У шамана перед глазами болтаются верёвочки с серией узелков. Каждый узелок – это напоминание об особо удачной стоянке. И ему самому напоминание, а это ещё и приятно, но главное – напоминание окружающим о феномене удачной стоянки. Напоминание о смысле состоявшейся жизни. Той судьбы, к которой надо стремиться. Ношение таких узелков – служение.

Встреча Борте, Золотой серьги и покойного монаха, причём встреча в пустынном месте, где встреча, казалось бы, невозможна, ведь практически одновременно в одну точку огромной пустыни прибыли сразу трое человек – это как раз повод завязать узелок и впоследствии всегда иметь его в виду. Участие некой координирующей Силы.

Но почему именно эта стоянка или встреча особо удачная? А дело в основном в Борте. В её особом, вообще говоря, редком внутреннем состоянии. Она сосредоточена на арестанте, на тюрьме, сосредоточена, впрочем, исключительно благодаря Чингисхану – не будь он ей мужем, вряд ли бы она на тюрьме-«герооне» смогла сосредоточиться. Не на стенах, конечно, а на той стержневой мудрости, которую тюрьма как героон предоставляет интересующимся.

То есть, один из мотивов Чингисхана заехать за решётку – это даровать благословение своей жене. И она новую ситуацию восприняла – почти вынужденно. Этот дар со временем, очевидно, оценить смогла. Как бы то ни было, Борте не только отправилась извлекать Чингисхана из тюрьмы – но, главное, это ей удалось.

Для успеха операции побега ей обязательно понадобилось составить адекватную модель ещё и продажных вертухаев. А чтобы составить адекватную модель вертухаев, надо осмыслить не просто тюрьму как целое, но и феномен внутри стен тюрьмы героона. Тогда становится понятно, что основная функция наёмного вертухая – растление.

Многие чалились и чалятся по тюрьмам, но редко кто в ней дорастает до осмысления храма Весты, Девы. Тем более не дорастают жёны или любовницы чалящихся. А Борте смогла. Встретить такую как Борте, и даже просто о такой вспомнить – это удача.

Действительно, как много женщин, после того как муж попадает в тюрьму и шансы на карьеру чиновника у него снижаются, с супругом разводятся! По противоположным причинам. С одной стороны, он в тюрьме растёт до уровня Учителя, а ей хочется, наоборот, извращений. С другой стороны, муж может остаться по масти всего лишь простой уголовной шпаной, никак по ступеням чёрного порядка взбираться к Небу не будет, соответственно, и ей не поможет – чего с таким «лишенцем» дальше валандаться?

Но так бы рассуждала хоть сколько-то светлая женщина с запросами, но никак не обычная. Для обычной всё наоборот: чем больше оправданий своей дефективностью принесёт муж, тем крепче она со своей жаждой извращений будет за него держаться. Руками и ногами. И даже будет с готовностью повиноваться, если он ещё и наркоман с отбитыми мозгами. Собственноручно отбитыми. Но Борте, судя по её поступкам, – светлая. У неё реакции иные, чем у обычных женщин.

Контакт с такой редкой женщиной для таких как старый монах (волхв, шаман) и Золотая серьга – великое благословение. Настолько ценное, что можно скинуть в пустыне с одного из своих верблюдов товар, и бросить этот товар в пустыне – с тем, чтобы освободить для такой женщины место. Одного верблюда – ей, другого – её сыну. А караван всего из десятка верблюдов. ЧЕМ БУДЕШЬ РАСПЛАЧИВАТЬСЯ? ТЫ ЗНАЕШЬ

Вот, о Чингисхане всё повторяют: Великий завоеватель, Великий завоеватель! Гораздо реже говорят, что он – Великий правитель. Великий правитель, при котором процветали и его страна, и окружающие страны. А ведь, среди прочего, он ещё и Великий муж. А его жизнеописание – ещё и описание Истории Великой любви. Настоящей любви. Настоящей, а не сопливых причмокиваний и пустопорожних обещаний. Но таким его не видят те посредственности, которые ничем бытовым не хотят поступиться, чтобы помочь своей жене нравственно разогнуться.

Из того, что старый монах вкладывался в развитие Борте, вовсе не следует, что он никак не помогал Чингисхану. Чингисхан был правителем, а управляет всегда взаимоусиленная пара. То есть как бы ни был хорош сам по себе он, но если она сильно отстаёт от необходимого для пары уровня, то вся пара теряет в результативности. То есть, стороннему учителю в ряде случаев надо вкладываться в слабое звено. И из разбираемого эпизода встречи в пустыне старого монаха и жены Чингисхана следует, что это была Борте.

Судьба не одарила перспективную Борте заточением в тюрьму, местом для ускоренного развития некоторых. Значит, ей нужно было помочь как-то иначе. Помочь ей и взялся старый монах. Монах – настоящий, устроитель чёрного порядка, и, как мы увидим ниже, уже не буддист. Цель – вовсе не помочь Чингисхану бежать, а помочь Борте, перед глазами которой стоит Чингисхан, который, подобно Сталину добровольно пошёл в тюрьму, вырасти в постижении Храма.

Очень важная деталь: вот, лежит уже мёртвый монах, а рядом, на видном месте – косточка белой вороны, опознавательный знак, по которому Темучжин и Борте могут узнавать друг друга на расстоянии. Не в кармане монаха лежит, а с ним рядом. Как она сюда из кармана попала?

Борте не стала бы обыскивать труп старого монаха, поэтому он и позаботился, чтобы косточка осталась лежать вне его тела. Но когда он эту косточку вынул? До своей смерти или уже после? Странный, казалось бы, вопрос. С точки зрения бытовой, безусловно, до. Но в тех местах бывает, что живут и после смерти. Вспомним нетленного ламу Итигелова, бурята, русофила.

А если старый монах косточку вынул из кармана уже после смерти, то законный вопрос: а когда он умер? Только когда он уже упал? Или умер, но ещё шёл? Так до или после? Сколько он ещё переставлял ноги, после того как сердце его уже остановилось, и он перестал дышать?

Восприятие этого вопроса вызывает трудности. Не удивительно, ведь осмысливать его фактически запрещено. Но вспомним рекомендованного Сталиным героя Александра Матросова, чей подвиг пишущими так и остался неразобранным. Он закрыл грудью амбразуру немецкого ДОТа, понятно, уже после смерти, ведь прежде чем он с амбразурой соприкоснулся, пулемётчик поразил его десятком и более того пуль в упор. После поступка Саши немцы и из этого ДОТа, и из соседних, и из окопов повыскакивали и побежали. Вернейший признак совершённого подвига.

Но что произошло на самом деле, и что осталось так и не проанализированным? В ситуации воспроизвёлся Храм. Ведь немецкий полк, который побежал, был тот самый, который казнил Зою Космодемьянскую. Понятно, что Саша Матросов об этом знал и о судьбе Зои размышлял. С «сорока лучшими» тоже проблем не было. Составился полный комплект: Дева, «сорок лучших», дед-герой. Тут не надо забывать, что Саша Матросов – башкир, то есть сибиряк, так скажем, особо приближенный к Храму. Кстати, как и Зоя Космодемьянская, в особенности после её приключений в красноярской тайге.

То есть у «старого монаха» та же функция, что и у Саши Матросова. Одного можно постигать через другого. Сомнительные и недостающие детали относительно бывшего настоятеля, ставшего шаманом, можно позаимствовать из развёрнутой биографии Саши. Существенная разница в возрасте? Ну так и что?