Под римским правлением Британия была частью одной из величайших империй в мировой истории, а потом стремительно потеряла этот статус. Нам, современным людям, трудно это понять. Несколько веков жизни при римлянах изменили «варварские» племена, и они стали «романо-бриттами». В Британии появились горячие публичные бани, великолепные общественные здания, фантастические дороги, мощные крепостные стены и разнообразные укрепления — все это строили римские солдаты, съехавшиеся со всех концов империи. Бритты включились в единую цивилизационную энергосистему Средиземноморья и Ближнего Востока, истоки которой уходили еще в древнюю Месопотамию. И вдруг в начале V века н. э. эти связи были разрушены. Деньги и войска, которые поддерживали Британию, понадобились в Италии, которая в тот момент оказалась под угрозой. После нескольких веков римского правления император сообщил жителям Британских островов, что им придется заботиться о себе самим.
В результате через сто лет после ухода римлян жители Британии оказались в положении гораздо более худшем, чем их предки. А что, если бы подобное произошло сегодня? Что произошло бы, если бы центральное правительство отказалось от власти в каком-то конкретном регионе? Проблемы дефицита продуктов и топлива возникли бы практически мгновенно, другие — через определенное время, в ходе которого системы и структуры постепенно разрушались бы.
Метафорически говоря, как долго горел бы свет в Римской империи после ее распада? Как долго функционировали бы общественные бани в бывших провинциях, прежде чем они бы разрушились и не осталось бы никого, кто помнил бы, как и чем их починить? А акведуки, которые поставляли воду? Кто поддерживал бы в нормальном состоянии стены и укрепления, которые защищали от врагов и захватчиков? Чем можно было бы расплатиться за их ремонт, если бы никто не собирал налогов? Кто выступил бы вперед и принял на себя роль, которую ранее выполняло правительство?
Историки рисовали сотни возможных сценариев «падения Римской империи»[124]. Некоторые специалисты полагают, что речь шла не о резком и драматическом «падении», а о постепенном переходе — изменении методов управления, если угодно. Эти перемены лучше удовлетворяли потребностям местного населения, чем прежние методы римской администрации. Но, как бы то ни было, трудно игнорировать тот факт, что новыми правителями многих бывших римских провинций на Западе, даже тех, где пытались сохранить римские методы, стали представители германских племен.
Если посмотреть на карту бывшего римского мира примерно в 600 году н. э., то понятно, как выглядела империя на момент распада. Вот что произошло. Римские земли в Северной Африке были захвачены германским племенем вандалов. Испания и часть Юго-Западной Франции оказались под контролем вестготов. Племя бургундов контролировало Юго-Восточную Францию. Северная Франция оказалась под владычеством «варварского» короля франков, а центр старой Римской империи — Италия находилась в руках остготов. Значительная часть других римских территорий превратилась в мелкие самостоятельные осколки. А ведь еще в 400 году н. э. все это принадлежало Риму! Во многих местах «варвары» все еще пытались сохранить прежний порядок. Историк Крис Уикем пишет: «Более крупные западные государства управлялись в римской традиции, но стали более милитаризованными. Их фискальные структуры ослабели. Они были менее тесно связаны между собой экономически, а внутренняя экономика зачастую была устроена проще… Армии «варваров» снова и снова вторгались в римские провинции, которыми пытались управлять по-римски. Так что ничего не изменилось, но в то же время изменилось все».
Как же это произошло? В период расцвета (около 100 года н. э.) Римская империя была самым мощным государством мира. Сравниться с Римом могла лишь китайская династия Хань. Империя была невероятно сложной, занимала громадную территорию, в ней проживало около семидесяти миллионов граждан[125]. Риму удавалось сдерживать натиск «варваров». Неудивительно, что Римская империя была также одним из самых воинственных государств в человеческой истории. Все это было бы невозможно, если бы Рим не обладал одной из лучших армий в мировой истории[126].
Римская армия до сих пор изумляет современных военных историков. Реальная физика сражения на поле боя, как и с другими древними армиями, нам до конца не ясна. В период расцвета империи армия была многонациональной и состояла из профессионалов со всех концов истории. Всех их связывала институциональная традиция, сложившаяся за много веков. Солдаты были дисциплинированными, вымуштрованными, обмундированными и высокомотивированными. Командовали подразделениями знаменитые центурионы. На поле боя римская армия действовала так, как не могли действовать другие армии[127]. Римская армия — великолепный пример изощренности устройства древнего мира. Чтобы прокормить и снабдить всем необходимым такую армию, требовалась логистика такого уровня, какой мы редко связываем с обществами прошлого. Римское государство в любой момент времени защищали от трехсот до пятисот тысяч солдат[128]. Римские легионы располагались повсюду: от Северной Британии до Северной Африки, от Испании до Сирии.
Римляне доминировали и в бою. Как пишет историк Артер Феррилл: «В противоположность обычным правилам военной истории прошлого, римляне наносили врагу серьезный ущерб, даже когда терпели поражение. Как правило, римляне не бежали — а ведь именно во время бегства армия несет самые большие потери. Неподготовленная армия просто не могла их победить, даже имея значительное численное преимущество. Только когда римская армия была захвачена врасплох в неблагоприятных условиях, варвары получали шанс одержать тактическую победу.
Если бы можно было перенести римскую армию на тысячу лет в будущее, то она вряд ли уступила бы какой-нибудь европейской армии вплоть до конца Средних веков[129]. Насколько далеко в будущее можно было бы перекинуть лучшую современную армию с уверенностью в ее успехе?
Если соседние государства жили в мире с римлянами, то обычно по какой-то из трех причин:
1. Они уже были побеждены. Многие государства стали сателлитами Рима или вошли в состав Римской империи. Их население часто становилось римскими гражданами.
2. Они еще не были побеждены. Иногда случайная слабость Рима — как у любого государства с большой историей, у Римской империи были свои взлеты и падения — вынуждала римских дипломатов, обычно весьма агрессивно, заключать долгосрочные мирные договоры с соседями. Эти отношения часто заканчивались, когда положение Рима менялось к лучшему.
3. Рим не догадывался об их существовании.
Третья причина отражает особенность раннего периода человеческой истории. Порой мы, современные люди, наталкиваемся на небольшие, ранее неизвестные сообщества, которые живут в полной изоляции в очень отдаленных местах. В древней и средневековой истории люди плохо представляли себе устройство мира за пределами собственного региона. Поэтому встречи с ранее неизвестными государствами, культурами или народами были не только возможны, но и в процессе расширения империи неизбежны.
Мы живем в эпоху, когда весь мир нанесен на карту, а спутники «изучили» всю поверхность планеты вдоль и поперек. На наших картах больше нет морских монстров, символизирующих далекие и неведомые территории. Современные оборонные стратеги не знали бы, как действовать, если бы им приходилось учитывать территории, скрытые от них, подобно обратной стороне Луны. Что может таиться в неизвестном полушарии? Там можно столкнуться с земным вариантом «Войны миров» Уэллса — то есть со значительно более технологически развитым, но неизвестным обществом, которое попросту уничтожит вашу отступающую армию. Или все может произойти обратным образом: там окажутся примитивные варвары, мало чем отличающиеся от орд неандертальцев, и тогда вашей империи гарантирована победа. Такие ситуации случались со стратегами прошлого постоянно[130].
