«Чтоб у тебя в следующем году были такие проблемы, каких ты в жизни не видел!»

Всё явно идёт не по плану, но что ж теперь. Плакать? Корпоратив он на то и корпоратив, чтоб веселиться и танцевать. Наш стол пустеет и мне становится скучно. Я закидываюсь закусками, ещё немного выпиваю и иду сбрасывать стресс на танцпол.

Десять лет в танцевальной школе дали свои результаты. Руки разлетаются в стороны, а потом крыльями птицы сходятся вверху, я прогибаюсь и призывно качаю бёдрами. Волосы разлетаются в стороны. Чистый кайф бежит по венам. Настроение на высоте, только от энергичных танцев начинается качаться каблук.

Наклоняюсь и понимаю, что действительно отклеился. Десять мать их тысяч рублей и мне подсовывают это? Убью консультанта, что продал мне этот хлам.

Нужно переобуться, пока каблук окончательно не отвалился. Идти походкой от бедра не получается. Слишком не устойчивая обувь, приходится подволакивать ногу и молиться, чтобы каблук не отвалился прямо сейчас.

Проходя мимо одной из компании, слышу насмешливый знакомый голос.

— А по мне подарок отличный. Так и хочется применить его по назначению. В смысле отхлестать одну непослушную колючку.

— Ты про свою соседку по кабинету? — смеются парни с которыми Адриан разговаривает — У неё буфера что надо. Как её? Альбина?

— Алина. Но нет, не про неё. Она же совсем не сексуальна. Сгорбится над своим столом вечно и щёлкает мышкой как припадочная. От этого треска по вечерам голова раскалывается.

Я выпрямляюсь до хруста в позвоночнике. Мне плевать на этих придурков, но почему-то становится обидно. Один из парней меня замечает и глумливо хихикает, понимая, что я всё слышала. Плевать.

Ускоряюсь и залетаю в лифт. Замечаю Адриана, который идёт к тому же лифту, в котором нахожусь я, но всё равно мстительно вдавливаю кнопку закрытия дверей и уезжаю.

Прислоняюсь к зеркальной стенке лифта и спиной чувствую её холод. В голове всё ещё звучат слова коллег. Трясу головой, чтобы убрать из неё всякие глупости.

Я пришла сюда, чтобы работать, развиваться и добиваться результатов, а не заводить друзей! Слова этих неудачников не играют никакой роли! Почему тогда так сложно их забыть?

Губы сами собой сжимаются в тонкую полоску, но я вижу свое отражение боковым зрением, и усилием воли заставляю мышцы расслабиться.

Выхожу на нашем этаже, прямо на ходу стаскиваю туфли. Каблук действительно отклеился. Ну что ж, гарантия у меня ещё действует. Завтра же пойду и верну их в магазин. Толкаю дверь в кабинет, она никогда не запирается. Попасть на этаж никто из посторонних не может, к тому же здесь много камер и краж мы не боимся.

Спасибо нашему ГАДу, позаботился о безопасности, а заодно о производительности сотрудников. Под таким надзором сильно не расслабишься и полдня на кофе не потратишь. Те, кто этого не понимают, недорабатывают даже испытательный срок до конца.

В платяном шкафу стоят мои сапожки. Да, в них будет жарковато, но рабочие балетки к этому наряду совершенно не подойдут. В шкафу висит кашемировое пальто Адриана. Ангорская шерсть, ручная работа. Эта вещица стоит целое состояние.

За год работы в одном кабинете я уже поняла, что он любит дорогие, качественные вещи. Тянусь к рукаву и провожу кончиками пальцев по мягкому полотну. Такой тёплый и нежный!

Дверь за спиной хлопает, но я даже не оборачиваюсь. По звуку шагов понимаю, что пришёл второй хозяин кабинета. Незаметно убираю руку с его имущества. Не хватало, чтобы он ещё заметил моё любопытство!

— Шаришь по моим карманам? — насмешливо бросает Адриан.

— Мне не нужна пожёванная жвачка и пустые надежды. — отвечаю в тон ему и достаю обувь.

Стоять на холодном полу в одних тоненьких колготках неприятно.

— Этого добра у тебя самой навалом?

Наши препирательства стали одним из извращённых развлечений. Иногда после тяжёлого рабочего дня, я лежу в постели и прокручиваю эти реплики.

— У меня много чего есть. Тебе и не снилось! — я запрыгиваю на стол, оголяю ноги и с удовольствием смотрю на ошарашенные глаза Адриана.

