— Что с тобой? — спросил он ее.

— Такое же ощущение, как было у меня тогда.

— Тогда это когда? — скаламбурил он.

— Это тогда, когда я была в положении, — сказала чуть бледная Кармен.

— Не может быть! — оторопел и уставился на нее Дмитрий.

— Может, Дима, когда так безумствовать почти сутки, полностью отдаваясь друг другу... В таких случаях это и происходит, да и время для меня было опасное. А я не предохранялась — поверила тебе и приняла тебя. Ты что, испугался?

— Нет, нет, что ты. Я просто не могу в это поверить, так все внезапно.

— Дурачок, для этого и минуты может хватить, — засмеялась она, накрыв его руку своей прохладной ладонью.

И вот тогда-то, как черт из табакерки, откуда-то нарисовался Женя с обрюзгшим восточного вида приятелем и двумя матерыми сорокалетними путанами далеко не первой свежести. Встреча была неожиданной, и взрыв скандала произошел мгновенно. Женя предъявил долг за Кармен, за что тут же схлопотал по уху, а на крики, что теперь он ей включит «счетчик», — получил от Дмитрия короткий прямой по зубам. Его грузный товарищ оказался не по годам шустрым малым. Схватив с ближнего столика фужер из-под вина, он разбил его о край стола и пошел на Дмитрия как бульдозер, размахивая перед собой, словно веером, рваной стеклянной «розочкой». Он чуть не задел ею Кармен, которая хотела вмешаться и остановить драку. Дмитрий чудом успел отбросить ее в сторону и, перевернув на ноги жирного кабана стоящий между ними столик, во избежание дальнейших «героических» телодвижений генацвали, воткнул последнему «перо» в мягкое место. Воинственный пыл «героя» ресторанных скандалов моментально иссяк, но прорезался внезапно высоким визгливым фальцетом.

— Вызывайте милицию, он меня ранил! — орал потерпевший благим матом. Что и было исполнено их матерыми попутчицами.

По совету Дмитрия, Кармен тогда же уехала домой. Ближайший постовой, подошедший по вызову, задержал Дмитрия и потерпевшего Женю. Остальные дамы и раненый «кавалер» поспешили уйти, дабы не фигурировать при даче свидетельских показаний... После чего Дмитрия на «луноходе» отвезли в ближайшее отделение милиции.

Дмитрий, перепрыгивая через глубокие заснеженные лужи, добрался до ближайшего телефонного автомата. Из всех денег, что были у него при задержании, остался только один гривенник (видимо, на метро и автобус) — доехать до дома. Заглянув в сложенную вчетверо салфетку с фирменным названием кафе «Московское», он опустил монетку в автомат и набрал записанный номер.

На том конце долго не поднимали трубку, затем ворвавшийся запыхавшийся женский голос затараторил:

— Вань, это ты? И де ты счас?

— Нет, извините, — остановил ее Дмитрий. — Я звоню Кармен. Если можно, позовите ее к телефону... пожалуйста, — добавил он, чуть помедлив.

— А ее нет, вчера объявилась поздно ночью и утром рано умчалась, а куда, бог ее знает. Может, к Люське — подруге еёной, а может, в общагу к себе. — И положила трубку.

Ладно, решил Дмитрий, ездить зайцем мы не будем, и, сойдя с тротуара на проезжую часть улицы, остановил лихо притормозившего водителя «Москвича», предупредив сразу: только что из КПЗ, денег ноль, рассчитаюсь по приезде сполна, без обид и глупостей. Водила среагировал только одним словом:

— Садись.

Дорога до общежития прошла почти в обоюдном молчании. Оставив водиле в залог пустой бумажник с паспортом, он вышел и заспешил к проходной общежитского корпуса.

Без документов внутрь не пропускали. Но одна из девушек сообщила, что Кармен, взяв сумку с вещами, уехала к подруге, Людмиле. Где та живет, никто не знал, но телефон имелся у одной из девушек, снимавшей вместе с Кармен комнату. Тут же нашлась у кого-то «двушка», и любопытно-сочувствующие взгляды проводили его до кабины телефона-автомата. С замирающим сердцем он набрал заветный номер. Ответивший женский голос сообщил, что Кармен еще не приехала.

— Вы в каком районе находитесь? — спросил Дмитрий.

— ВДНХ, — автоматически ответил голос.

