Это он обо мне? Вот гад! У меня просто живая мимика и всё, о чём я думаю, сразу отражается на моём лице. Решаю не продолжать перепалку. Мы ведь теперь в одной команде.

— Как тебе слоган рекламной кампании «дом, милый дом»?

— Уже было. А нам нужен эксклюзив. — пожимает плечами он.

Проводит стеком по ладони, а потом резко взмахивает черной кожаной палкой и бьёт себя по руке. На ней остаётся красная полоса, а я подпрыгиваю от неожиданности.

— С ума сошёл? — вскрикиваю я.

— Чтобы понять, кто подарил мне этот подарок, нужно думать соответствующим образом.

— Адриан, возможно, ты так зациклен на своей личности, что совершенно не заметил, но я тебя просвещу — вся компания получила такие подарки! Большей или меньшей степени пошлости, но абсолютно у всех какая-то фигня, связанная с интимом.

— У тебя неверные данные. Главбух получила силиконовый мозг, а Влада из аналитиков вообще какую-то бумажку.

— Видишь, здесь нет логики! Уверенна, эти подарки вообще не нам предназначались!

Выпалив эту фразу, я прикусила язык. Только бы он недодумал мой слова…

— И с чего такая уверенность?

Вот чёрт! Всё-таки додумал. Ну, уж нет, не стану ему признаваться, что я его Тайный Санта.

— Женская интуиция!

— Ааа, это та, что заменяет логическое мышление?

— Нет, та, что его дополняет! — разговор опять идёт не туда — Всё, не морочь мне голову. Лучше скажи, ты что-то придумал? Или опять хочешь выехать на чужом горбе?

Это обвинение было ложью. Адриан обладал живым разумом и неисчерпаемым запасом креатива. Почти как я. И обвинять его в плагиате или присвоении чужого неправильно, но он настолько достал меня своими замечаниями, придирками и высокомерием!

— Мне нужно подумать. Я не готов озвучивать первое, что приходит в мою голову.

Он обиделся, и это чувствовалось, а я впервые в жизни не испытала никакого удовлетворения от победы. Сейчас мне хотелось извиниться, но я совершенно не знала, как это сделать.

Остаток рабочего дня мы просидели молча. Я работала с контекстной рекламой, а Адриан стучал по клавиатуре и совершенно на меня не смотрел. Не то чтобы мне нужно было его внимание, но такое показательное игнорирование мне не нравилось.

Времени почти не осталось. Всего три рабочих дня, из которых один короткий и начнутся длинные выходные. Нам нужно работать над проектом каждый вечер!

Я пересчитала в уме свои финансы. Деньги на гулянки закончились вчера. Красавчик Петя попросил разделить наш счёт, я в общем-то, против не была. Не хотелось быть должной этому придурку, но конвертик с надписью «кафе и развлечения» опустел.

— Адриан, нам нужно готовить проект.

— Согласен.

— И раз уж мы теперь команда, может, поедем ко мне домой и поработаем там?

Уже провернув ключ с внутренней стороны двери, я поняла — приглашать Адриана домой большая ошибка. В тесном пространстве прихожей мы касались локтями. Снежинки с моего пальто брызнули в стороны и попали на моего коллегу, едва я потянулась к шарфу, но он даже не вздрогнул.

Всю неделю валит снег, лишь изредка замедляясь. Адриан слишком близко! Дышит мне в затылок, и эта ситуация навевает неправильные мысли! Совсем не правильные! Он помогает мне стянуть верхнюю одежду, я наклоняюсь снять обувь. А, когда выпрямляюсь, задеваю его затылком, стараюсь отпрянуть, теряю равновесие, но он меня подхватывает за талию, не давая вступить тоненькими колготками в лужу.

— Алина…

— Прости! — бормочу я — Кофе будешь?

Это побег, знаю. Не нужно было его приглашать домой! Это слишком интимно. Тут нет посторонних глаз, и никто не заметит если мы… если между нами! Вот чёрт!

— Нужно было зайти в магазин, взять что-то к ужину.

У меня в холодильнике по какой-то счастливой случайности завалялась пачка бекона и пакетик со сливками.

— Ужин организую, а ты пока садись за стол и давай начинать работать.

— Ты куда-то спешишь? — уточняет Воронов — Сегодня ещё одно свидание вечером?

