— Я бы с радостью, да некогда. Взял ещё одну работёнку, так что совсем скоро, количество недоброжелателей увеличится.

— Куда уж больше? — хохотнул Константиныч. — Тебя и так половина города ненавидит.

— Да ладно вам. Прямо-таки половина?

— Ну, может, и не половина, — прикинул он, отпирая дверь. — Но ты точно самый непопулярный человек, которого я знаю лично.

— Буду считать это комплиментом. — ухмыльнулся я. — Кстати, вам Тимур звонил?

— Звонил, — кивнул Егор Константинович, пропуская меня во двор. — У нас на этот салон и без него жалоб хватает. Только ухватиться не за что. Там дюж грамотно всё обставляют. Если повезёт, то месяцев через шесть закроем эту шарагу нахрен. Не факт, что обманутым клиентам вернут всё до копейки, но хоть новых не обманут.

— Это уже что-то.

Константиныч открыл дверь прокуратуры и провёл меня по узким коридорам к своему кабинету. А там роскошь да и только! Арабские шейхи плакали бы увидев такое убранство!

Потёртый стол с двумя скрипящими и шатающимися стульями. У стены книжный шкаф, забитый папками с делами. В углу сейф с облупившейся краской, на сейфе чайник и… И всё. Со стороны могло показаться что хозяин кабинета исповедует минимализм. Правда это не объясняет отсутствие кондиционера.

Константиныч плюхнулся на стул и ткнул кнопку системного блока. Комп оказался родственником моего холодильника «ЗИЛ» и так же мощно загудел, даже уши заложило.

Я протянул флешку, и Егор Константинович воткнул ее в системник. Комп тут же завис. Константиныч меланхолично продолжил смотреть в экран, и спустя минуту открылась папка с видеозаписью которую прокурор сразу запустил.

На экране появилась наша улица в ночном режиме, сосед не соврал, каждый куст читался в мельчайших деталях. Мы принялись листать запись, пока на таймере не высветилось два тридцать пять.

К нашему забору подкатила легковушка с выключенными фарами. Из нее выбрался человек и, прихрамывая, двинулся к багажнику, держась к камере спиной.

— Гля, номер даже замазал, хитрожопый какой, — прокомментировал Константиныч, придвигаясь к монитору.

И тут водитель развернулся, подставив физиономию прямо под объектив. Всего на секунду, но этого хватило.

— Вот же крыса! — вырвалось у меня. — Это Артём, менеджер из автосалона!

— Так. — Егор Константинович поставил запись на паузу и нахмурился. — И зачем ему сжигать твой дом?

— А я откуда знаю? Может, за то, что я поделился вашим номером с Тимуром? Узнал, что на салон дело шьют, вычислил источник и решил отомстить? — подбросил я версию, хотя точно знал что дело не в этом.

— Возможно, — протянул Константиныч, недоверчиво сверля меня взглядом.

Я едва сдержался чтобы не начать оправдываться. Наконец он хлопнул ладонью по столу и встал.

— Ну что я могу сказать? Считай, что мы этого поджигателя поймали на горяченьком и теперь он сядет как миленький.

Константиныч снял трубку стационарного телефона, потыкал в кнопки и попросил пробить адрес некоего Артема, работающего в автосалоне «Гранд». На том конце что-то ответили, Константиныч кивнул, вернул трубку на место и повернулся ко мне:

— Нужно подождать пока ищут адрес. Кофе будешь?

— Нет, спасибо. Я лучше схожу воздухом подышу.

— Хозяин, барин, — вздохнул Егор Константинович и пошел к чайнику чтобы заварить растворимый кофе.

Выйдя из кабинета я быстрым шагом направился во двор прокуратуры где над землёй парил нарыв скверны. Жаль нельзя всё рассказать Константинычу. Хороший мужик, понимающий. Но за такие откровения Мир по головке не погладит.

Выйдя во двор я прислушался. Тихо, даже очень. Лишь изредка по проспекту шелестят шины автомобилей. Убедившись что рядом никого нет, я подошел к нарыву и вытянул руку, активируя переливание.

Внимание! «Боровичок Борр» находится на значительном удалении. Потери передаваемой энергии составят 50%.

Это сообщение меня порадовало. По крайней мере я теперь уверен в том что обжора жив. Чернота послушно закрутилась в спираль и потекла к моей ладони, обдавая кожу холодом, а из второй ладони выскользнула золотистая ниточка и уплыла куда-то вверх, в сторону Северного.

