Потом ведь на основании аванса могли доказывать, что я согласилась на девятую часть от своего требования. Представьте, сколько я потеряю. Потом, когда получу остальные деньги за работу, отблагодарю и выделю вам еще по двести тысяч, когда вернусь с задания уже без этого паршивого хвоста.

Только прошу вас, присматривайте за моими красавицами, пока меня нет. Они ведь сейчас и без няни остаются. Не дайте малышкам голову задурить моим родственникам и не разрешайте им выбрать своего первого мужчину. Опять не ту сумму переведут малышкам, как мне сейчас чуть не впарили.

Приеду буду искать новую няню для девочек. Им же еще она положена. Пусть паршивка Аннет себе новую работу ищет.

Ох, посмотрите на эту уродку. Сидит и пялится в пол, как будто там картины нарисованы. Как с такой тупицей работу выполнять. Она же не сможет никого отвлечь от меня. Чует мое сердце, что придется кровь ей пустить, чтобы не на меня, а на нее смотрели, пока я документы из сейфа конкурентов буду доставать.

Ладно мы начнем переход. Вы только не потеряйте ключи от дома и карточку. Пусть Динара распоряжается с умом. Если нужны будут советы, то вы же ее одну не оставите? Я на вас надеюсь. Знаю вашу честность и порядочность.

Может быть перетащу вас в свиту нашей Грозной Афродиты. Там вы быстрее наберете себе денег на старость. Гонорары не сравнимы с остальными. Пока! Ждите меня с победой!»

Девчонки на выходе были ослеплены моими деньгами и обещаниями, поэтому не осматривали вещи, с которыми я уезжала и девочку, которая была немного не в себе и постоянно пускала слюни.

После того, как акций в собственности у бойцов было более двадцати пяти процентов в компании, таких наших соплеменниц ставили на особый контроль. Им давали самые низкооплачиваемые и опасные заказы. Девушки не могли накопить денег, чтобы выкупить половину стоимости акций в любой компании. Недальновидные покупали акции только у одной фирмы и сами ставили себя в неудобные условия. Я видела, как уже многие наши женщины после таких покупок просто умирали на очередном заказе или после того, как возвращались со своего трудного задания.

Если амазонку не могли убить, то всегда могли отравить даже у себя в доме. Прислуга продажная или отправленные продукты все шло в ход от любимых родственников. Зато не было утечки бойцов. Страх владел над умами и позволял командовать семьями.

Мотивация была простая. Неправильное обращение с новым ядом, который до конца не прошёл тестирование. Яд был токсичен, и сама амазонка надышалась им и поэтому закончила свою жизнь. Или вместо того, чтобы уколоть своего подопечного из-за своей неаккуратности задела иглой себя. Могли сказать и так - они вдвоем коснулись иглы с ядом на задании. Были разные отговорки, но смысл был один. Страх и ужас перед главой, старейшинами и шаманками, чтобы все подчинялись только им.

Поэтому я покупала различные акции, до которых могла дотянуться своими накопленными деньгами, пусть это был лишь один процент. Ведь потом можно быстро продать акции одной или нескольких компаний, чтобы купить акции другой и получить заветные пятьдесят процентов, при открытии новой фирмы с компаньоном. Да, да именно новые фирмы не так сильно проверяли наши шаманки. Это был огромный шанс на мой успех. Ведь новая компания могла самостоятельно прогореть за короткий срок времени. Зачем на нее время тратить?

В скором времени мои девочки погодки справят свое совершеннолетие и тогда их заставят забеременеть, если только они не дадут обет безбрачия, чтобы стать помощницами шаманок. Успокаивало только одно. Никого из амазонок нельзя было насильно заставить провести свою первую ночь с мужчиной, который бы ей не нравился. Значит можно еще продлить срок выбора партнёра на полгода или год.

Эту мысль я вбила своим девочкам в голову особенно сильно. Так как хотела, чтобы они выбирали мужчину не за большое количество денег, которое им заплатят за потерю девственности, а по своему собственному вкусу.

