Привередливые кабели.

Дыра в животе казалась бездонной, и я чувствовала, что сколько бы ни съела, она все равно не заполнится. Я слишком долго голодала.

В центре стола стояла корзина с булочками. Жадно схватив сразу пять одной рукой, я аккуратно разложила их на тарелке. Костяшки пальцев были покрыты засохшими струпьями, и когда я резко разжала руку, они треснули, а затем потекла кровь.

Я поморщилась, когда немного крови попало на хлеб. Меня охватило смущение, и я попыталась стереть кровь как можно тщательнее. Какая-то крошечная, девчачья часть меня стыдилась того, что мужчины считают меня отвратительной. Я старалась не обращать внимания на эти эмоции, потому что слишком хотела есть.

Пусть я и наполовину невменяема, но у меня все же есть принципы. Один из них, это не пить кровь, как садистский фейри-вампир из легенд.

Уткнувшись взглядом в тарелку, я старательно откусывала булочку, избегая окровавленного края. Хотя это выглядело отвратительно, потому что на ней все-таки кровь. Но я не могла позволить еде пропасть, слишком уж была голодна.

— О, мой бог солнца, на это жалко смотреть, — сказал Ашер и положил свою булочку на мою тарелку. — Просто съешь эту и постарайся не испачкать ее кровью.

Я допустила ошибку, подняла глаза и встретилась с его пронзительными янтарными глазами. Все трое альф были настолько красивы, что это даже вызывало тошноту. Они напоминали мне о том, насколько я уродлива.

— Ты хорошо справилась для первого дня тренировок, — сказал Джакс с легкой улыбкой, и его похвала согрела меня, словно объятие. Из всех троих альф именно он казался самым добрым. Удивительная черта характера для перевертыша.

— Интересно, кто ее тренировал, — холодно произнес Кобра, обращаясь к Джаксу.

Я слегка наклонила голову и незаметно вдохнула их сильные альфа-феромоны.

Теплые каштаны Джакса, сосновый лес Ашера и морозный лед Кобры смешались в нечто аппетитное.

— Никто, — тяжело вздохнула я и засунула в рот еще кусок хлеба.

Не волнуйтесь, в моей голове просто есть оцепенение, которое захватывает мое тело и превращает в машину для убийств. Но после этого я переполняюсь эмоциями, как девчонка. И еще…

Идите на хрен.

— Сама иди на хрен, девочка, — Кобра наклонился вперед.

Ой! Похоже, последнюю часть я сказала вслух.

Изумруды и бриллианты, вросшие в его скулы, блестели в тусклом свете. Драгоценные камни мерцали так сильно, что казалось, будто они живые. Он откинулся назад и уставился в окно, словно я слишком отвратительна, чтобы на меня смотреть.

Брови Джакса поднялись, и он посмотрел то на меня, то на Кобру. Тут же я осознала, что Кобра впервые обратился ко мне напрямую. Такая мелочь, но по какой-то причине она казалась важной.

С тяжелым вздохом мне пришлось отвести взгляд от этого великолепного и сбивающего с толку альфы, чтобы сделать глоток горячего кофе из кружки, которую слуга поставил передо мной.

Он восхитительно согрел мой язык.

— Почему ты такая низкая ростом? Никогда не видел настолько физически жалкого перевертыша, — смеялся надо мной Ашер, как будто все мое существование было шуткой.

Очевидно, он готовился к допросу Сэди за обедом и попытке сделать ее нашей маленькой сучкой.

Я оторвала глаза от своей четвертой булочки и гневно посмотрела на всех троих. Мне говорили, что с такого близкого расстояния мой красный цвет глаз заставляет нервничать еще больше. Внутри меня вскипала ярость от их язвительности, и я хотела кричать на них, как ребенок. Я всю жизнь имела дело с Диком. В моей жалкой жизни не осталось места для других ублюдков.

Новый девиз моей жизни:

Любого, кто будет надо мной издеваться, я пырну ножом. Сильно.

Мне пришлось заставить себя говорить тихо. Когда я говорила громко, мой хриплый, скрипучий голос становился невыносим.

