Тандем Гайки и Че, работал все более слаженно и эффективнее. Теперь их обычная схема действий была такая: выбрав жертву своей атаки, а это были в основном главари стай, Гайка активировала свой дар нимфы, тут же давая команду Че подключиться к ней, чтобы подчинить монстра. Че обычно в этот момент уже была где-то рядом с элитником, ведь выбор они делали совместно. Ей было не сложно оказаться поблизости, так как зараженные видели в ней лишь своего более слабого собрата. После чего следовал молниеносный прыжок и смертельный удар.

Кому-то Че вскрывала споровый мешок, кому-то пробивала гарпунообразным хвостом глаз, добираясь жалом до мозга, кому-то вскрывала горло, кому-то ломала позвоночник на шее, в общем забавлялась, стараясь разнообразить свои атаки.

Несмотря на ее малый вес и небольшие габариты, им пока еще не попадалась такая броня, которую она не могла бы вскрыть своими бритвенное острыми когтями. А если и испытывала какие-либо сложности, из-за необычного строения тела элиты, то всегда и у всех ее противников было одно уязвимое и слабое место — споровый мешок на затылке. Он никогда не зарастал броней наглухо, всегда оставалась щель и возможность до него добраться. Эта особенность, по правде сказать, чаще выручала в случае с выступлениями соло Ворона, которого так же периодически, в одиночку, и уже без щитов, выпускали на элиту. Для Че же, да хоть зарасти оно все целиком, такая защита вовсе не была проблемой.

Ворон как-то ради смеха, и на спор, попросил ее продемонстрировать силу своих когтей на железнодорожной рельсине, за что чуть не получил от Гайки нагоняй. Она побоялась что Че покалечится. Каково же было ее удивление, когда Че в два взмаха разрубила ее пополам. А Ворон проиграл спор Вжику, так как обещал, что Че это сделает за один удар. После чего он тщательно измерил длину ее когтей, и укоризненно покачал головой, сказав, что больше не будет за нее ставки делать, раз она такая подставщица. А Вжик, наоборот, показал Че пальцами «ок». Гайка и Ворон подозрительно посмотрели на эту парочку, но никаких доказательств сговора у них не было.

Ворон потом раскрыл секрет удивительного свойства когтей Че, посоветовав понаблюдать за тем как та умывается, если сильно испачкается чужими потрохами. И правда, в этом случае она не утруждала себя обычным вылизыванием, как делала в иных ситуациях, например, после еды. По ее броне проходили синеватые сполохи, уничтожающие все чужеродное на теле. «Аннигиляция, по-моему, — сказал тогда Ворон. — Наверное дар такой. Она его и на свои когти во время удара применяет».

Что же касается совместных действий Гайки и Че. Че убивала вожака стаи, на физическом уровне, а Гайка в этот момент ожидала добычу в ином плане.

В предсмертной агонии ментальная защита поверженного монстра, присущая с рождения любому живому существу, разрушалась и исчезала, что позволяло работать с оголенной аурой, как с пластилином, главное успеть это сделать быстро, пока еще оставались ее следы в ментале. Гайка подхватывала разваливающуюся астральную конструкцию деятельности высшей нервной системы монстра и создавала общий слепок из двух сознаний. А Че, в свою очередь, вновь активировала ауру ужаса, наполняя ей слепленный Гайкой общий образ, после чего все зараженные, что были рядом, воспринимали Че как своего бывшего главаря, только ставшего на порядок сильнее, и не замечая ее размеров.

После серии опытов пришли к выводу, что Че перевоплощалась не просто в лидера и вожака стаи. Стая становилась продолжение ее воли, и подчинялась мысленным командам Гайки или Че. То есть по сути снималось ограничение дара Гайки в количестве захваченных особей, которое редко превышало дюжину, в зависимости от их силы. Пределы такой стаи и подчинение максимально сильных тварей еще предстояло выяснить, но уже было ясно, что пока все упирается в удаленность зараженных от командного центра, то есть — от Че. В радиусе пятидесяти метров было абсолютное подчинение, а на ста метрах мутанты уже принимали самостоятельные решения куда им двигаться, хотя чаще всего, по инерции, следовали далее за лидером, мелькавшим где-то впереди.

