2. Постскриптум Сударыня! Такой – веселый! – сон. Не говорите ж: «Сон – лишь сон – черед За сим обмолвок и проступков, В душе копанье и копанье в трубке И утрешний несвежий анекдот». – Мне кажется, что сон был суть: я – жил. А если мне тотчас не написалось, То это малость: недостало малость Сиюминутной ясности души. 3. Из диалога, подтвердившего невозможность исповеди Куда там – не до сути и не до правд: горю! Но жизнь благодарю за сопричастность судьбам; За то, что в новый вздор я втянут, бедный, духом И слушаю вполуха надрывный разговор; Что здесь, в картуше драк и счетов, и бесчестий Я устоял от жестов и сочиненья драм; Что в мельтешне, лютей напраслин и поветрий, Ни разу не поверил в возможность нелюдей… Сударыня! Но строгость и память чистых лет Я призван одолеть. Как мой прапращур – бога. Не вздумайте, мой друг, что вместе с сменой кожи В ревнители убожеств я записался вдруг – Я лишь сумел воздать как факту и обету, Что в грязь былых аскетов я втянут: в благодать. Я различил черты лишь читанного ране: Сомнительность сиянья тщеславной чистоты. И мне открылось в грубой проверке на Содом Кто – кто: кто – крив, кто – хром, кто в мире – кривдолюбы… – «Мне кажется, вам самый раз пора, Провозглашая истины простые, Поведать нам: наместники Петра – Хранители святынь, но не святые. И тем, кто уловил святой престол На мнимом чуде и нескромном платье, Ответствовать, что он – живой симво́л, Глашатай, но не тело благодати. Откуда что берется в этот час? Как мы мудры, как мы в сужденьях тонки! Как тешат притчи нас и побасенки! Как стыд житейский умиляет нас! Коль истины удобны и просты, Подумайте! – так близко до сужденья, Что мы как раз достойны осужденья, Коль скоро мы достигли чистоты!..» – Не говорите так! Не разумом, но кожей Я чувствую ничтожеств, доносов, краж и драк Обкатанную ладно систему, косность, власть. Но самому б н е п а с т ь! А остальное – ладно. Мне б самому не быть в героях и кликушах И, сдавленный картушем, о душах не забыть. Мне не до правд: горю. Не до судов и сути. За сопричастность судьбам судьбу благодарю. Я счастлив, что на кручах, Узнав хоть краем боль, Я обрету не роль, А участь, друг мой! Участь. 4. Зевс – Афродите, раненной Диомедом (Мелическая вариация одной гомеровской темы) А ты была красавицей… из старых стихов Девочка! Тебе-то зачем эта Троя? Что тебе эта рухлядь: стены Пота и баталий, победная песня Школьного мифа? Чем бы был мой мир и чего бы он стоил – Сказка для зубрежки – когда б не Елены Нежное безмолвье! Когда бы и если б Не Суламита! Чем бы он предстал? Кронидовой кляксой, Выданной за росчерк преданий? Уликой Вечных сукровицы да воплей? Метой Смерти и муки? Скукою: хвастливой скукой Аякса? Скукой: хитроумной скукой Улисса? Скукой: кораблей, щитов-гекзаме́тра Длинною скукой?! Ты так кротко плачешь: больно. Когда бы Мы и вправду были б неробки духом, Мы уберегли б тебя от мужлана И от обиды. Мы тогда мужчины, когда вы слабы. Поручи богиням контор и кухонь Бицепсы и битвы – сгубившим в Жанне Киприду. Предоставь сраженья, триумфы, царства, Копья, колесницы – пускай их! – оставь им, Чтоб тебе пребыть от веков и доныне Только Кипридой! Столько некорысти в твоем лукавстве! Столько нестяжания славы – в тщеславье! Неужели ж это однажды сгинет В мартовских идах?! А они право же добрая моя сударыня спорщица созданы только для Брута которым можно быть мгновение и все ведь если пребывать Брутом год месяц день час если замышлять стать Брутом и хотеть быть Брутом это значит быть просто убийцей и только ну не просто а подобравшим неглупые слова но и только и все равно убийцей и еще по-моему вообще непосвященному стать им и не оскверниться так же невозможно как уродице быть несмешной и нежалкой в гриме Елены с вашими волосами сударыня разве змеиное слово «шлемоблещущая» сопрягается как-то с легкими вашими шагами на выставке картин молодых баталистов сбор в фонд комитета защиты мира или с потайным но очевидным ожиданием звонков и избранника…
…Уф! Воины мы, если вы беззащитны, богини! 5. Диалог № 2, подтверждающий то же, что и первый – «Высокоумье мудрецов и нищих, Косноязычье тостов и поэм, И весь восторг высоких слов и тем: Весь ваш масонский код и чернокнижье И все, что вы, – сейчас оно – зачем? Что стало с вами? На каком пути Вы подобрали свой испуг и барство? Чем порожден он – праздностью? Опаской? – Совет покуртуазничать – и баста, Совет покрасоваться и уйти? Стать статуей на площадях страстей?! Быть каменной средь зла? – как ни судите, Вы вечное безвременье сулите Призывом пребывать при красоте». – Как с книжек обгоревшие листы, Стряхнув житейский пыл и нищий гонор, Мне самый раз, решась на благосклонность, Сподобиться житейской простоты. Вы прямодушны. Очень. Может стать, Что вам наскучит скоро этот лепет, В моем письме и впрямь не счесть нелепиц. Что вам трудиться? – Лучше не считать. Представьте сами: трубный глас и дым, И трупный запах вожделенной битвы… Сударыня! Доколе ж в мире быть нам Посланцами немира и беды? Мне худо, что, далекий и в узде, И ставший непонятным вам отныне, Я не могу беречь вас от гордыни: Высокомерья неотложных дел. |
