«Клим, сколько времени я была без сознания?» «Ровно десять суток и одну ночь. Все это время рядом с тобой был Степан Сергеевич. Меня и отца просто выгнал из палаты, чтобы не мешали. Сам за тобой смотрел и давал зелье восстанавливающие и питательные. Мирослава с бабушкой тебя магией восстанавливали и лечили.

Марату тоже досталось, но не так сильно. Он только удар сильный получил, когда взрывной волной его шандарахнуло об шкаф виском. Мирослава его тоже своей магией почти с того света вытянула».

«Климушка, получается у Марата зрение и память отшибло? НЕ понимаю, как его не могут вылечить магически? Вроде все лечили раньше. И почему его не отправили на Землю раньше или сюда не перенесли оборудование для операции вместе с врачом?»

«Марат вообще отказывался вначале делать операцию. Просто сказал, пока Изабелле не будет лучше, я не буду давать себя лечить. И знаешь у него это получалось.

Хорошо, что до того, как в сознание пришел ему магически восстановили мышцы и кожу на спине. Он тоже обгорел весь со спины. Его попросили помочь жителям Ливерии и он согласился. Только спросил, что надо делать. Тогда мы поняли, что он ничего не помнит. Ему рассказали про обезвреживание ловушек и что ты в тяжелом состоянии. Он сразу психанул и отказался от операции. Забаррикадировался потом во льду и не дает его растопить. Ему сказали, что ты очнулась и он согласился на операцию.

Что у вас тут произошло?»

«Была сложная ловушка. Марат быстро обезвредил первую часть ловушки, а когда стал у той же ловушки снимать вторую часть переплетения, случайно задел третий этап, который активировался, когда снимут пятьдесят процентов от общего переплетения. А вообще в одной ловушке три этапа различных переплетений в первый раз вижу.

Он этого вообще не заметил, так как занимался вторым этапом плетения. Радовался, что вторую часть ловушки заметил и обезвреживал. Мне мои мушки о третьем этапе сказали. Они заметили. Я быстро переместилась и оттолкнула его от ловушки. Думала, что у меня еще много времени.

А она оказалась тоже сверхбыстрой. Только вот крылья опустить не успела. Наверно они мне хоть немного помогли сохранить лицо. Я на это надеюсь.

Сильно была покорежена?»

«Порядком. Мышц почти совсем не оставалось. Кости, обугленные были. Кожи не было совсем на правой стороне нигде. Волосы на голове тебе вначале срезали, а вчера наращивали, чтобы ты не испугалась своего вида.

Только сегодня на матрас положили на койку. Так в левитации лежала в воздухе, чтобы можно было везде все обработать и лечить.

Мирослава с бабушкой Евой тебя лечили, а Степан Сергеевич ухаживал. Пока они с тобой были, он спал. В остальное время бодрствовал».

«Клим, почему он? Не дочери, не ты, ни Роберт? Почему чужой человек?»

«Да не чужой он тебе. Вы с ним истинная пара. Он чуть с ума не сошел, когда почувствовал твою боль. Бросил все переговоры с Виссарионом и порталом перенесся к вам с Маратом. Так мы вас и обнаружили.

Император только отрёкся от престола. Остальное на стадии разработки и переговоров. Он такой скользкий, постоянно выкручивается. Со Степаном Сергеевичем связываются. Тот Виссариона прижимает за минуту и дальше процесс идет. Потом опять ступор. И все по новой. Но Сергеевич не переходит из палаты на допросы. Вот и длиться этот процесс долго. Виссарион не признает вину, что развалил империю и допустил рабство. Постоянно на кого-то другого вину перекидывает.

Может быть Степан Сергеевич, Викторий Верославович возвратятся к суду и тогда быстро все решиться. Без них пока трудно. Они не только в суде должны выступать с обвинением, но и империю всю объезжать должны были, чтобы выявить все просчеты в правлении. Тут аристократы друг за друга горой стоят. Ничего не дают выяснить».

«Так это сейчас не станет проблемой. Лили, Лейлали срочно ко мне. Мои дорогие, что ж вы от меня спрятались? Как выгоняли из палаты? Кто? Я поговорю, чтобы вы в курсе были о моем лечении. Сейчас у нас другая проблема. Надо помочь найти доказательства виновности в доведении страны из развитой инфраструктуры и переход ее в рабовладельческий и первобытно общинный строй.