Выяснился еще один момент, который Гайка не собиралась упускать, и при необходимости воспользоваться им в будущем.

Как-то добираясь до элиты, спешащего по каким-то своим, элитным делам, вместе со свитой, они по дороге подчинили себе несколько зараженных, и направили их задержать продвижение здоровяка своими тушками, чтобы не играть в догонялки. Одного из захваченных, а именно рубера, Че вскрыла. Чем-то он ей не приглянулся. А Гайка, недолго думая, уже привычным усилием воли, спроецировала агонизирующую ауру мутанта на ауру Че, тем самым сагрив на нее ближайшее окружение рубера. И что удивительно, элитник так же отреагировал на это. Внезапно он увидел в рубере соперника. Еще одну новоиспеченную элиту. И начал угрожающе сближаться.

Гайка поначалу растерялась, а Че восприняла приближающееся существо, как подчиненного, который хочет выйти из стаи, и дала волю своей ярости, направив ауру ужаса на провинившегося неофита. Гайка чуть снова не намочила себе штаны от накатившего ужаса, как это случилось, когда они слились с Че в первых раз, так как все ментальные потоки дара кошки проходили через нее. Но благодаря постоянным тренировкам в совместной охоте, и уже ставшим почти привычным мрачным давлением способности Че на ее разум, сумела взять себя в руки, и переформировать волну ужаса в поток подчинения. И… И элитник стал членом стаи. Он стал одним из множества подчиненных Че, готовый выполнить ее любой приказ.

Этот опыт не очень понравился Гайке, так как она могла потерять контроль над ситуацией, и выпустить управление стадом как из своих рук, так и из лап Че. Но взяла на заметку, что не обязательно захватывать главаря банды, чтобы подчинить ее себе. Можно это сделать через члена этой банды, подчинив самого главаря, и не убивая его для этого. Может быть это когда-нибудь пригодится.

Она предупредила Че, что бы та больше так без ее ведома не делала. И что бы наращивала свое давление на посторонних, по согласованию с Гайкой, и постепенно. И напомнила тот старый образ, с подгузниками, который в прошлый раз так развеселил Че. Че повинилась, и дала понять, что будет теперь держать в голове образ прокладки между ног, когда они в следующий раз станут подчинять себе новую стаю. Гайка погрозила ей мысленно пальцем. Надо же шутки юморить она научилась.

Белку добыли почти случайно. Как обычно собирались обойти стороной очередную подозрительную зону, где не было никой живности, опасаясь ее перезагрузки.

Кстати, интересный факт. В Улье пустынные кластеры, без населения, являлись крайней редкостью. При этом, они занимали довольно большие территории, на которых могла оказаться какая-нибудь одна единственная деревенька всего из нескольких домов.

Ходили слухи, что Стикс, для своего паразита всегда подгружает кластеры, только если в них есть живые люди. Типа вирусу не интересны пустые леса и поля, хотя там и водятся разные животные. Спорам в первую очередь нужны люди, и их мозг, на котором комфортно паразитировать. Поэтому предполагали, что пустые территории подгружаются не совсем пустые. Где-то на них могли находиться какие-нибудь туристы или путешественники в малом количестве и в разных частях. А так как их концентрация, в отличие от городов имела обратный порядок цифр (не 1000 человек на 1 квадратный километр, а наоборот, 1 человек на 1000 квадратных километров), то у системы и происходил какой-то сбой, при котором на десятерых туристов, загружался лесной кластер размерами на десятки, а то и сотни квадратных километров.

Так это или нет, сказать было трудно, но такие кластеры, хоть и редко, но все же попадались. Поэтому, когда Девайс обнаружил территорию, свободную от животных и зараженных, Сухарь дал команду взять от нее в сторону.

Они бы так и проехали мимо, если бы Глухарь не заподозрил неладное.

— Командир, я заметил в лесу зайца.

— Ну и что?

— Когда я обследовал зону обитания БК, то тоже видел всякую мелкую животину. Она ее почему-то не боялась.