Я знала, что моих девочек уже приметили те мужчины, которые часто приезжали к нам, чтобы сорвать первый цветок у амазонки за хорошую цену. Несколько старейшин и шаманок ждали, чтобы я уехала надолго, чтобы продать моих дочерей и получить за это долю.

Останавливало их только то, что Афродита не давала на это добро. Меня нельзя было прогнуть моими родственниками. Я была сама по себе, как кошка. Могла потом вызвать всех обидчиков на дуэль и победить.

Меня с моими боевыми навыками побаивалась даже Афродита, которая давно не занималась и забыла свою боевую форму. Ей давно говорили мои первые партнеры мужчины, что если она даст добро, то меня и дочерей выкупят за нужные проценты и сделают меня и своих дочерей свободными.

Чтобы не допустить этого Грозная Афродита даже поделилась со мной годами жизни, которые ей подарил ее муж. Об этом мало кто знал в нашем племени. Она сама мне об этом призналась, когда сильно перепила. Потом напугалась и долго приглядывалась, не предам ли я ее и не расскажу ее секрет.

Несколько лет я молчу, но наблюдая за ребенком, которого она родила от своего мужа. Ему не повезло он родиться мальчиком. И сейчас именно Клима я собираюсь выкрасть, чтобы Афродита оставила в покое меня, моих дочерей и собственного сына.

Ведь еще в детском саду начинали выяснять, кто будет лидер в группах. Старшие дети, разница которых в возрасте составляла, от полугода и до трех лет, могли общаться друг с другом на одной площадке давили на других и заставляли их быть у себя в услужении.

Мои с детства дрались отчаянно и все вместе. Как на Земле говорят: «Один за всех и все за одного». Никогда их воспитатели не видели плачущими, только разозленными и гневными. Свои синяки они никому не спускали. Били на следующий день ответно и победно. Я их учила всем приемам, которые знала сама и которые могла подсмотреть на своих заданиях на других планетах. Для обучения новым военным единоборствам в командировках никогда не жалела денег. Новые умения помогали выжить и приспосабливаться к любым климатическим условиям.

Уже в год, мои девочки могли ставить блоки руками и ногами, чтобы не упасть, когда на них нападали. Между своими заданиями я постоянно проводила занятия с дочками, не отдавая их в детский сад, когда сама была дома.

Когда Динаре исполнилось три года, она тоже уже занималась с сестренками и учила их выживанию в нашем племени, когда меня не было дома, и я находилась на задании. Поэтому, когда мои красавицы вышли на арену с мечом, то первый бой в пять лет у них был уже без щита и с мальчиком, который был старше их по возрасту.

Своей матери я бы не доверила воспитание своих дочерей, как и своим теткам. Не хотела, чтобы они получала за счёт родственных связей льготы для себя, как многие делали это со своими детьми.

Я еще в подростковом возрасте отделилась от своей матери, чтобы самой зарабатывать баллы и льготы только для себя любимой. Была проклята матерью за это, но не уступила ей и своим теткам.

Зато после стольких своих трудов я могла спокойно выбирать себе задания, задавать собственную цену своему труду и решать какой процент от своего заработка отдавать в кассу нашего племени. Низкий процент я никогда не ставила. Лавировала от среднего процента до высшего. Не хотела привлекать к себе внимание. Пусть думают, что я на все сто процентов верна племени и желаю только избавить Вселенную от мужчин.

Своих девочек я научила тоже этому приему. Они были гибкими и храбрыми в бою и хитрыми, когда дело касалось шаманок, но стояли друг за друга горой, что не нравилось высшему кругу. Но, так как дочки отдавали высший и средний процент от приготовленных своих ядов, то крыть шаманкам было нечем. Они сквозь зубы выдавали высшие балы и мои кровиночки росли в рейтинге.

Нам даже если подсовывали жучки в дом, но не более одного. Ведь все равно жучок находили сразу и его обезвреживали. Над домом зажигался светящийся круг и приходилось повышать рейтинг моим девочкам. А они и так были уже недосягаемы по достижениям для своих однолеток.