— Тебе и нужны, — сказал Сырник.

Я быстро оделся и побежал в ванную, подтолкнув Сырника в сторону кухни. Новой зубной щетки никто мне не предлагал, пришлось выдавливать пасту на палец. Но и таким образом зубы не сразу удалось почистить — в ванную заглянул Сырник, протянул мне мобильник.

— Не слышишь, что ли? Тебя.

Как я услышу, если вода шумит? А как отвечу, если рот полон зубной пасты? Сплошные неудобства! Звонил Артемов, переживал, что жена до сих пор не позвонила, хотя обычно встает рано. Я не стал его огорчать, сказал, что срочно выезжаем туда, если хочет, пусть присоединяется. Артемов сказал, что лучше ехать на его джипе, так быстрее, я не возражал, сказал — через полчаса на Рублевке у метро «Кунцевская», с правой стороны, если ехать из Центра. Действительно, на джипе быстрее доберемся. Эх, Марьяна, Марьяна...

Через полчаса мы с Сырником подъехали на такси к метро «Кунцевская», по подземному переходу перешли на другую сторону Рублевки. Джип Артемова, как и вчера, уже ждал нас. Я предупредил Сырника, чтобы ничего не говорил о случившемся Артемову. А то расстроится, потеряет контроль над собой, а джипы, особенно за городом, ездят быстро. Им же вроде все нипочем, а на самом деле — еще как «почем»!

— Последний раз она звонила мне ровно в полночь, — сказал Артемов. — Я как раз к дому подъезжал. Все было нормально, собирались спать ложиться, обещала позвонить утром.

— Мне звонила один раз, пораньше.

— У Влада был пистолет, если что... Там хоть двери нормальные? Никто не ворвется по-тихому?

— Не ворвется. Территория охраняется, забор высокий, двери московские. Чтобы войти — нужно позвонить. Окна закрыты, я проверил, в форточку никто не пролезет. Туалетов два, на первом этаже и на втором, выходить не надо. Я предусмотрел все, если что — спрашивай с себя и Влада, — жестко сказал я. — Тебя предупреждали об ответственности! Олега по твоему настоянию я там не оставил.

Злость моя на этого ревнивого дурака поутихла, но не прошла. Из-за его идиотизма погибла девушка, а мы не смогли ухватить концы веревочки, которая привела бы к нужным людям, очень нужным! Веревочка сама свалилась нам в руки, а взять не смогли, черт побери!

— Если какая опасность возникла б, Влад обязан был позвонить мне, — сказал Артемов. — Да и без этого должен был утром сообщить, что все нормально. А он молчит!

— Что ты от меня хочешь? Твой человек за все отвечает теперь!

— Может, спит этот Влад? — предположил Сырник.

— Я его не спать отправил! — нервно крикнул Артемов.

Он уже был расстроен, а джип мчался к Лобне со скоростью не меньше ста двадцати километров в час. Я крепко держался обеими руками за спинку переднего сиденья, из последних сил надеясь, что все-таки доберемся живыми и здоровыми до дачи. Когда миновали Лобню, сказал Артемову:

— Роман, давай, на всякий случай, придумаем, как объяснить присутствие Марьяны и Влада на даче отца.

— На какой случай? — нервно крикнул он и так вильнул, обгоняя бензовоз, что я повалился на Сырника.

— Сбавь скорость, мудак! — заорал я. — И слушай внимательно, что тебе говорят! Допустим... Марьяне угрожали, кто, что — не знаешь. Но в свете последних событий в твоей фирме и в «Ярнефти» — выглядит вполне реально.

— Что реально, что реально?! Так оно и есть!

— Да, но без того, что было во время твоего отъезда, понял? Ты попросил меня укрыть на пару дней жену. Вместе со своим телохранителем. Мы друзья, давно знакомы, я согласился тебе помочь. Все. Запомнил?

— Ты думаешь, с ней что-то... ее...

— Разберемся на месте. И еще: пока тебя не спрашивают — не высовывайся из машины.

— Начнут копать, пойдут к Ярмонову... и что?

— Посмотрим, как он отреагирует.

— Смотрители, мать вашу!..

— Заткнись и помни, что я сказал. Ничего не нужно придумывать, была угроза — ты позаботился о безопасности жены. И больше ничего не знаешь.

Впереди показались ворота дачного кооператива, и Артемов сбросил скорость. Был он бледен, крупные капли пота катились по щекам. Хорошо, что я предупредил его именно сейчас, а то бы точно не доехали.