Он спрашивает как бы между прочим, чтобы уточнить время, но чувствуется — ему это важно. Почему? Непонятно. Этого мужчину вообще сложно понять.

Пока я ставлю воду на плиту для макарон, он достаёт один большой плакат размером А3 и раскатывает его на столе.

— Карта идей.

Я смотрю на прямоугольник плотной абсолютно белой бумаги.

— Напиши что-нибудь или нарисуй. Не люблю вид чистого листа.

Мне достаётся внимательный взгляд медовых глаз. Сейчас при желтоватом свете потолочной люстры я замечаю яркие искорки в них.

— Боязнь чистого листа?

— Я не боюсь, просто не люблю.

— Ладно.

Он достаёт из своей сумки набор графитовых карандашей и делает набросок жилого комплекса. Дом, тротуар, детская площадка, женщина с ребёнком. Всё это появляется в центре листа, а я смотрю на это раскрыв рот.

— Ты художник?

Адриан мягко улыбается. Ему доставляет удовольствие моё удивление.

— Нет, просто рисую.

Набросок довольно сырой, без лиц и деталей, но эта визуализация всё равно выглядит потрясающе!

— Неплохо. — хмыкаю я.

Его улыбка становится шире. Не из-за сомнительного комплимента с моей стороны, а по другой причине. Словно он прекрасно понимает, что мне понравилось, куда больше, чем просто «нормально», но я не смогла, а скорее не захотела этого признавать.

Разбираться в его улыбках и хитрых взглядах я не нанималась, поэтому возвращаюсь к пасте. Закидываю длинные сухие соломинки в кипящую воду, ставлю сковороду на огонь и по кусочку кидаю туда бекон.

— Итак, жилой комплекс. Что мы о нём знаем? — начинаю я мозговой штурм.

— Первая очередь будет готова к осени 24 года. Комплекс расположен в тихом районе старого города на месте бывшей промзоны. Комфорт-класс, много детских площадок, высокие каштаны и вид на реку.

— А название?

— Название пока рабочее Б-176.

— Значит, мы можем предложить свое название вместе с концепцией?

— Можем. Только какое? Мне на ум приходит что-то вроде «город у реки», «лазурный» или «прибрежный». Сразу понятно, что комплекс находится у воды.

Я помешала скворчащий бекон и задумалась. Названия красивые, наверняка успешные, но нет изюминки. Услышал и забыл.

— Запиши их на листе. Варианты хорошие, но не идеальные.

Он послушно записал эту информацию и откинулся на спинку стула. Она предостерегающе скрипнула. Адриан напрягся и ослабил нажим.

— Милая квартирка. — после небольшого осмотра выдал он.

Это была такая откровенная ложь, что в опровержении не нуждалась. Обои давно выцвели, а маленькие цветочки смотрелись странно. Кухня в стиле «Прованс» также повидала виды. А рисунок на плитке на полу едва просматривался, настолько он стёрся.

Я, конечно, поддерживала тут порядок и старалась хоть как-то скрыть убожество интерьера, но против реальности не попрёшь. Этот дом давно нуждается в ремонте.

Макароны достигли стадии альденте, я слила воду и переложила их в сковороду к бекону, залила сливками и посыпала остатками сыра. Потушила пару минут, а потом разложила на тарелки.

Адриан поставил лист на ребро, чтобы получилась своеобразная картина. Я поставила перед ним еду, вручила вилку, и сама принялась за ужин.

— В первую очередь нужно определить целевого потребителя. — провозгласила я прописную истину маркетинга. — Кто эти люди, которые будут покупать квартиры там?

Я ткнула в изображение жилого комплекса.

— Ну, судя по планировкам, молодые семьи с детьми или готовящиеся к ребёнку. Внутри планируется целый комплекс с детскими площадками, школа и детский сад.

— Угу, семейный район. Значит, на это и нужно делать упор!

Мы поели, думая каждый о своём. Я лично обдумывала концепцию рекламы, а о чём думал Адриан, бросая на меня странные взгляды, я понятия не имею.

Доев, мы одновременно встали, отнести тарелки в мойку. Я забрала у него тарелку и положила в раковину. А обернувшись уткнулась в грудь Адриана. Он не вернулся на своё место, а остался стоять.