Что? Не ожидал? Я мило ему улыбаюсь, натягиваю один сапожок, веду рукой по ноге, затянутой в чулок. Адриан опускает ресницы, прячет глаза и с трудом сглатывает. Его пальцы добела впились в столешницу, а костяшки вот-вот вспорют кожу.

Вот так-то! Теперь у него не повернётся язык назвать меня несексуальной! Натягиваю второй, молния оглушительно «вжикает» и это стирает границу реальности. Адриан отталкивается от своего стола, обхватывает моё лицо и целует!

Жадно и как-то отчаянно, забирая у меня волю и дыхание! И я позволяю этому поцелую продолжаться! Позволяю его языку скользнуть в мой рот! Это просто невозможно!

Когда поцелуй заканчивается, мы тяжело дышим. Смотрим друг другу в глаза, и я вижу в его медовых глазах насмешку.

— Хороший ход, Ягодка, но слишком предсказуемый! Думаешь, своими прелестями отвлечь меня от повышения?

— Дурак! — рычу я, отталкиваю его и, подхватив вещи, сбегаю из кабинета.

Как же стыдно! Это ведь только игра, чтобы выбить меня из колеи! Это он хочет отобрать моё повышение! Только и всего! Нельзя позволять ему шокировать меня! Это может плохо кончиться!

Спускаюсь обратно в зал, но перед этим заскакиваю в туалет и поправляю макияж губ. Помада размазалась, напоминая о поцелуях. Я безжалостно её стираю и наношу вновь. Вот так, теперь ничего не заметно и можно идти.

Пролетаю по залу и чуть не врезаюсь в танцующих Светлану Геннадьевну и Антона, он кажется из аналитиков. Последний в стельку пьян и висит на нашем главбухе. Если взглядом можно было убивать, Антон валялся бы уже у ног нашей неприступной королевы. Но он вполне себе жив и что-то нешёптывает своей партнёрше.

Вижу Адриана в зале, он пробирается ко мне сквозь толпу, но я не даю ему шанса насолить мне ещё больше. Хватаю под руку первого попавшегося коллегу и тащу танцевать. Как раз медленный танец.

Чуть полноватый мужчина из архитекторов методично оттаптывает мне ноги. И похоже, даже этого не замечает! Всего минута танца, а кончики пальцев уже воют в сапожках.

Рядом вырастает Адриан, намёков он, похоже, не понимает.

— Извините, могу я украсть вашу партнёршу? — вежливо интересуется он у архитектора.

Тот бедный уже покрылся испариной, всё, чего он хочет, это пойти за столик и поэтому с радостью соглашается на замену.

Обкладывать Адриана при всех трёхэтажным я не хочу, ведь играю роль милой и компанейской девушки. Приличной, чтоб его! Рука заклятого коллеги ложиться на талию, и я чувствую исходящее от неё тепло.

Мы одновременно делаем шаг и чуть не падаем.

— Алина, давай вести всё же буду я?

— С какого это перепугу?

— Потому что обычно мужчина ведёт, и в нашей паре это я.

Тоже мне!

— Не аргумент! — отрезаю я.

— Сомневаешься!? Могу доказать!

Так, что-то наш разговор не туда идёт. Коллеги, мы просто коллеги, Алина. Вот давай в таком ключе и беседовать. Но от последней шпильки не отказываюсь.

— Меня это не касается. Мне всё равно кто ты, мужчина или драный кот в сапогах, который по помойкам шарится. — фыркаю я и перехожу к главному — Чего тебе надо?

Ему не терпится ответить на мой выпад, но Адриан резко выдыхает, и мы всё же начинаем танец. К моему удивлению, он умело ведёт меня сквозь танцующих. Ведущий объявляет белый вальс и мы, не размыкая рук, продолжаем танцевать.

Адриан делает шаг, я следую за ним. Его рука тесно прижимает мой живот к его животу, под пальцами чувствую ткань его пиджака. Пальцы другой руки лежат в его руке.

Никогда ещё вальс не казался мне таким интимным танцем. Чувствую, как наши дыхания смешиваются.

— Прошу прощение за то, что было в кабинете. Если ты считаешь, что это было недопустимо, то можешь обратиться в отдел кадров и заявить на меня за сексуальное преследование.

Перед вами когда-нибудь извинялись за поцелуй? Со мной это впервые и, надо сказать, звучит это очень унизительно.