Спасибо темным алхимикам, которые разрушили мир.

Пятнадцать минут прошли в гнетущем ожидание. Я особо ничего не делал, отслеживая динамику. К сожалению, нельзя быстро взять и вытянуть негативную энергию. Это чем-то похоже на очистку сложной канализации, когда одновременно надо тянуть плохое и вливать хорошее. Если делать слишком быстро, то трубы разорвёт или образуется затор. На практике это означает резкое ухудшение здоровья.

— Соколов! — поздоровалась София, когда заглянула ко мне и скинула груду заготовок, — Как Катя?

Ольга Владимировна тоже появилась. Я ответить девушке не успел, как она следом переместилась. То, что направляющие для энергии мира установлены я заметил по тому, как этой энергии прибавилось в комнате.

— Пока хорошо. Ты сама как? — задав вопрос, я забрал материалы.

Пора приступать к следующей части. Ничего особенного. Займусь улучшением того, что есть. Поработаю над эффективностью.

— Я-то в порядке. Говорят, драка знатная вышла?

— София! — шикнула Ольга Владимировна.

— Что? — округлила та глаза, — Если Эд здесь, я уверена, с Катей всё будет хорошо.

На это женщина только вздохнула и глаза закатила.

— Что делаешь? — поинтересовалась София.

Я бросил на неё осуждающий взгляд. Они сговорились что ли любопытством своим на меня наваливаться?

— Что? — посмотрела та в ответ, — Твои действия выглядят, как мистика какая-то, а объяснение сводит градус мистичности и успокаивает нервную систему…

— Это ты у тёти научилась?

Ольга Владимировна приподняла бровь, но и на этот раз промолчала. Приятно, когда человек растёт над собой.

София тоже примолкла. Ещё пару раз спрашивала, но я проигнорировал, сосредоточенный на расчётах и работе.

— Мне нужна кровь, — повернулся я к женщине, когда закончил со следующим этапом.

— Зачем? — насторожилась Ольга.

— Я уже объяснял своё виденье того, что произошло с Катей. Вы ближайший родственник. Следовательно, ваша кровь должна быть схожа по некоторым параметрам. Ближайший аналог того, что я хочу сделать — это переливание крови.

— Насколько это опасно?

— Не опасней, чем бездействие. Я улучшил ситуацию. Сами посмотрите, цвет кожи улучшился. Тело перестаёт быть холодным. Если пару часов подождать, станет ещё лучше. Но я не хочу рисковать и довольствоваться малым результатом. Хочу помочь девушке восстановиться. Или вы хотите, чтобы она осталась инвалидом в мире бесов?

— Насколько это вероятно?

— Повторюсь, но сейчас она ощущается ближе к обычному человеку, нежели как бес.

— Как такое возможно? — спросила София, — Что с ней сделали? Я помню, в каком виде мы её нашли…

— Кровь, — перебил я, — Мне нужна кровь. Лучше и твою тоже, София, чтобы было, с чем сравнить.

Ольга Владимировна смотрела очень внимательно. Она уже знает, что кровь даёт мне большую власть. Думал, что-то скажет, но нет. Молча протянула руку и взяла нож, который я создал специально для этого. Надрезала ладонь и дала набежать алой жидкости. Рана тут же закрылась, так что выбежало не так уж много. Я создал два металлических блюдца, вложив в них сразу печати и собрал образец. Тоже самое сделал и с кровью Софии.

Они не знали, что я умудрился добыть образец того мужчины, которого уничтожил. Также у меня был образец крови Каниса. Если ещё и кровь рыцаря предоставят то… Это откроет очень заманчивые перспективы.

Но сейчас я работал не ради собственной выгоды. Единственное, что меня интересовало — помощь Кате.

Раз всё необходимое собрано, то пора браться за дело.

Князь переместился к себе в кабинет. Предыдущие полчаса ушли на беседу с Томасом Кнайтом.

В помещении его уже ждал советник.

— Как прошло? — спросил Игнат.

— Кнайт утверждает, что был не в курсе похищения и никогда бы не одобрил такие методы. От их клана есть новости?

— Пока молчат. Удалось выяснить, что Кнайты вообще у подземного комплекса забыли?

— Да, — князь прошёл по кабинету, сел за свой стол, достал бумагу и записал несколько мыслей. — Говорит, что комплекс находится на его земле. Без подробностей. О нападении им сообщил Канис и они не могли проигнорировать его.

— Заявлять, что они ни причём — это верх наглости, — зло фыркнул Филинов.

