Поражение этрусков в морском сражении при Кумах в 474 году до н. э. положило конец их могуществу в Средиземном море. И на суше они дважды — в 524 и потом в 509 гг. до н. э. — неудачно столкнулись с войсками тирана Аристодема. Торговые претензии тирренов стали опасны для греков, живших в Сицилии. Диодор (XI, 51) выдвигает версию, что именно талассократия этрусков стала причиной вмешательства Сиракуз. В 480 году до н. э. карфагеняне направили в Сицилию свои войска, но греки одержали над ними победу при Химере. После этого греки из Кум попросили помощи у Сиракуз, и местный тиран Гиерон, придя со своим флотом к Кумам, разгромил этрусский флот. Какие этрусские города участвовали в этой войне и были ли они достаточно сильны, чтобы иметь флот? Может быть, Капуя? Ответа нет. Похоже, что Цере был главным участником событий с этрусской стороны, а помогали ему Тарквинии или Вульчи. Что же касается главного дестабилизирующего элемента, то он мог состоять в увеличении значимости афинской торговли в Кампанье. Возможно, этруски хотели укрепиться в регионе в ущерб Кумам. Может быть, они мечтали о гегемонии и о стабильности, выступая против греков? Судьба сражения решила все иначе.

Ослабленные этруски постепенно ушли из Кампанье и из Рима. Они отошли за свои естественные границы. После этого кампанцы в 424 году до н. э. овладели Капуей и в 421 году до н. э. Кумами.

Сегодня мы знаем, что Рим не был основан этрусками, как думали еще недавно некоторые историки. И это несмотря на то, что тосканцы должны были присутствовать на римской земле в то время, когда примерно в 753 году до н. э. объединялись селения, стоявшие на римских холмах. Точно так же, впрочем, находились там и греки, и сабиняне, и латиняне. Их присутствие было неизбежным, ибо этрусская территория начиналась сразу же на другом берегу Тибра, а это место было единственным, где реку можно было пересечь вброд (Фиденский брод). Город Ромула вначале контролировал место перехода через реку для торговцев солью, а в это время соляные разработки, расположенные в устье Тибра, принадлежали этрусскому городу Вейи.

Тем не менее, похоже, что этруски придумали легенду, которая могла бы оправдать их присутствие во главе Рима с момента его основания. Мы знаем, что «официальная» легенда о Ромуле появлялась постепенно и была оформлена только в IV веке до н. э. Так, например, Плутарх в своей «Жизни Ромула» (II, 4), напомнив о других версиях, дает нам этрусскую версию рождения Ромула, идущую от греческого историка по имени Промафион. Согласно ей, этрусский царь Тархетий был дедом основателей Рима — Ромула и Рема. Царствовал Тархетий в Альбе-Лонге и считался, очевидно, потомком Энея, то есть, в конечном счете, самого Зевса. В очаге его дома вдруг появился волшебный фаллос, от которого якобы и произошли римские близнецы, вскормленные волчицей.

Так называемая «этрусская» версия происхождения Рима со временем ушла в забвение, но мифу о герое, рожденном от фаллоса, придали официальный характер в римской истории, чтобы оправдать появление Сервия Туллия у царя Тарквиния.

♦ От легенды к реальности

Пришлось ждать конца VII века до н. э., чтобы получить свидетельство политического господства этрусков в Риме. Контроль над переправой в Кампанью — это была экономическая необходимость. И мы можем только удивляться, что этруски не пришли в Рим еще раньше. Как бы то ни было, дата, предложенная легендой в качестве выбора царя Тарквиния на роль владыки Рима (616 год до н. э.), кажется вполне соответствующей исторической реальности.

