Наконец, мы добрались до самых верхних ветвей огромной сосны. Со всех сторон возвышались заснеженные горы, и все вокруг выглядело холодным, белым и безмолвным.

Королевство перевертышей — ледяное и унылое место. Оно казалось еще более таковым, когда ты являешься одной из двух нулевых служанок под контролем беты.

Сидя на вершине нашего пристанища, я в миллиардный раз пожелала, чтобы у нас выросли крылья, и мы улетели к порталу и отправились в другой мир. Где-то, в глубине заснеженных лесов спрятано несколько порталов в мир фейри² и один портал в мир людей.

По крайней мере, так я прочитала в книге. В ней они описаны как клубящиеся черным дымом воронки, которые засасывали человека, если он подходил к ним слишком близко. О них никогда и никто не говорил.

Но это все равно не имело значения. Порталы очень опасны.

В нынешнее время перевертыши ведут войну с королевой фейри. Она отправляет монстров в наше государство, а АБО сражаются с ними. Ходят слухи, что она хочет завладеть нашей землей.

Я пыталась представить себе огромного зверя, рычащего в лесу. Когда большие деревья качались под воем ветра, вообразить это было несложно. Холодные порывы ветра проносились по верхушкам деревьев, и мы хихикали, когда наше пристанище опасно качалось.

Долгое время мы сидели на верхушке дерева и рассказывали друг другу свои любимые истории из книг, прочитанных в библиотеке. В основном это были сказки о фантастических существах из далеких миров.

Вокруг нас сидели птицы, а внизу шелестели ветки от белок и енотов. Красное солнце ласкало наши поднятые вверх лица, и мы наслаждались днем свободы. Но, когда солнце опустилось низко и ветер начал хлестать нас еще более сильным холодом, мы слезли и побрели обратно в нашу тюрьму.

Когда мы вернулись в старую шаткую таверну, где жили, Дик уже ожидал нас. Он вернулся из своей поездки раньше обычного. Он вытащил нас из наших комнат и сообщил, что перевертыш из города заметил, как мы карабкались по деревьям в лесу.

Дик гневно посмотрел на нас обеих, но я встала перед Люсиндой, чтобы защитить ее. Она не только младше меня, но еще меньше и слабее. Ее большие рубиновые глаза и светлые волосы соответствовали ее застенчивому, милому характеру. У нас обеих были красные глаза. Но люди описывали мои, как пылающее пламя беды, а ее, как красивые, сияющие рубины.

Я никогда не позволю этому монстру лишить ее этого сияния.

В отличие от ее глаз, мои никогда не блестели.

— Это моя вина. Я взломала замки и потащила ее с собой. Она не хотела уходить, — сказала я, глядя на него исподлобья.

Дик заскрежетал зубами, и его глаза сверкнули раздражением. Как всегда, когда я сердито смотрела на него. Он говорил, что мои красные глаза его нервируют. Люсинда схватилась за заднюю часть моего потертого пальто обеими маленькими ручками, ее пальцы сильно дрожали.

Я хотела выпотрошить Дика за то, что он напугал ее.

— Ты только и делаешь, что создаешь проблемы, — сказал Дик.

Он схватил меня за длинный белый хвост и потащил по коридору. Люсинда заплакала и побежала за нами, но я жестом показала ей, чтобы она оставалась на месте. Она судорожно кивнула и пошла прятаться под кровать, как всегда делала, когда этот ублюдок меня наказывал.

Я оскалила зубы, когда Дик схватил меня за шею, но не могла противостоять его бета-силе. Он затолкнул меня в мою пустую комнату, захлопнул дверь и снял ремень.

Мне пришлось до боли прикусить губу и притвориться великим альфа-воином. В своем воображении я обратила насилие Дика против него самого. За каждый удар его ремня и за каждую каплю крови, покидавшую мое тело, я причиняла ему боль. Он кричал и корчился, умоляя меня остановиться, пока я била его кулаками. Я не останавливалась и не проявляла пощады.

Но все это происходило только в моем воображении.

Слезы текли по моему лицу, и я кричала, пока мой голос не стал хриплым и прерывистым. А Дик без остановки бил меня ремнем.

