Когда-то давно маленькая сирота мечтала лишь о том, чтобы выжить до следующего дня. Теперь же она стояла на границе двух миров, принадлежа обоим и связывая их вместе. Это была судьба более удивительная, чем всё, что она могла вообразить.

И она была благодарна морю, принявшему её в свои объятия не как жертву, а как равную.

6. Хозяйка чертовой мельницы

Глава 1:

Вода. Холодная и темная, затягивает в глубину. Легкие горят от нехватки воздуха, и сознание постепенно меркнет...

Варвара Сергеевна резко открыла глаза и судорожно вдохнула воздух, будто действительно только что выныривала из воды. Голова раскалывалась, а тело ощущалось странно - словно оно было чужим, не принадлежащим ей. Женщина попыталась сфокусировать взгляд и огляделась.

Это точно была не её квартира в Химках. Не было ни телевизора, ни комода с детскими фотографиями дочери, ни кота Барсика. Вместо этого - грубо сколоченные деревянные стены, старый сундук в углу, печь с чугунками и скромная кровать, на которой она сейчас и лежала.

- Что за чертовщина? - пробормотала Варвара и тут же удивилась странному звучанию собственного голоса. Более низкому, чем обычно, с незнакомыми интонациями.

Она попыталась подняться и заметила свои руки - огрубевшие, с мозолями, явно привыкшие к тяжелой работе. Это определенно были не её ухоженные пальцы с аккуратным маникюром.

Паника нарастала, когда взгляд случайно упал на маленькое тусклое зеркало на стене. Оттуда на неё смотрело чужое лицо. Новой ей было около сорока, с темными, почти черными волосами, заплетенными в тугую косу, глубокими серыми глазами и морщинками в уголках губ, намекавшими на жизнь, полную невзгод.

- Это какой-то кошмар, - прошептала Варвара, ощупывая чужое лицо. - Я сплю? Или я сошла с ума?

Попытки вспомнить последние события собственной жизни приносили только образы холодной воды и тьмы. Она помнила, как шла по мосту над рекой, помнила внезапный толчок в спину... а потом пустота.

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ворвался порыв ветра вместе с маленькой растрепанной фигуркой.

- Хозяюшка! Проснулись наконец! Четыре дня без памяти лежали, я уж думал, пора гробовщика звать! - раздался визгливый голос.

Варвара отшатнулась, когда разглядела вошедшего. Это был... гном? Или карлик? Ростом чуть выше метра, с непропорционально большой головой и длинным крючковатым носом.

- Т-ты кто? - выдавила она.

Существо недоуменно захлопало глазами:- Как это кто? Шишка я, ваш мельничный домовой. Неужто память отшибло? Так то нечудно после такого-то удара! Мельничное колесо чуть не размозжило вас, когда вы с ним сражаться вздумали!

Варвара медленно опустилась обратно на кровать, пытаясь осознать происходящее.

- Где... где я нахожусь?

- Хозяйка, да вы точно заговариваетесь! - всплеснул руками Шишка. - На своей мельнице, где ж ещё! На Чёртовой мельнице, как её деревенские кличут.

Варвара закрыла лицо руками. В голове проносились обрывки воспоминаний, которые явно принадлежали не ей - образы мельницы, шум воды, шепот злых голосов за спиной. Чужие воспоминания, принадлежавшие, видимо, той женщине, чье тело она каким-то образом заняла.

- Агафьей меня зовут, да? - медленно произнесла она, выуживая имя из глубин чужой памяти.

- Ага, Агафья Никитична вы, - с облегчением кивнул домовой. - Вспоминать начали! Это хорошо!

Варвара, вернее, теперь уже Агафья, осторожно встала с кровати. Голова немного кружилась, но стоять она могла. Шатаясь, она подошла к маленькому окошку и выглянула наружу.

За окном открывался вид на запруженную реку, большое деревянное мельничное колесо и лес вдалеке. Типичный сельский пейзаж, словно из старинной сказки. Вот только это была реальность. Ее новая реальность.

- Шишка, - медленно произнесла она,- Арасскажи мне... про меня. Кто я такая?