— Согласен. Но я не исключаю, что так и есть. В данном случае они могли выступить мышцами, в то время, когда голова находилась совсем в другом месте.

— Настолько влиятельный клан на побегушках у Каниса?

— Канис тоже пешка. У меня всё из головы не выходит тот мужчина. Его сила…

— Да что там произошло-то? — подался вперед Игнат. Он был в курсе произошедшего в общих чертах, но без подробностей.

— Представь, что твоё тело перестаёт слушаться и зверь внутри требует подчиниться, упасть на колени.

— Насколько сильно это чувство?

— Половина гвардейцев успела опуститься. Кто-то даже навёл оружие на своих же. Кто знает, чем бы это закончилось, если бы Соколов не вмешался.

— Ясно, — Игнат подошёл в окну, посмотрел вдаль и резко повернулся, — Так и что? Какой-то аристократ с сильным родовым даром. История знает схожие примеры. Думаешь, он главарь?

— Скорее всего. Их организация достаточно сильна, чтобы отправить куда надо могущественный клан Кнайтов.

— Ставлю на то, что Томас сам состоит в этой организации.

— Возможно. Думаю, так и есть, — согласился князь.

— А значит, он причастен.

— Да, но это не отменяет сложности ситуации. Что мне делать, старик? Ты уже составил своё мнение?

— Десять минут назад я получил доклад по Белогрудовым. Сам он захвачен и сейчас в допросной. Вся семья тоже у нас, не считая сына. Союзников пока не трогали, но я бы прошёлся по ним, чтобы дать всем понять, что их ждёт в случае действий против государства. Сейчас они притихли. Вообще в стране тихо, что радует. Это первая хорошая новость. Мы показали свою силу. Вторая новость, в которой ты принял активное участие — захват комплекса, всех ценностей и победа над армией Кнайтов. Пленных мы там тоже много захватили и сейчас Родион трудится, чтобы выбить информацию. Что касается твоего вопроса — надо тянуть время. Если Канис уничтожен, как и его хозяин, то есть шансы, что Кнайты так и не поймут, с кем сражались.

— Они были не в курсе. Но я бы не уповал на то, что их неведение продлится долго.

— Ну да, — кивнул старик, — Наивно ожидать чуда. Но в нашем случае даже пара часов может изменить ситуацию кардинально. Войско в боевой готовности и отлично себя проявило. Союзники тоже готовы выступить в любой момент. Быть может нам не помешает ещё несколько драк, чтобы закрепить успех. Если победим, то дадим понять всему миру, что к нам лучше не лезть.

— И тем самым спровоцируем врагов на ещё большую агрессию. Они ведь не дураки, учтут опыт и придумают что-нибудь. Да что говорить, мы и так знаем, что у них есть технологии запредельной разрушительности.

— Которые они уже применяли против нас. Да и куда ещё больше агрессии? Похищение детей — это дно, которое сложно пробить. Так что единственное, чего стоит опасаться — это массированности атаки.

Князь кивнул. Внутри он был согласен со своим советником. Но также мужчина не забывал, что в его деле малейшая оплошность приведёт к колоссальным потерям. Которые не факт, что удастся восполнить. Поэтому он обдумывал все риски, прикидывая, что делать в каждом из случаев.

— Моё мнение — надо идти к Соколову. Запереть его в надежном месте, чтобы опять не увели и вежливо попросить, — на этих словах Игнат не удержался от усмешки, — Чтобы он срочно сделал ещё одну партию артефактов. Нам бы по паре сотен блокираторов и защиты от пуль. Тогда можно будет дать такой бой, что весь мир затрясет.

— Я всегда думал, что задача советника сдерживать агрессию правителя, — вежливо улыбнулся князь.

— Анастас, — сказал с жаром Игнат, — Они пошли на убийство детей и на похищение. За что пострадал сын Кротова? А Катя? Она сейчас лежит в коме и дай бог, ей помогут. Твоей дочери сильно повезло, что она выбралась целой. А если это повторится? А если в следующий раз не окажется ушлого Соколова? Мы крепко облажались с этим похищением и должны компенсировать. Чтобы дать понять всем, как опасно с нами связываться. Чтобы по утрам смотреть себе в глаза и не отворачиваться. Предлагаю дождаться, что предпримет враг, а пока пригласить союзников и рассказать им, как есть. Пусть знают, что происходит. Пусть будут готовы выступить. И тогда посмотрим, кто победит в войне.