Первым насторожило не урчание двигателя, а ощущение взгляда на спине. Она чуть замедлила шаг и повернула голову. Темно-синий «Мерседес» шел за ней. Кристина не сразу узнала водителя. Потом увидела лицо сидевшего за рулем — и внутри у нее неприятно похолодело. Инал. Вот только этого ей сейчас не хватало.

Она ускорила шаг.

— Узнала, — сказал Васо не спускавший с девушки напряженного взгляда.

Инал усмехнулся.

— Конечно узнала. Память хорошая, когда чужие деньги крадешь.

— Дальше людей меньше, — сказал Гига. — Там можно прижать.

Инал кивнул и прибавил газу.

Кристина дошла до места, где тротуар сужался из-за старого забора и припаркованного грузовичка с будкой. Плохое место. Справа забор, слева дорога. Впереди до людного перекрестка метров пятьдесят. Она почти побежала.

«Мерседес» рывком обошел ее и встал поперек, передними колесами заехав на край тротуара.

Двери открылись почти одновременно.

— Куда торопишься, красавица? — лениво спросил Васо, выходя из машины первым.

Кристина резко остановилась и отступила на шаг.

— Вы ошиблись, — сказала она быстро и холодно. — Я вас не знаю.

Из водительской двери вышел Инал. Он не хлопнул дверью — аккуратно прикрыл. Даже сейчас не хотел лишний раз бить дорогую машину.

— Не знаешь? — он подошел ближе. — А в Сочи знала.

Кристина посмотрела на него, потом на Гигу, потом на Васо. Улица не была пустой. У киоска стояли две женщины. Чуть дальше мужчина с сеткой в руке. На другой стороне дороги подростки ели мороженое. Все видели, что происходит что то нехорошее, и уже начали делать вид, что ничего не видят.

— Я сказала, вы ошиблись, — чуть громче повторила она.

— Слышал, Гига? — Инал даже повернул голову к товарищу. — Ошиблись мы. Значит, часы мои сами ушли. Деньги сами убежали. Золотая печатка вообще крылья отрастила.

Гига шагнул в сторону, отрезая ей путь назад.

— Спокойно, девочка. Сейчас поговорим, и все.

— Я буду кричать, — нервно сказала Кристина.

Васо улыбнулся.

— Кричи не кричи — твое дело. Курортный город. Тут все кричат… от удовольствия…

Она резко дернулась вправо, пытаясь проскочить между Васо и задним крылом машины. Почти получилось. Но большой Гига оказался быстрее, чем выглядел. Он ухватил ее за руку выше локтя и дернул назад.

Пакет с фруктами упал на асфальт. Яблоки покатились под колеса.

— Пусти! — Кристина ударила его сумочкой по лицу и рванулась в сторону.

Гига поморщился, но руку не отпустил.

— Тихо, — сказал он уже без улыбки.

Она ударила его каблуком по голени. Тот выругался. Васо схватил ее за вторую руку.

— Да, держи ты ее нормально! — прикрикнул он на Гигу.

Кристина закричала. Не тонко, не женственно, а резко, зло, почти по звериному:

— Руки убрали, козлы! Быстро!

Мужчина с сеткой остановился, но тут же отвел взгляд и пошел дальше быстрее. Женщина у киоска прижала к себе ребенка. Киоскерша высунулась, увидела «Мерседес», увидела Инала и быстро спряталась обратно.

Инал подошел вплотную.

— Все, нагулялась, девка. Теперь поедешь с нами. Долги платить будешь.

— Пошел ты! — Кристина попыталась плюнуть ему в лицо, но он успел отстраниться.

Лицо Инала перекосило. Он резко ударил ее по щеке открытой ладонью. Не изо всей силы, но достаточно, чтобы голова дернулась в сторону.

На улице стало совсем тихо.

— В машину, — сказал он.

Гига и Васо потащили ее к задней двери.

Кристина упиралась, каблуками туфель по пыльному асфальту, пыталась выкрутить запястье из жесткой хватки, но силы были не равны. Она понимала: если сейчас окажется внутри, то дальше будет хуже. Намного хуже.

И в этот момент из-за поворота выехала белая «девятка». Машина шла не быстро. За рулем сидел тот самый парень из кафе. Юра. Кристина увидела его первой. И почему-то именно сейчас, в самой нелепой и страшной точке ее жизни, ей вдруг вспомнилась красная надпись на зеркале:

«Факир был пьян и фокус не удался».