Домовой странно посмотрел на неё, но потом пожал плечами:

- Вдова вы, Агафья Никитична. Четвертый год как овдовели. Мельником был ваш муж, Прохор Игнатьевич, царствие ему небесное. А как помер, так мельницу вы взяли. Деревенские шептались, мол, не дело это - бабе мельницей владеть, да еще на Чертовом Омуте которая стоит. А вам хоть бы хны - характер-то у вас ого-го какой! Никого не боялись, даже нечисти здешней.

- Нечисти? - слабым голосом переспросила Агафья. Вот те раз! И нечисть тут водится. Хотя, тот же самый Шишка, будто бы, не нечисть?

- А то! - гордо выпятил грудь Шишка. - Я ж не один тут. Есть еще водяной в пруду, русалки в заводи, лешак на бережку. Раньше они Прохора слушались, а потом и вас зауважали. За крутой нрав, видать.

Агафья, бывшая Варвара, опустилась на скамью у стола. Итак, она каким-то образом перенеслась из двадцать первого века в тело вдовы-мельничихи в какое-то... дореволюционное, судя по всему, время. Вокруг нее - сказочные существа, которых не существует. Или существует? Паника грозила захлестнуть с головой, но что-то внутри - возможно, частица настоящей Агафьи, заставило её успокоиться и взять себя в руки.

- А деревня? Как она называется?

- Овражки, хозяйка. Три версты отсюда. Сегодня, кстати, должны мужики муку молоть привезти. Вот и проверим, не забыли ли вы свое дело.

Агафья нервно засмеялась. Она, бывшая бухгалтер из Химок, должна будет молоть муку на старинной водяной мельнице. Ну и дела!

- А скажи-ка мне, Шишка, - она решила уточнить главное, - Какой сейчас год?

Домовой почесал затылок:

- А шут его знает! Кажись, тыща восемьсот восемьдесят шестой идет, коли не вру.

Агафья глубоко вздохнула. Девятнадцатый век. Россия. Водяная мельница. Сказочная нечисть. И она - хозяйка всего этого.

- Что ж, - пробормотала она, подходя к старому, потрескавшемуся зеркалу и внимательнее изучая свое новое лицо. - Не зря же говорят, что русские женщины коня на скаку остановят и в горящую избу войдут. Похоже, мне придется ещё и мельницу освоить, и с нечистью поладить.

Глава 2:

После разговора с Шишкой Агафья решила осмотреть свое новое "владение". Выйдя из избы, пристроенной прямо к большому деревянному срубу мельницы, она наконец смогла увидеть все хозяйство целиком.

Мельница стояла на живописном месте - там, где река, сжатая скалистыми берегами, образовывала небольшой водопад. Плотина и мельничное колесо были устроены так, чтобы использовать силу падающей воды. Сам сруб мельницы был внушительным - двухэтажным, с крепкими бревенчатыми стенами, почерневшими от времени. Над входом висел деревянный щит с вырезанной надписью "Мельница Прохора Игнатьевича", а под ней, более свежей резьбой, добавлено: "Агафьи Никитичны".

Вокруг мельницы был небольшой двор, окруженный частоколом. В углу двора - сарай для дров и инструментов, чуть поодаль - огородик со свежей зеленью и грядками.

- Неплохо, - пробормотала Агафья, оценивая хозяйство. Конечно, это был не её уютный мир современных технологий, но место выглядело ухоженным и крепким. А, значит, прорвётся как-нибудь, выживет.

Она подошла к берегу запруды. Вода в ней была темной, почти черной. Где-то в глубине ей почудилось движение - будто что-то большое и медлительное перемещалось под поверхностью.

- А вот и хозяюшка наша! Воскресла! - раздался вдруг булькающий голос из воды.

Агафья отшатнулась, когда посреди пруда показалась страшная голова - зеленоватая, с водорослями вместо волос, с рыбьими глазами навыкате и широким ртом.

- Водяной, я полагаю? - спросила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Негоже было обижать с самого начала знакомства его.

- Он самый, Кузьма Бултыхович! - водяной выбрался на берег, показав свое тело, напоминающее скорее лягушачье, чем человеческое, с перепончатыми лапами и покрытое илом. - Я уж думал, не увижу больше нашу грозную хозяйку! А ты, гляжу, мягче как-то- он окинул её любопытным взглядом- Стала, чтоль, после падения-то.

- Упала я сильно, память немного... помутилась, - осторожно ответила Агафья.