бойцов, но и приумножите их число в несколько раз, и вы разместите их так, что они смогут

внести значительный вклад в разгром вашего врага».

— Истинно сказано, — сухо заметил доминионит, — но если эти наёмные орды, о которых

вы говорите, не появятся, я стану посмешищем для половины владений на этом острове.

«Напротив, Тон И Лоран. Вы все равно получите хорошую прибыль. Тот, кто посмеется, покажет

себя дураком». Археолог откинулся назад, сцепив руки перед собой. Росс полуулыбнулся, узнав

проблеск своей старой торговой техники. . «По крайней мере, вы получите два урожая, и у вас

будут созданы поля и фермы в высокогорье, включая необходимые жилые и хозяйственные

постройки. Если вы захотите продолжать их использовать, хотя бы для выпаса скота, будет

относительно просто переселить желающие семьи, чтобы они взяли на себя управление ими».

Голубые глаза стали серьезными. «Менее конкретно, но, возможно, даже более важно, правы

мы или нет, ты привяжешь к себе своих людей такой преданностью, что они пойдут ради тебя

сквозь стену огня, поскольку ты так заботился о том, чтобы спасти их, прежде чем даже был

окончательно установлен полный масштаб угрозы, нависшей над Сапфировым Убежищем.»

Лурок кивнул. Его взгляд снова остановился на Мердоке. «Ты научишь мой народ, мужчин, женщин и детей Сапфировой Твердыни, как вести эту странную войну?»

Рот агента искривился, когда он внезапно вспомнил историю Терры и бесчисленные поколения

детей, чьи жизни были искалечены её вечными конфликтами. «Взрослые, — ответил он несколько

резко. — Остальных оставим в покое.»

Это не был обдуманный ответ, но он почувствовал перемену, потепление в окружающих. Это

были не те люди, что искали войны, даже те, кто служил в гарнизоне домена. Они хотели только

заниматься своими профессиями и защищать своих, и всем им было по душе, что этот странный

воин заботился о том, чтобы их дети, по крайней мере, были максимально ограждены от того, что, по его мнению, должно было скоро произойти.

— Я покажу вам, что я имею в виду под таким боем. Лейтенант Э. А. Риордан проведёт базовое

обучение обращению с оружием.

Последнее было встречено недоверчивыми взглядами со всех сторон. Он знал, что реакцию вызвал не

столько её пол. . Никто не достигал звания или вообще не выживал в качестве наёмника, не умея хорошо

пользоваться инструментами профессии. . Дело было просто в её размерах. Люди Доминиона были

крупными. Каждый из окружавших их мужчин был высок и пропорционально мускулист, с коренастым, крепким телосложением, усиливавшим впечатление огромной массы. Гордон и он среди них выглядели не

старше подростков. Эвелин Риордан казалась юной девушкой, едва вступившей на порог женской зрелости.

Он даже не мог винить этих незнакомцев за то, что они сомневались в её способностях, как они это явно

делали.

Специалист по оружию пришла к тому же выводу. Она улыбнулась Луроку. «Я обучала обращению с

оружием, — объяснила она, — и поэтому я самый логичный выбор для обучения новичков. В конце концов, именно ваших фермеров и ремесленников я буду учить. Воины вашего гарнизона уже умеют обращаться с

луком и мечом и не заинтересуются мной». Она остановилась, словно пораженная внезапной мыслью.

«Если только у нас нет какой-то другой техники или способа использования, которым они могли бы

захотеть научиться. Мы прибыли издалека и, возможно, владеем навыками, здесь неизвестными».

Мердок изучающе посмотрел на нее. До него дошло, что Эвелин большинство своих битв вела именно так

— дипломатией, часто сопровождаемой отнюдь не полностью наигранной застенчивостью или даже

временами неуверенностью. Это было умение, которое ему лучше всего было приобрести. И быстро. Не

завоюешь друзей и союзников, лишая людей, мужчин или женщин, их гордости и положения среди своих.