История этрусских царей Рима, как нам ее рассказывает Тит Ливий (I, 34), выглядит следующим образом. Первый этрусский царь Древнего Рима, по преданию, был выходцем из города Тарквинии. Его настоящее имя, как считается, было Лукумон. Его отец Демарат переселился в Тарквинии из греческого города Коринфа. Рожденный от тарквиниянки Лукумон еще в молодости приобрел себе большое состояние и женился на Танаквиль — женщине умной и честолюбивой. Она-то и посоветовала ему перебраться в Рим, так как в Тарквинии, из-за того, что Лукумон не был чистокровным этруском, ему был закрыт путь к самым высшим должностям. Лукумон согласился с доводами жены, и они вместе отправились в Рим, где он вскоре был избран царем, известным как Луций Тарквиний Приск, или Тарквиний Древний. Прославившийся своим богатством и мудростью, он занялся обустройством Рима и содействовал развитию искусств. В 578 году до н. э. он был убит заговорщиками, но его место, благодаря хитрости Танаквиль, заняли не они, а Сервий Туллий, приемный сын убитого царя. Этот человек, рожденный при самых чудесных обстоятельствах, о которых уже было упомянуто, стал образцовым царем, который повел Рим по пути важных реформ. Но и он был убит собственной дочерью Туллией и зятем Луцием Тарквинием, и последний, будучи сыном Тарквиния Древнего, захватил в городе власть и стал вести себя, как настоящий тиран.

Знаменитая история изнасилования Лукреции привела к тому, что в Риме началось восстание, которое возглавили Коллатин (муж Лукреции) и Брут. Они вместе со своими сторонниками изгнали Луция Тарквиния и установили в Риме республику. Произошло это в 509 году до н. э., в год освящения храма Юпитера на Капитолии. Легенда гласит, что вслед за этим царь этрусского города Кьюзи Порсенна осадил Рим. Но он вынужден был отступить перед лицом серии патриотических подвигов, совершенных римлянами, в частности, доблестным воином Горацием Коклесом, Муцием Сцеволой, отрубившим себе правую руку, и юной заложницей Клелией.

Некоторые факты, предоставленные главным образом археологами, позволяют нам сформулировать несколько гипотез относительно исторической реальности, стоящей за официальной римской легендой, во многом обязанной Титу Ливию. Например, мы узнали, что этрусское господство не закончилось в 509 году до н. э. с изгнанием Тарквиния и поражением Порсенны. Конечно, для укрепления национальной гордости следовало бы открыть большой храм в «освобожденном» Риме, но римский историк Тацит признает, что царь Кьюзи все же захватил Рим, а археологические находки доказывают, что этруски присутствовали там до 475 года до н. э., то есть до тех пор, пока поражение при Кумах не вынудило их уйти за Тибр. Возможно, характер власти изменился после 509 года до н. э., но этруски (вероятно, из Кьюзи) оставались у власти.

Другой удивительный пример: Сервий Туллий. Различные источники позволяют нам предположить в нем реального царя, которого легенды называют сыном раба или захваченной в плен принцессы, который был рожден во дворце и выбран в качестве зятя царя Тарквиния. Он осуществил столько реформ, что выглядит «наиболее римским» из всех возможных царей. Однако есть один случайно сохранившийся документ — речь императора Клавдия. Клавдий был увлечен этрускологией и написал двадцать книг на эту тему. Его первая жена происходила из этрусского аристократического рода, и он, по-видимому, черпал знания в архивах богатых этрусских семей, которые не дошли до нас, впрочем, точно так же, как и его работа об этрусках. Итак, в своей речи император упоминает Сервия Туллия, «вставив его между Тарквинием Древним и его сыном, а может быть, внуком (имеется в виду Тарквиний Гордый)». Согласно этрусскому источнику, он его представляет как «верного друга» некоего Целия Вибенны, который был изгнан из Этрурии и дошел до Рима, где захватил холм, названный Целийским в память о Вибенне. Его звали Мастарна. Затем он «поменял имя и взял царскую власть в городе». Некоторые выдержки из других авторов также упоминают этот эпизод: один говорит о «лукумоне»^[7] города Вульчи Целии Вибенне, который, встав во главе армии, обосновался в Риме, возможно, силой; другой дает отчет о прибытии людей из Вульчи, ведомых Мастарной и Авлом Вибенной, братом Целия.

Имена братьев Вибенна нам известны. Их можно обнаружить на некоторых рисунках, а также зеркалах и погребальных урнах, найденных в гробницах города Вейи. Но наиболее интересное свидетельство находится в городе Вульчи в гробнице Франсуа и оно датируется IV веком до н. э. Одна из фресок представляет серию победоносных боев, ведшихся городом Вульчи против различных врагов. Атакующие являются людьми Целия Вибенны, и среди них есть Авл Вибенна и Мастарна, и можно даже увидеть, как они освобождают своего начальника, закованного в цепи. Речь идет, по всей видимости, об увековечивании подвигов жителей Вульчи в боях против других этрусских вождей.