-Отец говорит, что надо выдать её замуж, чтобы "дурь выбить", - продолжила мать.- И… он для тебя тоже невесту нашёл.- она нервно улыбнулась.- Лейлу.

- Что?! - я в гневе вскочил. - Это ведь ты ему напела в уши!- обвиняюще взглянул на мать, прекрасно понимая, кто именно выбрал девушку.- Если он меня женить вздумал, пусть лучше Сафией занимается! Я свою жизнь сам устрою!

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге возник отец.

- Ты уже с одной устраивать пытался, помнишь, чем кончилось?! - прогремел он.- Опозорила тебя, нас. Кинулась за деньгами. А Лейла воспитана в наших традициях, она будет отличной женой! Ты сегодня встретишься с ней, будешь вести себя достойно. Или ты мне не сын!

Хлопнув дверью, отец вышел. Мать бросилась за ним, пытаясь успокоить.

Вечером квартира преобразилась. В гостиной горели мягкие светильники, на столе красовалась лучшая посуда, а запах маминых фирменных блюд наполнял воздух. Я, переодевшись в темные брюки и светлую футболку, мрачно наблюдал за приготовлениями.

Когда раздался звонок в дверь, я почувствовал прилив раздражения. Но то, что увидел, заставило его приподнять брови.

Лейла оказалась не той скромной, закомплексованной темноволосой девочкой, какой её помнил с детства. Передо мной стояла яркая, уверенная в себе женщина. Тёмные короткие волосы обрамляли лицо свободными волнами, а в карих глазах светился ум.

- Алан! - она улыбнулась, протягивая руку. - Сколько лет, сколько зим!

- Лейла, - я пожал её руку, отмечая крепкое не по-женски рукопожатие. - Ты… изменилась.

-Надеюсь, к лучшему, - она рассмеялась.

За ужином я поймал себя на мысли, что мне действительно интересно её слушать. Тем более, общие воспоминания о Балгаре, да и Штатах, роднили.

- Я закончила Колумбийский университет, факультет международных отношений, - рассказывала она. - Могла остаться в Штатах, предлагали работу, но решила вернуться. Здесь семья, корни. Да и возможностей сейчас нен меньше.

- И какие у тебя планы? - спросил, подливая ей сок.

- Хочу развивать свою консалтинговую фирму. Помогать нашим компаниям выходить на международные рынки, - в её глазах загорелся азарт. - Знаешь, чего нам не хватает? Правильной презентации. Мы умеем делать крутые продукты, но не умеем их продавать миру.

Некоторое время болтали о бизнесе, потом перешли к воспоминаниям о детстве, о Балгаре.

- А помнишь, - неожиданно перебил гостью, получив недовольный взгляд матери ( как же, сыночек не демонстрирует культуру воспитания). - Как в детстве на тебя соседская овчарка набросилась?

Лейла рассмеялась:

- Ещё бы! Я тогда так перепугалась! А ты схватил палку и давай размахивать перед ней, кричал как сумасшедший. Собака от удивления отступила.

- Я просто повторял то, что в фильмах видел, - усмехнулся.- Нужно выглядеть психом. И тогда соперник растеряется.

- Эй, не скромничай! Вообще-то, ты был моим героем всё то лето. Я мечтала, как вырасту и замуж за тебя выйду.

Мы продолжали вспоминать детство, находя всё больше общих моментов, о которых я давно забыл. Я ловил себя на мысли, что улыбаюсь чаще, чем за последние несколько месяцев.

В другом конце стола наши матери вели свою беседу.

- Твоя Лейла просто чудо,- говорила моя. - Такая образованная, и при этом помнит о традициях. Видно, что в хорошей семье воспитана.

- Спасибо, Фарида-ханым. Твой Алан тоже настоящий мужчина вырос,- отвечала мать Лейлы. - Такой серьёзный, успешный. Я всегда знала, что из него выйдет толк.

Отцы же уединились в кабинете, обсуждая бизнес и, вероятно, будущее своих детей.

После ужина я вызвался проводить Лейлу до её машины.

-Ты сама водишь? - спросил , глядя на стильный спорткар.

- А что такого? - она лукаво прищурилась. - Боишься современных женщин? Или ты из тех варваров, что заперли бы женщину в четырех стенах, лишив доступа к образованию и работе, лишь бы самим на этом фоне мужественнее выглядеть?

- Нет, - покачал головой. - Просто… впечатлён.

