— Да и черт бы с ними. Если они так глупо попались, то как исполнители бесполезны, больше не давай им никаких заказов.

— Понял, — кивнул Игнатов.

Потапов отложил ручку в сторону и побарабанил пальцами по папке с документами.

— Запускайте пока административное давление на Зимина. Жалобы рабочих на невыплату зарплаты и на давление заводской администрации собрали?

Игнатов кивнул.

— Да, мы смогли собрать пару десятков жалоб, и они уже поданы в прокуратуру. Местная прокуратура не хочет связываться с Зиминым и пока их придержала.

— Придержала, говоришь? Ничего, мы их протолкнем и подсыпем соли на хвост энской прокуратуре, чтобы они там у себя не игнорировали жалобы и заявления от трудящихся — усмехнулся Потапов и, передразнивая президентскую интонацию добавил. — Распустились они, понимаешь, там у себя на местах. Без окрика сверху не хотят свои прямые обязанности выполнять.

Потом Потапов снова стал серьезным.

— Плохо то, что Вахо смог на этом этапе разгадать наш замысел поссорить его с Зиминым и обернуть это себе на пользу, представив Зимину налетчиков — Потапов снова побарабанил пальцами по папке с документами и остро посмотрел на Игнатова — Что там по московским делам Каладзе?

— Здесь у нас все по плану. Мы изолировали Карабанова в «Матросской Тишине». Закрыли ресторан и остальные предприятия Каладзе. Сейчас там идут проверки. Проверяющие нашли много интересного, так что у Каладзе здесь проблем достаточно.

Игнатов усмехнулся.

— Он сам вынужден был сорваться из Энска и приехать в Москву. Сейчас Каладзе находится здесь и задействует все свои связи, чтобы решить те проблемы, что мы ему подкинули. Так что своей цели — отвлечь его внимание от Энска мы, можно сказать, достигли.

— Это хорошо, — довольно кивнул Потапов. — Вот и пусть тушит пожар в Москве, а мы пока снова пощиплем Зимина в Энске. Надо ему еще на железной дороге проблем устроить. Задержать вагоны с продукцией. Сорвем несколько поставок, он забегает и на время отвлечется на заводские проблемы.

Генерал сердито взглянул на подчиненного.

— Володя, не маячь. Сядь уже, а то раздражает, когда ты всей массой сверху нависаешь.

Игнатов сел в кресло и спокойно уставился на генерала.

— Как там Карабанов в «Матросской Тишине»? — поинтересовался Потапов.

— Да, нормально, — пожал плечами Игнатов. — Его после карантина уже перевели в общую камеру. Там есть наш информатор.

— Что сообщает информатор?

— Все пусто. Для Ивана эта посадка не первая, ведет себя спокойно и уверенно. Ни с кем не конфликтует, лишнего не болтает, ни с кем близких отношений не заводит. Держится особняком. По СИЗО прошел прогон от Вахо, что это его человек, так что, никто его пробить не пытался. Да его так просто и не поломаешь, все же он самбист и «афганец», такие так просто не ломаются.

— А вот тут ты ошибаешься, Володя. — с нехорошей усмешкой покачал головой Потапов — Поломать можно кого угодно. Главное, знать куда надавить. Но нам это пока ни к чему. Задачу изолировать Карабанова и выдернуть Вахо в Москву мы выполнили, так что — пусть Ваня сидит и отдыхает от трудов неправедных. Но свиданий ему не давать. Не заслужил.

— У него жена известная журналистка, — вставил Игнатов — Она мечется, пытается встретиться со следователем, выбить свидание с мужем.

— Пусть побегает, нечего было за бандита замуж выходить, — усмехнулся Потапов.

— Да, вот еще что. По Ивану начали работу адвокаты. — заметил Игнатов — Вахо подобрал парочку весьма пронырливых. Они завалили следователя и прокуратуру жалобами на процессуальные нарушения в его деле.

— Пусть жалуются, — равнодушно махнул рукой Потапов. — В конце концов, задачи засадить Ивана у нас нет. Просто пока подержим его в СИЗО, чтобы под ногами не болтался, а там видно будет.

Потапов достал из ящика стола пачку сигарет. Ловко выбил одну и с наслаждением закурил, выпуская клубы дыма к потолку. Некурящий Игнатов отодвинулся чуть подальше. Потапов это заметил и усмехнулся.

— Бережешь здоровье?

— Стараюсь, — нейтрально кивнул Игнатов.

