— Мы… лучше насладимся последней возможностью побыть наедине, — сказала Ванда, — если впереди нас ждёт длинная командировка…

— Да не факт, что она состоится так уж скоро, — ответил Сареф, — ещё неизвестно, как продвигается обучение моего отца у Хрипунца. А он обещал нам ещё одного участника в поход подогнать… Впрочем, как хотите.

Они покинули комнату Медеи. После этого Стив и Ванда направились на выход, явно желая ещё немного погулять у моря. Сареф же направился в подвальные помещения. Он был невероятно доволен текущей ситуацией. Вынужденную задержку, связанную с нападением на поместье и последующим зализыванием ран, демоны лихо компенсировали ему, и его самого оперативно обучив нужному навыку, и Ванду со Стивом подтянув до требуемого для такой командировки уровня и прикрыв им слабые места. Теперь осталось только оценить помощь Неда и Имира, которая, скорее всего, будет связана с тем, чтобы помочь ему лучше сохранить своё настоящее тело на время этой командировки — и можно двигаться дальше…

Глава 3

Сареф благоразумно избрал тот же путь в кузницу, который ему двое суток назад показали Медея и Иноке. Действительно, винтовая лестница, которая находилась в дальнем и неприметном углу — и которая при этом проходила вертикалью через всё поместье, была невероятно удобна. А Сарефу при этом отнюдь не хотелось, чтобы члены клана Зинтерра имели возможность пялиться на его бессознательное и беспомощное тело. Ну, ничего. Наставник Нед обещал, что эту проблему они тоже быстро и удобно закроют — значит, он это устроит. Вообще Сареф нехотя признавал, что Неда он серьёзно недооценивал. Технике, которую Сареф планировал осваивать, минимум, две, а то и три недели, Нед его обучил за одно занятие длиною в два часа. Значит, и вопрос безопасности его тела так же будет решён.

Вот, наконец, и кузница. Вот только если два дня назад Сареф был здесь в своём собственном теле, то сегодня он прибыл сюда в теле хилереми. И разница была просто колоссальна. Дело было, разумеется, всё в тех же запахах. Запах раскалённого металла, запах остывающего железа, запах углей, которые, не приходилось сомневаться, были лучшего качества, запах дыма, уходившего в решетчатое отверстие на потолке. Как, впрочем, и сам Имир, отдыхающий на любимой табуретке, которая непонятно каким образом выдерживала его очень даже немаленький вес. Вот в его бороде остался запах от пары капель пролитого пива, его ладони до сих пор помнили запах рукояти молота… Это сейчас невероятно напоминало Сарефу то время, когда он впервые посмотрел на мир Демоническим Зрением — и осознал, как много он, оказывается, не видел. И теперь осознавать, каким этот мир воспринимает Хим — богатым, невероятно богатым на звуки, на запахи — Сареф только острее ощущал свою вину за то, что он в последнее время так редко позволял ему принимать физическое воплощение.

— Давай, заходи уже, — поторопил его Нед, который обретался рядом с Имиром, — а то, посмотрите, какой любопытный, всё-то он вынюхивает.

Сареф удивлённо повернул голову. Оказывается, Нед сидел ровно за Имиром — и, что примечательно, его запаха Сареф не почувствовал. Ну, то есть, когда он сосредоточился — то без труда настроился на этот запах, но на общем фоне поместья Нед практически не выделялся.

— Ну так это и правильно, — заявил Имир, похлопав себя по животу, который он до этого явно насытил парой кружек пива, таким образом вознаградив себя за хорошую работу, — вы, Призыватели, даруете вашим подопечным тела — и потом через их тела можете воспринимать мир так, как воспринимают они. А я вот в своё время поленился развиваться через ветку Призывателя — и теперь жалею об этом, жалею…

— Ну, справедливости ради: если бы ты не пошёл развиваться через ветку Менталиста — то и кузнечное ремесло вряд ли освоил бы. Тела наших подопечных, конечно, сильные и выносливые, но вот заниматься таким тонким и точным трудом всё же не приспособлены, — мягко заметил Нед. Причём создавалось ощущение, что эти слова он говорит кузнецу далеко не в первый раз. И Сареф даже в какой-то степени понимал Имира. Да, его способностям клан нашёл достойное применение, и на примере того, как Имир поработал с его Кольцом Силы, уже можно было с уверенностью сказать, что оно того стоило, но, в конце концов, кому не приходилось сомневаться в своих выборах и, порой, даже несколько сожалеть о них?