- Знаешь, - Лейла внезапно стала серьёзной, - Я понимаю, для чего это всё организовали наши родители. И тоже не особо рада этому. Не потому, что ты неприятен, а просто не люблю, когда решают за меня.- честно призналась.- Но я рада, что мы встретились. Ты оказался не таким, как я представляла.

- Каким же?

- Не знаю… думала, вырастешь высокомерным, избалованным. А ты… нормальный, - она улыбнулась.- По крайней мере, от собак защитить снова сможешь.

Я не смог сдержать ответной улыбки:

- Ты тоже… нормальная.

Когда семья Лейлы уехала, ко мне подошёл отец. Его лицо, обычно суровое, сейчас выглядело смягчившимся.

- Сын, прости. Я погорячился сегодня, - сказал он тихо. - Прости меня. Я просто хочу для тебя лучшего.

За спиной отца заметил мать, которая показывала мне большой палец, поднятый вверх, и улыбалась. Ясно - она приложила руку к этому извинению. Как, впрочем, и к визиту Лейлы с семьёй. Зря мужчины себя считают главными- женщины ими вертят как пожелают.

- Всё нормально, отец, - ответил я. -Но с Сафией ты всё-таки перегнул.

- Это другое дело, - отец нахмурился, но спорить не стал. -Поговорим потом.

***

Я ехал к дому Марата, чувствуя странное смятение. Встреча с Лейлой оставила неожиданно приятное впечатление. Но мысли о Алисе не отпускали.

Войдя в дом, в гостевом крыле я первым делом уловил аромат домашней еды. На кухне обнаружил накрытый стол: две тарелки, два бокала, свежеприготовленные блюда под крышками. Она ждала меня к ужину, готовила для меня.

"Просто показуха",- оборвал себя.- "Как и всё в её жизни. Играет роль, стараясь угодить. Стараясь сойти за милую домашнюю девушку, в не прожженную дрянь, палец о палец по хозяйству не ударившую. Про таких говорят " Ничего, тяжелее мужского органа не поднимала. ".

Поднялся на второй этаж, в одну из гостевых спален. Алиса спала, свернувшись клубочком на краю кровати. В полумраке её лицо казалось таким юным, почти как тогда, много лет назад. Захотелось лечь рядом, обнять и просто уснуть. Держа её объятиях.

Я щёлкнул выключателем. Яркий свет залил комнату.

- Вставай, - холодно произнёс, недовольный тем, что она всё ещё так на меня влияет.

Алиса вздрогнула, открывая глаза. В них мелькнул страх, сменившийся покорностью.

-Я ждала тебя к ужину, - тихо сказала она, садясь на кровати.

-Я не голоден, - отрезал , расстёгивая рубашку.- Но ты мне нужна сейчас.

Я грубо притянул её к себе, впиваясь поцелуем в губы. Она не сопротивлялась, но и не отвечала. Просто принимала мою злость, мою боль. Когда же я нетерпеливо раздел её, толкнув на кровать и навалился сверху, она лишь отвернула голову, позволяя делать с собой всё, что я хотел.

Да, я видел, как она с шумом втянула воздух сквозь стиснутые зубы, когда вошёл в нее. Как по её щекам катились слёзы, но это только разжигало мой гнев.

"Вы все, шлюхи, одинаковые!"- думал, жёстко овладевая ею.- "Шитые-перешитые, с многоразовой невинностью. Думаешь, я не знаю, сколько мужчин у тебя было?".

Но где-то в глубине души звучал другой голос. Голос, который спрашивал, не стал ли я сам таким же чудовищем, как та, кого всегда презирал. И образ Алисы прежней, яркой, непокорной, настоящей, вдруг возник перед глазами, заставляя усомниться в правильности своего пути. Я замер, выругавшись. Встал, отстраняясь, недовольно оглядел кровь на её бёдрах.

-Иди в душ. - приказал, отвернувшись. Алиса, тихо всхлипнув, встала, тут же поморщившись от боли. И поплелась в ванную, не обращая на меня внимания.

Я же, так и не получивший удовольствия, вытерся футболкой. И сел на кровать. Из ванной доносился шум воды и тихий плач Алисы. Я разозлился- вот же, стерва. Снова начала, как паучиха, своей ложью опутывать. То ужин готовила и ждала, то девственницу разыгрывает до упора. Не желая встречаться с ней, наспех оделся, одолжив в другой гостевой спальне одну из футболок Марата. И вышел из дома, оставив в нём Алису и её ложь. Меня душила ярость. Какого, спрашивается, хр*на, я вообще купил её?! Месть в моём случае не приносила удовольствия, а заставляла ненавидеть и её, и себя ещё больше.