Он снова взялся за аргумент. «Независимо от предыдущего опыта преподавания, я специально хочу, чтобы обучение оружием вела лейтенант Э. А. Риордан. Ваши люди будут осознавать свой недостаток

опыта, даже после того, как достигнут технического мастерства в обращении с оружием. Иначе и

быть не может, зная, что им придется столкнуться с закаленными наемниками. Эвелин маленькая и

хрупкая и служит живым свидетельством того, чего можно достичь, несмотря на отсутствие роста и

огромной силы. Я надеюсь, что люди Сапфировой Цитадели смогут применить этот урок и к себе».

Агент откинулся на спинку стула, совсем как Гордон ранее. «Само собой, она обладает

необходимыми навыками, но вы имеете право увидеть тому доказательства. Пойдёмте на

ваш учебный плац, и пусть она отправит колчан стрел в мишень».

Аллран А Алдар нахмурился. — Ты хочешь, чтобы она стреляла против моих людей?

«Нет, только чтобы показать вам, что она умеет стрелять».

Эвелин повернулась к Владельцу Сапфира. «Какова была бы цель соревнования, лейтенант? —

спросила она. — У меня нет причин пытаться превзойти ваших людей, даже если бы я могла, и я

знаю, что те, кого я должна учить, — новички. Зачем мне хотеть принизить их? Это вряд ли

сильно поможет укрепить их уверенность.»

— Совершенно верно, — согласился Лурок. Он поднялся на ноги. — Думаю, я не одинок в желании

увидеть, на что вы способны. — Он приказал одному из своих стражников подготовить мишень для

использования странным воином. Не было нужды приказывать, чтобы ей также дали лук и стрелы. Они

будут у неё самой, хорошо знакомые её руке, и никакие другие ей не понадобятся и не потребуются.

Эш поравнялся с Россом. — Это необходимо? — тихо спросил он.

«Да.»

Мердок слегка повернул голову, чтобы скрыть улыбку. На этот раз он чувствовал себя старшим и гораздо

более опытным из них двоих. Гордон был самым справедливым из людей. Он, Росс Мердок, не мог

претендовать на такую добродетель, и он хорошо помнил тот день, когда его и некоторых его коллег-агентов

времени впервые представили Эвелин Риордан. Они были отличной компанией толстокожих молодых

жеребцов, и если они и знали, что лучше не высказывать открыто ни сомнений, ни насмешек, то никто из

них не был особенно дружелюбен к своему новому инструктору ни в мыслях, ни на лицах.

Эксперт по оружию, казалось, совершенно не замечала их враждебности, но признала, что у них есть все

основания хотеть увидеть, на что она способна, прежде чем довериться ей, как он только что поступил с

Тоном Сапфирового Удела. Поскольку они находились на стрельбище, она предложила отстрелять обойму

после того, как они закончат, хотя современное оружие не было ее специальностью.

Ручное оружие не славилось большой точностью при стрельбе с такого расстояния, и выстрелы каждого из

мужчин обильно усеяли лицо соответствующей мишени, большинство из них сгруппировалось

обнадеживающе близко к центрам. Было много понимающих усмешек, когда женщина проверила свое

оружие и шагнула вперед, чтобы сделать свой выстрел.

Чувство превосходства покинуло Росса, и его глаза сузились, когда она подняла ружьё, придерживая его

обеими руками. Она держала его не вертикально, а горизонтально.

Она выстрелила. Отдача отбросила тяжелое оружие в сторону, затем снова вернула его на место для

t

следующего выстрела и для последующих, пока вся обойма не опустела.

Никакой испещрённой пулями поверхности не предстало перед глазами наблюдателей, только одна

широкая чёрная дыра прямо в центре мишени. Три пули вошли одна за другой в её точный центр.

Казалось, что отец Эвелин был армейским сержантом, кадровым военным со старомодным

представлением, что его долг — научить своих детей всему, что он знает о своём ремесле, как свою

миниатюрную дочь, так и своего дюжего сына.

Мердок покачал головой. Она была права и в собственной оценке своих способностей. По сравнению с тем, что она умела делать с древним оружием и в рукопашном бою, её знание высокотехнологичных орудий