— Ладно, мы отвлеклись, — заметил Нед, испытующе взглянув на Сарефа, — давай, парень, укладывай свою тушу — да топай сюда. Обещаю, наш сюрприз тебе понравится.

Уложив своё тело на небольшой диванчик в углу кузницы, на котором Имир, вероятно, любил вздремнуть после обеда, Сареф приблизился к кузнецу и старому наставнику, которые хитро переглядывались между собой. И когда, наконец, он приблизился к ним… то заметил, что рядом с ними стоит уже знакомый ему ювелирный столик, на котором лежало одно-единственное крупное кольцо.

— Это… это что? — поинтересовался он.

— Как что? Серьга, — невозмутимо ответил Имир, прятавший в рыжей бороде довольную улыбку.

— И что мне с ней делать? — Сареф всё ещё не понимал, чего от него добиваются.

— Ты не знаешь, куда надо надевать серьгу? — фыркнул Нед, — вот темнота. Давай, покажу.

— Да знаю я, куда надеваются серьги, — вспыхнул Сареф, — мне-то оно зачем?

— Как зачем? — переспросил Нед, который, тем не менее, судя по взгляду, откровенно веселился с этой ситуации, — мы же несколько часов назад говорили о том, что тебе нужно будет вместилище для твоей беспомощной шкурки на то время, пока ты пребываешь в теле своего хилереми. Ну так — вот оно. Самое мягкое и возможное решение любых связанных с этим проблем.

Теперь Сареф уже куда более внимательно взглянул на кольцо. И даже, с одобрительного кивка, взял его в руку и внимательного осмотрел. Светло-жёлтый металл явно выдавал в кольце золото, но было в нём что-то ещё. Чуть заметные мерцающие прожилки красного и серого цветов.

— Нравится? — довольно спросил Имир, — вулканическое золото, между прочим, последний кусок руды на эту серьгу потратили. Ну и температурная обработка в разных режимах, чтобы покрепче было… ну и всё такое прочее. И, кстати, оно ещё не закончено, — в этот момент Имир с кряхтением поднялся со своей табуретки и забрал кольцо, — остался ещё один небольшой момент. С твоего позволения — мне надо взять у твоего тела немного крови.

Дождавшись кивка Сарефа, он подошёл к его телу, взял средний палец и, сделав небольшим лезвием прокол, сцедил в подготовленный пузырёк небольшое количество крови. После чего подошёл к ювелирному столику, взял инструмент, похожий на шприц с иглой. Только этот был серебряный и выполненный единой конструкцией. Затем погрузил иглу этого агрегата в пузырёк… и несколько секунд спустя пузырёк опустел. И не просто опустел — но был чистым, словно никакой крови в нём и не было. Таинственный шприц втянул в себя всё до последней капельки.

Затем Имир подтянул к себе табуретку, уселся за ювелирный столик и стал работать над кольцом. Осторожно сместившись так, чтобы иметь возможность наблюдать происходящее, Сареф увидел, что Имир склонился над кольцом и из серебряной иглы инструмента выпускает… некую алую субстанцию, которая под его взглядом формировалась в какие-то руны. И уже эти руны укладывались на внутреннюю сторону кольца. Это продолжалось почти 15 минут, после которых кузнец, наконец, отложил серебряный шприц в сторону, довольно выдохнул и поднялся, разминая затёкшие мышцы.

— Вот теперь — точно всё, — кивнул Имир, поглаживая бороду, — Это хранилище зачаровано специально для твоего тела, Сареф, и ты можешь быть уверен: пока оно находится там, с ним ничего не случится. Даже сроки сохранения буду побольше, чем в обычном пространственном кармане. На полгода ты точно можешь оставить там своё тело — и оно легко выдержит этот срок. При необходимости выдержит и год — и с ним ничего не случится. Ну, по крайней мере, ничего непоправимого. Ну а теперь осталось решить самый последний и самый главный вопрос.