Еще до забора отцовой дачи, я велел Артемову остановиться, поскольку заметил у ворот три машины — «Жигули», «уазик» и «Вольво», а во дворе незнакомых людей. «Светиться» нам всем, не зная, что там случилось, вряд ли следовало. Артемов дернулся, намереваясь выйти из джипа.

— Сидеть! — приказал я. — Олег, присмотри за ним. Я сам все выясню, а там решим, что делать. Будет возмущаться — не стесняйся, он уже виноват за свой выпендреж.

Сырник согласно кивнул и положил тяжелую ладонь на плечо Артемова. Тот подчинился, нервно сжимая кулаки и скрипя зубами. Я прошел метров десять вдоль забора, толкнул калитку, она была не заперта. Во дворе, неподалеку от ворот, рядом с кустом жасмина стояла «Шкода» Марьяны. Возле нее торчал высокий парень в кожаной куртке. Делал вид, будто осматривает машину, а на самом деле следил за мной с того момента, как я приблизился к калитке. И явно удивился, что я вошел во двор и направляюсь прямо к нему. «Шкода» выглядела в общем-то нормально, и чего отец кричал про искореженные машины? Правда, передняя левая дверца была помята, наполовину поднятое стекло разбито. Сиденье водителя залито кровью. Вероятно, это была кровь Марьяны.

— Эй, эй, ты кто такой? — спросил парень в кожаной куртке. — Чего надо?

— Да вот, ехал мимо, дай, думаю, зайду, узнаю, что тут стряслось. Аты следователь, да? Кого убили?

— Езжай дальше мимо, пока можешь, — с угрозой сказал следователь.

— Ты хоть бы представился... — вежливо сказал я.

— Щас представлюсь, я тебе так представлюсь... надолго запомнишь следователя Мелкова. Миша! — крикнул он.

Из-за дома вышел боец в камуфляже, с автоматом на плече, передернул затвор и направился к нам. В доме отворилась дверь, на пороге показался начальник службы безопасности отцовой фирмы, отставной полковник Павел Иванович Копалин. Теперь понятно, чья «Вольво» стояла у ворот, отец попросил его немедленно ехать в Лобню, должен же кто-то смотреть, чтобы канделябры не пропали. И вообще, защитить честь хозяина строительной компании, если это потребуется. Павел Иванович остановился, с любопытством наблюдая за тем, как следователь пытается арестовать меня.

— Да ладно тебе, Мелков, — миролюбиво сказал я. — Лучше объясни, что тут стряслось.

— Объясню, но чуток позже и не тут, — сказал Мелков. — Миша, задержи его и тех, с кем приехал. Говорить будем после, в отделении.

— Что-то долго ты ехал, Андрей! — недовольно сказал Павел Иванович. — Может, сдать тебя этим ребятам? Устроил тут, понимаешь... У отца сегодня важная встреча, а мы вынуждены хреновиной всякой заниматься!

Он был давним другом отца и плохим, на мой взгляд, начальником СБ.

— Так ведь пробки на дорогах, дядь Паш, — сказал я.

— Лучше б эти пробки не дали тебе припереться сюда с такими гостями!

Следователь махнул рукой «физику», отправляя его на место временной дислокации, с усмешкой посмотрел на меня.

— Значит, Андрей Корнилов? Очень даже хорошо. На ловца и зверь бежит. Документы имеются?

— Да, оружие тоже, и разрешение на него. Я медленно достану удостоверение, а ты не пугайся, идет?

Я расстегнул куртку, достал удостоверение, протянул его Мелкову. Тот внимательно изучил его, видимо, искал, к чему бы придраться, не нашел, вернул «корочку».

— А говорили, ты ушел из органов.

— Кто говорил?

— Не важно. Должен понимать, Корнилов, теперь говорить буду я, в смысле, спрашивать. А ты — отвечать.

— Согласен, только скажи, кто пострадал?

— А кто тут был?

— Парень с девушкой, машина ее, когда ехали сюда, она была за рулем. Что с ней?

— Не знаю. В машине был труп мужчины лет двадцати пяти, документов при нем не было. Девушка поначалу тоже была в машине, а потом исчезла. Там, на полу, валялась ее сумочка. Ну, теперь давай рассказывай по порядку, что тут было.

Павел Иванович приблизился к нам, пожал мне руку, потом хлопнул по плечу.