Ещё он намекнул про то, что я могу пойти к нему на службу, и первое время поработать в магической Академии. Я тогда ещё усмехнулся, что в качестве подопытного экземпляра быть не хочется, но Наместник сказал, что за мной просто понаблюдают. Ну да, свежо предание, да верится с трудом.

А ещё он сказал что-то очень важное в самом конце. Что же он сказал? Я даже потёр лоб, будто это могло помочь, но фразу всё-таки вспомнил. «Стабильное положение, спокойная жизнь для вашей спутницы — это не пустой звук». И в связи с чем он это сказал? А, как раз как довод в пользу работы в той самой Академии. Тогда я отмахнулся, желая только поскорее вырваться на свободу, но теперь те слова приобретали совершенно другой смысл и вес. И значение для меня и для Тани. Осторожно поцеловал тихонько сопевшую у бока жену и снова задумался. Стабильное положение и спокойная жизнь для Тани. За это я готов пахать сутками и биться насмерть, но что делать конкретно сейчас? Согласиться с предложением Наместника — значит добровольно сунуть голову в пасть льва. Я и сейчас в ненамного лучшем положении, потому что пластинка-пропуск, которую дал Наместник, одновременно является и маячком для отслеживания моих перемещений. Неприятно, конечно, но несколько раз она здорово нас выручала, и я на время смирился с возможной слежкой. А вот если я соглашусь на Академию, то буду под пристальным вниманием магов уже постоянно. Может меня и не будут резать на кусочки в буквальном смысле этого слова, но чем магия лучше? С другой стороны, я могу потребовать для Тани нормальные условия хотя бы на ближайший год (пока она родит, и будущий малыш окрепнет), но это сделает заложницей Наместника ещё и их. Что я смогу сделать? От одной только мысли, что Таню могут обидеть, в груди полыхнул огонь и на пальцах мгновенно появились огромные когти. Да, так и будет — я буду убивать всех, до кого смогу дотянуться, но чем это поможет Тане? Значит, не ехать в эту чёртову академию, а остаться здесь? И что мы получим в таком варианте? Голодная беременная жена в холодном полуразвалившемся домишке? Я даже застонал от бессильной ярости. Уйти в соседний город на заработки, а Таню оставить здесь? И что с ней будет? Она и так частенько ходит шатаясь, то зелёная от тошноты, то белая от слабости и недомогания, а что будет, если она останется одна? Как я буду работать в городе, если всеми мыслями буду здесь? Взять её в город с собой? Так она просто не дойдёт, а везти её на телеге я и сам не решусь. Так что делать? Занять у кого-нибудь денег? И кто мне их даст? Начать какую-нибудь торговлю? Так для этого тоже деньги нужны. Продать какие-нибудь идеи, патенты? Может, что и вспомню, но кому их продать? В деревне и без этого живут, а в город я опять же один не пойду, да и отдача от этих патентов будет далеко не сразу.

Одно время я подумывал вернуться в танин родной замок, но потом выяснилось, что там её никто не ждёт — Таню считали погибшей после того фокуса с летучей мышью, и король забрал земли себе. Да ещё и граф Орландо остался жив, а находиться рядом с ним даже в одном королевстве она категорически отказывалась.

Так что у меня пока только два реальных варианта — или попытаться как-то заработать на жизнь здесь, в деревне, или… наместник и магическая академия.

Мысли снова пошли по кругу. Что же делать?

Несколько дней я упахивался у соседей до глубокой ночи, изо всех сил стараясь заработать хоть что-то, но как только Тане чуть полегчало, она с одного взгляда поняла, что со мной что-то не так. Вечером, когда я вернулся с работы, налила большую чашку овощной похлёбки без единого намёка на мясо и молча наблюдала как я ем. Дождалась, пока я не начал скрести ложкой по дну чашки, и негромко спросила.

— Ну, что тебя мучает?

Врать не хотелось, но и правду говорить хотелось ещё меньше. У меня просто язык не поворачивался сказать, что одной из причин нашего бедственного положения является она. Это я её такой беременной сделал, так что и вся ответственность лежит только на мне. Хотел отмахнуться, отмолчаться, но в голосе Тани сразу появились жёсткие нотки многоопытной жены.