— Молодец! — одобрил Потапов. — А я вот никак бросить не могу.

— Лучше и не начинать, Егор Владимирович.

— Так оно понятно, что лучше, только если уже начал, то никуда не денешься. — Лицо Потапова помрачнело он кивнул на фотографию красивой светловолосой девушки у себя на столе. — Представляешь, недавно узнал, что дочка курит. Етить ее за ногу. Это все жена, я постоянно на работе, а та ее распустила своим бабским воспитанием.

— А сколько сейчас Варваре? — поинтересовался Игнатов. — Она же вроде только недавно школу закончила.

— Уж три года как закончила, ей сейчас девятнадцать, она в МГИМО учится на третьем курсе.

— Как время бежит, — вздохнул Игнатов — Совсем взрослая уже.

Потапов поморщился.

— Взрослая, вот только ума пока нет, все бы ей гульки, подружки, да шмотки новые. Об учебе никаких мыслей.

Игнатов усмехнулся.

— Ничего, Егор Владимирович. Это все молодость. Вспомните себя в ее годы. Вот закончит институт, выйдет замуж и все глупости сами собой из головы вылетят.

— Сам на это надеюсь, — рассеянно кивнул Потапов и переключил тему. — Что там у нас по Рижскому рынку?

— Все нормально, Егор Владимирович. Там у нас уже давно все отлажено. Выплаты с торговых точек поступают вовремя и в полном объеме. Никаких крупных проблем не наблюдается. Всякие мелкие вопросики, неизбежно возникающие в любой работе, мы гасим сразу на месте.

— А что за мелочи? — вскинулся Потапов.

— Да так, то один, то другой торгаш скандалил с охраной и пытались заявления писать, но им быстро все разъяснили. Там все погасло на уровне райотдела.

— Володя, обрати на это особое внимание. Ты на этом рынке сидишь по уши. Твои люди там в охране оформлены, получают зарплату. Пусть ведут себя аккуратно, не светятся особо. Подчисти все мелочи, чтобы никто не подкопался.

— Сделаю, Егор Владимирович.

— Отозванные заявления особо проверь и с заявителями проведите работу. По «белой» бухгалтерии «Рубежа» наведите порядок. «Черную» прячьте лучше. В общем, сам должен все понимать.

— Все понимаю, Егор Владимирович.

— Ладно, иди. — кивнул Потапов. — С Вахо и Зимина глаз не спускать. Если будут активно взаимодействовать, сразу ко мне. Не надо давать им договариваться.

— Понял, — ответил Игнатов, легко поднимаясь из кресла.

Когда Потапов остался один, он встал и подошел к окну. На улице падал мокрый снег. Потапов прислонился лбом к холодному стеклу. В голове волнами пульсировала боль. Холод стекла вытягивал ее на себя, принося облегчение.

До акционерного собрания остается меньше месяца. Не все складывается так как задумано, но это нормально. В жизни никогда не бывает все гладко. Обязательно должны быть проблемы. Те, которые возникли сейчас, не идут ни в какое сравнение с тем, что бывало раньше. Главное не торопиться. Вахо старый битый лис и так просто своих позиций не уступит. Но ничего, его время уже прошло. Он этого никогда не признает, но Потапову не нужно от него никаких признаний. Ему нужно сначала переиграть врага в его логове, а потом окончательно уничтожить.

Вика в третий раз перечитала один и тот же лист и отодвинула папку от себя. На серой картонной обложке было от руки написано «Рубеж». Рижский рынок'. Внутри папки копии официальных договоров на мизерные суммы в рублях — просто смешные для рынка. Здесь же: квитанции, расписки, фотографии павильонов. Отдельно список, озаглавленный как «Сентябрь». Список на нескольких листах с фамилиями и трехзначными суммами напротив каждой фамилии.

Пав. 1- Мамедов А. Р.– 500, Пав. 2 — Абаев В. О. — 400, Пав. 3 — Гареев И. Р.– 350 и еще много павильонов и фамилий с подобными суммами напротив каждой записи. Понятно, что это совсем не рубли. А если это доллары, то неучтенная «черная касса» с рынка составляет многие десятки тысяч долларов в месяц.

Вика всегда знала, что подобные рынки — это золотое дно. Но что они могут приносить своим хозяевам так много, она и не подозревала. Это копии, а значит, где-то есть и оригиналы документов. Если бы накопать эту «черную кассу» за несколько месяцев, а лучше за год. Это была бы просто бомба.