Пока нарыв таял на глазах, я активно вертел головой, боясь что какая-нибудь пакость свалится на меня с небес, или вылезет из-под земли. И видимо опасался я не зря. За воротами прокуратуры кто-то с разбегу врезался в бетонную стену, но проломить её не смог. На секунду всё затихло, а после это нечто стало скрестись проверяя стену на прочность. Слышалось натужное фырканье, но тварь даже не пыталась перелезть через забор. Недовольно порычала и ушла.

— Мудрый выбор, — прошептал я. — У меня тут тяпка усиленная отвратительным настроением. Отлуплю так что мало не покажется.

Наконец черная спираль истончилась, а нарыв взорвался снопом золотистых искр. На землю с тихим звоном упал синий кристалл.

Вы уничтожили нарыв скверны. Получено 17 ОК. Поздравляю! Вы повысили уровень. Доступно 2 очка характеристик.

Я присвистнул и тут же зажал рот ладонью. Синий кристалл! У Жабыча точно такой же стоил сорок монет. Редкий навык, на минуточку! Да еще и четвёртый уровень получил. Выходит я только что обогнал по уровням Борра. Я вызвал окно статуса и полюбовался строкой «Уровень: 4 (11/44)». До пятого пахать и пахать, зато сегодня Мир расщедрился не на шутку. Лишь бы что-то полезное выпало, а не мусор в виде розовых часиков.

Свободные очки я тут же закинул в дух, чтобы в следующий раз очистка нарывов занимала меньше времени. Схватив кристалл, я воровато огляделся и спрятал его в карман едва сдерживаясь чтобы не открыть его здесь и сейчас. Но всему своё время.

* * *

Двадцатью минутами ранее.

Егор Константинович смотрел в спину уходящего Дмитрия, пока за тем не закрылась дверь. Выждав с полминуты, он щелкнул кнопкой чайника и сыпанул в кружку пару ложек растворимого кофе.

— Что-то ты темнишь, Дима, — произнес он в пустоту кабинета.

Егор Константинович дождался, пока стук шагов в коридоре стихнет, налил в кружку кипятка и неторопливо вышел из кабинета. В конце коридора имелось окно, выходящее во двор прокуратуры, к нему Константиныч и направился.

Внизу, в желтом свете единственного фонаря, стоял Дмитрий. Он вытянул руку, и черное свечение из нарыва, тонкой спиралью потянулось к его ладони. Егор Константинович отхлебнул кофе и кивнул собственным мыслям.

— Так и запишем, — негромко произнес он. — В городе на одного одаренного стало больше.

* * *

В кабинет я вернулся в момент, когда скучающий Константиныч покачивался на стуле с трубкой у уха.

— Ага, ага. Записываю. — Он придвинул к себе листок и стал водить по нему ручкой. — Так. Так. По прописке не живет, говоришь? Ага. Договор аренды на проспекте Труда, тридцать пять. Отлично. Спасибо, Вань. С меня магарыч.

Трубка легла на рычаг, и Егор Константинович довольно подкрутил ус.

— Ну что? Нашли мы твоего пожирателя… Тьфу! Поджигателя в смысле. — поправился он.

Что это было? Паранойя разыгралась или фраза про «пожирателя» прозвучала слишком обыденно? Подозрительно…

— Сейчас наряд вызову, и поедем в гости к Артёмке.

— Шустро, — оценил я. — Видать, зря в народе говорят, что у нас силовики плохо работают.

— Нечего слушать кого попало, — отмахнулся Константиныч. — Мы свое дело лучше всех знавали, а они наше дело и в глаза не видали.

Занятная присказка, нужно запомнить. Улыбнувшись я пропел строчку из старой песни:

— А еще вы шагали в такие дали, в которые не каждый дойдёт?

— Типа того, — улыбнулся Егор Константинович и снова взялся за телефон. — Филимоныч, наряд организуй мне, пожалуйста. Да, на задержание. Ага, записывай. Труда, тридцать пять. А квартира им на кой? Я ж тоже на место поеду. Да, старый генерал. Буду руководить. Всё, давай. Да какая рыбалка нахрен? Жена на дачу тащит каждые выходные, а там только и делаем что спину гнём. Да, да, по осени поедем, когда листву соберём и сожжем. Ага, давай.