Когда избиение закончилось и Дик ушел, я попыталась встать, но поскользнулась на своей крови. Тогда я пообещала себе, что в следующий раз не буду плакать.

В книгах из библиотеки великие путешественники никогда не плакали, поэтому и я не буду.

Даже если не отношусь к альфам.

Я просто могу быть такой же сильной, как и они.

Иначе мне просто не выжить.

Глава 1. Сэди

Священное озеро

Кровь стекала по моей руке и капала на пол, который я пыталась вымыть. Я вздохнула и попыталась найти внутреннее спокойствие, потому что это был просто еще один дерьмовый день в мире перевертышей.

Хлопок.

Дик снова ударил меня ремнем по спине, и громкий звук разнесся по тихой таверне.

Моя кровь разбрызгалась вокруг.

— Ты наделала грязи. Убери за собой, — сказал Дик и наклонился вперед, от чего его слюна попала мне на лицо.

С годами Дик стал все более раздражительным и тупоголовым. Что было удивительно, ведь он и так был жестоким куском дерьма. Личностный рост не его сильная сторона.

Моя спина безжалостно горела. Я устало потерла глаза и закашлялась. С трудом сдерживая рвотный позыв, когда дымный запах беты Дика проник в мое горло.

— Убирай быстрее! — крикнул он и снова хлестнул ремнем со своей бета-силой.

Дик бета в отставке. Герой войны с фейри.

Герой — явно спорный термин.

Я бы назвала его монстром, свиньей, подонком, куском дерьма, пидором, но не героем.

Дик с очередным ударом безжалостно рассек мне кожу.

В свои двадцать лет я уже начала думать, что Дик имеет что-то против моей кожи и активно пытается убрать ее с моего тела. Мое лучшее предположение заключалась в том, что он попросту завидовал тому, что моя кожа имела такой золотистый оттенок и блеск. Свежие раны на спине жгли, пока я ускоренно терла пол, и фантазировала о том, как беру эту щетку и засовываю ему в глотку.

Таверна была пуста. И я убирала кровавое месиво после драки, которую начала из-за того, что какой-то всепозволяющий себе бета пощупал меня за задницу.

Я была низкой нулевой служанкой, поэтому перевертыши лапали и использовали меня, как бытовой предмет. Посетители тоже издевались надо мной: я низкая и тощая, глаза уникального красного оттенка, длинные платиновые волосы, а кожа блестящая и золотистая.

К сожалению, при моих пяти с половиной футах роста и весе едва ли в сто двадцать фунтов я выглядела маленькой и хрупкой. Наверняка самая низкая и худая личность во всем мире перевертышей.

Ну, кроме Люсинды.

Моя сестра примерно моего роста, только чуть меньше, в силу возраста. Разница между нами лишь в том, что ее волосы золотисто-медового цвета, формы ее тела более пышные, а лицо чуть мягче.

Люсинда сейчас учиться в школе, где она будет жить до восемнадцати лет. В мире перевертышей детей отправляли жить в школу с тринадцати до восемнадцати лет. Многие дети погибали от холода, поэтому олигархия не тратила усилий на их образование, пока им не исполнялось тринадцать.

В результате еще на целых два чертовски долгих года я была обречена жить одна с Диком, чье психическое здоровье хуже, чем у камня.

Единственное хорошее во всем этом то, что Дик не причинял вреда Люсинде.

Он любил сосредотачиваться на мне. Настолько, что я порой не понимала, почему он просто не убьет меня. Каждый день я устраивала хаос, и каждый день он лупил меня своим ремнем. К этому моменту это стало почти рутиной.

Я все еще ждала, когда мы перейдем от насилия к новой программе: медитации, ведению дневника и обмена чувствами.

Но вместо этого началась настоящая война.

Мой последний план заключался в том, чтобы накормить крыс в моей комнате украденным сыром настолько, чтобы они объединились в небольшую армию.

Теперь дом Дика стал домом крыс.

Я хихикнула про себя, когда три крысы пробежали вдоль дальней стены таверны, юркнули под сломанные стулья и начали искать еду. Вид этих маленьких гаденышей, разгуливающих по таверне и наслаждающихся жизнью, почти довел меня до слез. Они были такими милыми и такими беспощадными в своем вторжении в дом Дика, что даже вдохновляли.