Белая «девятка» притормозила. Потом медленно свернула к обочине.

Она хотела крикнуть, но Гига уже зажал ей рот ладонью. Она укусила его за руку и Гига с ругательством одернул ладонь и тут же хлопнул ее по лицу. Не сильно, больше обидно.

Парень вышел из машины и спокойно закрыл дверь. Некоторое время он просто смотрел на них. На темно-синий «Мерседес». На двух мужчин, держащих вырывающуюся Кристину. На Инала, стоящего чуть сбоку.

Инал повернул голову.

— Еще один герой, что ли? — угрожающе спросил он.

Парень сказал негромко:

— Отпустили девушку.

От рынка я проехался к хозяйственному магазину. Взял там кое-что по просьбе Михаила. Завез в кафе, перекинулся парой слов с Надей. Узнал по необходимым на завтра продуктам, и поехал затариваться на продуктовую базу.

Выворачиваю на небольшую улочку и вижу картину маслом. Синий трехсотый мерин заблокировал тротуар и два небритых битюга тащат упирающуюся девчонку в машину. Третий стоит у открытой задней двери «мерина». Девчонка упирается, отбивается от битюгов, но куда ей с ее комплекцией против мужиков. Прохожие, как водится в таких случаях, старательно изображают из себя слепоглухонемых.

В последнее время, человеческая отзывчивость сильно подувяла. Слишком уж много появилось наглых ребятишек, ломающих на корню любое желание прийти своему ближнему на помощь. Да и милиция сейчас уже совсем не та. Менты стали какими-то пришибленными. Лишний раз боятся связываться с нарождающимся новым классом «крутых». Хотя, обычных ментов тоже можно понять. В серьезных случаях, их родное начальство, за немалую мзду может встать на сторону бандитов и наказать «превысивших полномочия» сотрудников.

Мне, по чесноку, лишний раз тоже не хочется влазить… Но проехать мимо и потом чувствовать себя трусливой мразью… Бррр. Притормаживаю.

В этот момент девушка смотрит прямо на меня и я узнаю Регину, которая всего пару дней назад пыталась опоить меня и забрать выручку кафе. Во взгляде Регины не мольба о помощи, а ярость. Она не жертва, она сражается с похитителями. Но силы не равны, и ее все равно тащат в машину.

Желание вмешаться слабеет, скорее всего — это обманутые Региной люди. Один из них сначала зажимает ей рот, а потом грубо бьет ее по лицу. И тут у меня перед глазами возникает Паулина. Вот кого мне напомнила Регина, или как ее там… Ведь моя Паулина тоже не была примерной пай девочкой, но она была настоящей… а теперь ее нет.

На хер все сомнения! Открываю дверь и выхожу из машины.

Красавчик в рубашке с коротким рукавом и с золотой цепью на шее, на которой, вполне можно выгуливать питбуля, предупреждающе смотрит на меня и зло цедит.

— Еще один герой, что ли?

— Отпустили девушку. — говорю, не обращая внимания на угрозу во взгляде.

Спокойно иду по направлению к «мерину». Двое тащивших Регину в машину остановились. Один из них покрупней с квадратной челюстью рыкнул на меня.

— А ну, съебал на хуй отсюда.

Нас разделяет всего три шага, которые я пролетаю буквально за мгновение. Бью на скачке прямой правой точно в квадратную челюсть, вкладывая в удар все тело. Грубиян дернулся, глаза закатились, ноги подломились, и он тяжело сел на асфальт, уже не держась за Регину. Регина ловко выворачивается и бьет ногой в пах второму худому с щегольскими усиками. Того скрючивает и Регина тут же вырвав вторую руку, сильно пробивает ему раскрытыми ладонями по ушам. Вот тут она молодец, ничего не скажешь.

Все мое внимание теперь на третьем, который отступает назад, одновременно пытаясь залезть под выпущенную из-под брюк рубашку и что-то достать. Подозреваю, что там огнестрел. Не хочу изображать из себя мишень. Налетаю на него, левой рукой прихватывая руку, лезущую под рубашку, и вбиваю правый локоть ему в лицо. Противника ведет. Добавляю другим локтем сбоку в челюсть. Хруст… Понимаю, что сломал ему челюсть. Красавчик безвольно валится вниз. Из-под его рубашки на асфальт падает ПМ. Хорошо, что я поторопился с атакой.