«Представь, что я ощутил твое благословение на долгую супружескую жизнь. Понял, что это не мне адресовано, даже не знаю, как себя в это время в руки взял и остановил. Хотел всю комнату разбомбить. Только ты меня останавливала. Падать в твоих глазах не хотел. Решил, что отпущу тебя. Но не сумел. Продолжал и дальше за тобой следить.

От ревности к Роберту не только скулы сводило с печенкой, вообще всего крутило. Только вот другу не смерти, а долгой семейной жизни с тобой желал. Хотел, чтобы ты счастлива была, хоть и не со мной. Делить тебя ни с кем не мог. Наблюдал издалека, чтобы не сорваться и не обнять. Хотел к себе на планету унести, чтобы никто больше тебя не видел. Но останавливало то, что потом возненавидишь меня из-за Роберта.

А когда сюда в Ливерию перешёл порталом, то только предсказание меня останавливало. Мирослава с Сашей и Радмиром, как раз во дворец зашли и должны были выступать перед народом, который собрался на площади. Я должен был следить за Виссарионом, чтобы тот при народе отрекся от престола в пользу наследной принцессы.

Радовался, что тебя чувствую во дворце. Ты такая радостная была. Знал, что ловушки вы с Маратом обезвреживаете. Не волновался, зная ваш профессионализм.

Вдруг чувствую твой испуг, а потом страх и боль адскую. Даже показалось, что твое сердце на миг остановилось, когда я к тебе порталом переходил. Мои руки горели огнем, когда я тебя на руки брал. Разряд опять у меня в руках был, когда до тебя дотронулся. Слышу сердце бьется и успокоился, что живой останешься. Решил, что если хочешь быть с Робертом, то будь. Лишь бы живая была.

Потом узнал, что ты крестная мама Клима. Решил уже не скрывать, что мы истинная пара. Показал свою татуировку на груди. Там еще все увидели наши буквы С и И. Только тогда мне разрешили рядом с тобой быть в палате.

Сегодня вечером сюда во дворец прибудет мой крестник Кентавр со своей суженой. Я тебя с ними познакомлю. Раду ты наверно знаешь, а вот Кент лежал долгое время в клинике, только его выписали».

«Стёпушка, меня с Кентом не надо знакомить. Я несколько раз его в деле видела. Ты же понял, что я не просто так охотником и шпионом в концерне числюсь столько времени».

«Родная ты моя. Как у тебя сладко звучит имя мое СТЁПУШКА! Пожалуйста так и продолжай. Изабеллочка, Беллочка, белочка ты моя светлая. Я все дела Кента знаю. На самых опасных с ним был агент тайный, под номером вместо имени. Теперь понимаю, что скорее всего это ты была.

Больше на такие дела я тебя не отпущу. Я же поседею раньше времени. Я, как эльф могу конечно быть блондином, но седой вампир и колдун – это перебор. Я не такой старый. Я детей от тебя иметь хочу. И чем больше, тем лучше. Жизнь то у нас не мерянная».

Я смеюсь над этими его словами. В это время двери открываются и в них вваливаются все мои родные. Понимаю, что перед дверью непрогляд поставили и для медицинского персонала ко мне в палату вошёл только один ожидающий свидания родственник.

Увидев такое сборище родственников, смеяться стал и мой Стёпочка. Увидев, что я не только пришла в себя, а вообще повеселела все тоже стали хохотать. Тут резко открылась дверь в палату, и мы увидели растерянное лицо медсестры, которая регулировала посещаемость к пациентам. Наш хохот превратился в оглушающий шум, на который зашла Ева.

«Я вижу, что тут всем присутствующим очень смешно. Раз вас так много, то даю всего полчаса и завтра, чтобы я вас не видела. Придете только через день. Потом сама буду регулировать посещение. У меня вы портал не откроете в дверях. Через полчаса пора будет пить зелье снотворное и спать до вечера. Потом ужин. Засекаю время. Через полчаса, чтобы никого не было, если не хотите, чтобы Иза опять сознание потеряла».

«Даю честное слово древнего вампира, что сам всех из палаты внучки уведу. Нам она здоровая нужна. Ева, а когда мы свадьбу Изочки справлять будем? Ты ее, когда выпишешь? Мы уже подготовку к бракосочетанию начали».