— Меня зовут Сэди. Два дня назад я жила в не самых лучших условиях. Но то, что я не привыкла к роскоши, не значит, что буду терпеть ваши издевательства и стану покорной сучкой. Вы все большие, злые альфы. С чем я вас и поздравляю. То, что у меня нет члена, не значит, что я не перережу вам горло, если вы будете обращаться со мной как с дерьмом. Я тоже могу научиться писать стоя, ублюдки.

Задыхаясь от злости, я сжала кружку с кофе в руках. Потребовалась вся сила воли, чтобы не швырнуть ее через комнату и не закричать, как сумасшедшая.

Я скучала по оцепенению. Оно удерживало все эмоции на расстоянии.

Ашер открыл рот, словно собирался что-то сказать, но я быстро его оборвала:

— Хватит меня допрашивать. Я не шпионка королевы фейри, и мне здесь не больше хочется находиться, чем вам видеть меня тут. Понятно?

— Понятно, — Джакс улыбнулся мне так, будто я милый котенок, а не избитая девушка, которая только что несла какую-то чушь про то, как научится писать стоя.

Часть меня содрогнулась от собственных слов.

— Никому не интересно слушать твою жалкую историю, — Кобра закатил глаза и положил руку на спинку стула Джакса.

Его украшенные драгоценностями пальцы поглаживали массивный бицепс Джакса, словно заявляя права на этого крупного альфу. Джакс снова переводил взгляд с меня на Кобру, будто потрясен тем, что великолепный альфа обращается ко мне напрямую. Я закатила глаза и скорчила Кобре детскую гримасу. Он лишь уставился на меня своими бездушными глазами. Либо Кобра родился жестоким, либо его когда-то очень сильно травмировали.

— Я и не просила, чтобы вам было дело до моей жизни, — я сделала еще глоток кофе, и это немного успокоило мою кипящую ярость.

Кофе был восхитительным. Я даже невольно издала тихий стон. Никогда прежде не пробовала ничего столь горького и насыщенного одновременно.

Это было божественно.

Внезапно все трое альф подались вперед. Три пары глаз вспыхнули: двое с расширенными зрачками, а у одного глаза стали змеиные. Я вздрогнула от шока. Зрачки Кобры превратились в вертикальные щели. Не нужно быть гением, чтобы понять: Кобра — змея, а Ашер какое-то рогатое существо, похожее на барана. Серые глаза Джакса светились почти белым, и я задумалась, какая у него альфа-форма. Судя по его размерам, что-то крупное и устрашающее.

Не понимая, что вызвало внезапную перемену в их глазах, я оглядела комнату в поисках угрозы. Все тело болело, и я чувствовала слабость, мне нужно было как минимум полтора дня, чтобы восстановиться после оцепенения.

Я снова посмотрела на троих мужчин, но они уже ели так, словно ничего не произошло.

Может, мне это показалось?

— Трудно поверить, что ты не шпионка королевы фейри. Известно, что она использует свою магию, чтобы играть и заманивать альф в ловушки, — Ашер свирепо кромсал свой стейк.

Ярость закипала в моей груди, и мне пришлось усилием воли ее подавить.

Мне было абсолютно плевать на королеву, войну и других перевертышей. Я была жалкой служанкой. Как служанке, мне не давали никаких прав в этом мире.

Но при этом меня просто выкинули у портала и ожидали от меня что?

Что я буду за них сражаться?

Отвратительная тупость.

Я не скрывала ненависти на своем лице:

— Я одинаково ненавижу королеву фейри и перевертышей. С какой стати мне выбирать чью-то сторону?

Ашер покачал головой, будто не верил мне, но ничего не ответил. По итогу, никто больше не произнес ни слова в течении нескольких часов.

Это было блаженство.

К счастью, остаток дня прошел быстро в тумане усталости. Утренняя тренировка показалась мне целой неделей. Вторая половина дня прошла в классе, где мы с бетами изучали боевые стратегии.

Пожилая дама по имени Тетушка, без остановки болтала о боевых тактиках. Оказалось, боевые фейри принимали мутировавшие формы животных. Они очень сильные, но их огромные размеры мешали передвигаться по лесам, поэтому лучшей тактикой являлось сражение группами. Для борьбы с ними использовали альф.

Тетушка объяснила, что многие фейри имели природную броню, которую трудно пробить пулями и ножами, именно тем, чем сражались беты. Чтобы победить чудовище, нужны другие чудовища. Как раз в такие моменты на помощь приходили альфы.