— Ваня, я тебя не первый день знаю, и что ты можешь натворить по-глупости, тоже представляю. Давай рассказывай, а то я теперь вообще не усну, пока не узнаю.

Убойный аргумент, который развязывает мужьям языки гораздо быстрее, чем пытки палача. Очень не хотелось перекладывать на Таню ответственность, но я и в самом деле не знал на что решиться.

Таня слушала внимательно, подперев кулачком щёку, но чем дольше я говорил, тем грустнее она становилась. Когда замолчал, она только вздохнула.

— Не мы первые и не мы последние, кто оказались в трудной ситуации. Я готова вытерпеть что угодно, но… -она опустила голову, и на чёрный от старости стол закапали слезинки — Я только представлю, что наш малыш будет голодать и мёрзнуть, и у меня внутри всё переворачивается.

Я подсел к ней поближе и приобнял.

— Для меня это тоже страшнее и тяжелее всякой работы, но я не могу на что-то решиться.

Таня подняла голову и через силу улыбнулась.

— Кто у нас в доме муж? Я или ты? Как решишь, так и будет, а я всё вытерплю. Нам бы как-нибудь полгода пережить, а потом я смогу начать работать целителем. А ты сделаешь для нас дракона, и мы улетим далеко-далеко, где нас никто не знает и не найдёт.

Таня старалась держаться уверенно, а у меня от одного взгляда на неё внутри всё переворачивалось — маленький перепуганный воробышек пытается успокоить и поддержать здоровенного детину. Меня. Слов не было, и я только покрепче обнял её, давая себе беззвучную клятву, что…

Пару дней я ещё пытался выбрать самый хороший из плохих вариантов, но выбора-то особого и не было. На третий день я решился. Встал затемно и начал одеваться. Таня сразу всё поняла.

— Ты что-то решил?

— Сейчас пойду в Ревик*, достану какую-нибудь повозку, и поедем к Наместнику.

* город километрах сорока от нашей деревни.

— Всё-таки к Наместнику –вздохнула Таня, и тут же без перехода — А кто тебе повозку даст?

— Кто-нибудь даст. У меня ведь есть пластинка-пропуск, и любой военный или чиновник обязан мне помогать.

— К Наместнику… -снова вздохнула Таня.

— Мы поедем в город. Где живёт Наместник. Чувствуешь разницу?

— Пока не очень –честно призналась жена.

— Я достану карету или ещё что, и мы с удобствами доберёмся до большого города. Чем бы ни закончился разговор с наместником, мы уже будем в городе. Поговорю с ним, а то, что он не даст мне достойной работы — так кто же виноват.

— Почему ты так уверен в отказе?

— Совершенно не уверен, но я всё-таки муж баронессы, и работа конюхом мне явно не подойдёт.

Таня улыбнулась.

— Здесь ты ни от какой работы не отказывался.

— Так то здесь –я тоже улыбнулся — Здесь деревня, и работу я искал. А там работу будет предлагать Наместник, и можно уже попривередничать.

— С Наместником всё наоборот –ему не отказывают, что бы он ни приказал. А иначе…

Я только вздохнул.

— Не трави душу, Тань. Всё я прекрасно понимаю, но и здесь нам оставаться нельзя.

— А если уехать в противоположную сторону? –с затаённой надеждой спросила Таня.

— Офицер, или кто там будет, доложит, что забрал карету по моему приказу. Маги сразу проверят где мы находимся, а если мы поедем в другую сторону, Наместник может заинтересоваться — почему? И что он после этого решит, мне выяснять не хочется. Нет, едем к нему, а там видно будет. В идеале, мы приедем, а он как раз уехал по делам. Подождём неделю, я попробую хоть немного подзаработать, а там что-нибудь придумаем.

Таня вздохнула.

— Да, остаётся только молиться и надеяться.

Я чмокнул жену в лоб.

— Как говорят у нас: «На бога надейся, а корову всё равно привязывай».

Таня удивлённо посмотрела на меня.

— У нас нет коровы.

Я невольно хмыкнул на непонятливость некоторых.

— Ладно, не бери в голову. Если всё сложится удачно, вернусь ночью или под утро. Крайний срок — завтра к вечеру. Лежи, отдыхай и ни о чём не волнуйся.