добраться до добычи.

— Лезь! — отдышавшись от прилива адреналина, скомандовал Десмос, указывая на лаз. Ур-Кигал глубоко вдохнул, опустил плечи. Матрица под его комбинезоном погасла, и теперь на ткани были видны следы от бесконечных попаданий вольфрамовых игл. Десмос взглянул на собственную руку, пальцами выдернул иглы, воткнувшиеся в мышцу почти до кости.

— Или я спишу тебя в первом же порту, — выдохнул он зло в сторону ксеноса. И тот подчинился.

6. Дипломатический капкан

Человеческая станция «Гиады-Транзит» походила на уродливый сплющенный эллипс в окружении кольца швартовочных доков и энергетических блоков дейтериевого реактора. От столь грубой и энергоёмкой технологии энлу давно отказались. Как и от устаревших плазменных движков. Основой скорости для расы энлу стали Сингулярные ядра. И для полёта по струне не требовалось дни или месяцы. Всего лишь стандартные космические «часы». Корабль мгновенно распрямлял метрику на другом конце вселенной. Вот только цена этого прыжка была чудовищной — стабилизация Сингулярного Ядра требовала колоссального количества синаптической энергии, который могла выдать только нервная система живого навигатора. Пропуская через себя высокочастотные синаптические токи, био-контуры корабля работали как живой усилитель поля. Этот процесс создавал чудовищную нагрузку: ткани мозга человека буквально закипали от перегрузки, превращаясь в белковый осадок. Потому Конфедерация выкупала у энлу лицензии на пилотирование такого корабля, а с ней и необходимые для регенарции и пилотирования ускорители.

Эн-Ки-Нат положил ладони на борт камеры сопряжения. Синаптические волокна корабля присоединились к энергетической матрице, прорастая внутрь тонких, как лезвие каналов и щедро делясь информацией со всех сенсоров. Станция обитаема. Двенадцать живых, функционирующих тел. Два действующих корабля в доках. Один с заглушенным транспондером и остывающим плазменным двигателем и второй, долгое время стоящий в гибернации.

«Что нам делать?» — получил Эн-Ки-Нат сигнал от бортового Разящего.

«Аннигилировать корабль. Можем уточнить его класс?»

«Нет. Сигнатура заглушена»

«Значит, это тот, что нам нужен. Точка их прибытия… здесь. Время… сейчас, — сделал вывод Эн-Ки-Нат. — Есть ли на его борту изменник?»

«Борт пуст».

«Огонь», — равнодушно заметил энлу.

Направленные пилоны крейсера раскрылись бесшумно, словно лепестки хищного цветка. По органическим сверхпроводящим контурам обшивки скользнул ослепительно-белый ток, полностью ушедший в накопители синаптического деструктора. Выстрел не породил ни вспышки, ни пламени. Сгенерированный луч высокой частоты ударил точно в швартовочный пилон человеческого хаба.

Внутри дока спустя время прогремел взрыв. Массивные титановые фермы станции, не рассчитанные на взрывы, мгновенно скрутило по швам, шлюз раскрылся огненным цветком, внешняя обшивка транзитного зала лопнула, лавиной выбрасывая в открытый космос обломки переборок. Гофрированный швартовочный рукав шлюза разнесло изнутри гидродинамическим ударом, вызвав лавинную декомпрессию. Обломки корабля вместе с остатками атмосферы дока вышвырнуло в вакуум.

— Это ошибка! — Эн-Ки-Нат поднялся на ложе. — Это был человеческий корабль! Я непростительно ошибся! Готовьтесь к высадке! Зачистим вручную.

* * *

Лиммери Туркин настойчиво просила встречи, потому старший ликтор-дознаватель Маркус Дейк решил удовлетворить запрос. Застегнул китель, поправил серебряные крылья на груди. Дата-раннер вошла, как обычно, не поздоровавшись под жужжание своих инфо-зондов. Лишь махнула рукой, знаменуя приветствие, подхватила стул без спинки от стены и села к столу, сокращая расстояние до опасно неуставного. Но Дейк промолчал, лишь взглянул на гостью, потом перевёл взгляд на жужжащие дроны.

— Они в авторежиме, — отмахнулась Лим.

— Настойки амлы? — уточнил он, стараясь казаться гостеприимным. — Сакки не предлагаю, знаю, что не пьёшь.

— Жрите свою синтетическую бурду сами, — Лим улыбнулась победоносно. — Как думаешь, с чем я пришла?

— С чем? — вежливо спросил старший дознаватель.

— Нашла для тебя кое-что интересное, мой пупсик! — Лим помахала пластинкой дата-накопителя.

— И что же там? — не меняя позу уточнил старший дознаватель.

— Там, п-ф-ф-ф — Лимм раскинула руки и растопырила пальцы на ладонях. — Взрыв мозга!

— Что ж, — Дейк лишь стукнул указательным пальцем в столешню. — Показывай. На слово в нашем мире никто не верит.

— Смотри! — Лимм театральным жестом протянула пластину. Маркус взял её из руки, невзначай коснувшись пальцев. Вставил в приёмный разъём, и перед ним развернулась трёхмерная карта космоса. Сектор Конфедерации.