— Ну, скоро появится, — сказал он.

— Вряд ли, ехать-то ей через весь город, перезвоните минут через сорок, может, уже будет, — сказала Люся.

— Постараюсь, — ответил он и выскочил из общежития.

Упав на сиденье рядом с водителем, скомандовал:

— Гони на ВДНХ, оплата по твоему тарифу.

— Ну-ну, — буркнул водила. — Посмотрим...

Менее чем через полчаса, проскочив Сокольники напрямую, они вылетели к станции метрополитена и остановились прямо напротив единственного выхода, у перехода.

— Сколько я тебе должен? — спросил Дмитрий водителя.

— Две дороги и ожидание — всего двадцатка.

— Хорошо, получишь четвертак, только пособи еще чуть-чуть.

— А что надо? — отозвался тот.

— Малость, одну девушку подождать и подъехать с ней к дому.

— Любовь, что ли? — усмехнулся шофер.

— Она самая, — сокрушенно вздохнул Дмитрий, и в этот момент из метро вышла Кармен.

Легкий бежевый плащ очень здорово сочетался с ее яркой, лимонного цвета косынкой на черных волосах. Глаза ее закрывали огромные солнцезащитные очки с зеркальным отражением.

— А вот и она, — сказал Дмитрий и вышел из машины.

От неожиданности Кармен ахнула, когда он, внезапно подойдя к ней, взял ее за локоток.

— Дима, как ты здесь оказался?

— Да вот тебя встречаю.

— Откуда ты узнал, что я выйду из этого метро?

— Сердце подсказало.

— Ты это серьезно? — выдохнула она, широко распахнув свои удивленные глаза.

— Да нет, конечно, — засмеялся он, — я шучу, просто проезжал мимо и вдруг вижу — ты выходишь из метро, пришлось попросить водителя остановиться...

— Это судьба, — важно сказал водила в открытое окно и добавил: — Садитесь скорей, здесь теплей, чем на улице.

— Тебя уже выпустили?

— Как видишь.

— И ты ехал домой?

— Да.

— Действительно, похоже на судьбу... — сказала Кармен. — А мне нужно здесь, недалеко, зайти к одной знакомой.

— И что, остаться у нее? — спросил Дмитрий.

— Не знаю... — неуверенно произнесла Кармен.

— Ладно, давай определимся так: если у тебя есть двадцать пять рублей, заезжаем к твоей знакомой, а позже я тебе верну эти деньги. А если нет, поедем ко мне домой, так как мне необходимо рассчитаться с водителем.

— У меня нет с собой двадцати пяти рублей, — растерянно ответила она.

— Ну и хорошо, садись и погнали.

— А подруга? — вырвалось у Кармен.

— А подруга подождет, — заверил ее Дмитрий, усаживаясь рядом с ней в машину.

По лицу Кармен было видно, что она нервничает, не объясняя причины, и, видимо, при постороннем не хочет говорить о том, что ее тревожит. Ну что же, решил Дмитрий, отложим на потом все вопросы.

Отца дома не было, но зато повстречался в лифте сосед с тринадцатого этажа Павел-«кавторанг», как его за глаза называл Сергеич. Выслушал с понимающей ухмылкой вкратце рассказанные приключения Дмитрия и без слов одолжил «четвертак» — рассчитаться за машину. Минуты через две Кармен и Дмитрий, отпустив водителя, поднялись на лифте на четырнадцатый этаж. Их долгий, начавшийся со второго этажа поцелуй прервал голос капитана второго ранга:

— Дмитрий и вы, девушка, зайдите ко мне на несколько минут.

Тут только они поняли, что лифт остановился на тринадцатом этаже и у открытых дверей стоит Павел. Подхватив сумку, Дмитрий первым вышел из лифта, он не любил задавать лишних вопросов. Кармен последовала за ним в квартиру Павла с предупредительно открытой дверью.

— Ну, друзья мои, рассказывайте все без лишних подробностей, — предложил капитан второго ранга, разливая в чашки горячий ароматный чай из лесных трав, искусно заваренный хозяином. Большая тарелка с медом и плавающими в ней янтарными маленькими айсбергами пчелиных сот располагали к откровенности.

Павел слушал внимательно, почти не перебивая, и лишь иногда задавал короткие, почти ничего не значащие вопросы. В самом начале разговора он предложил Кармен снять солнцезащитные очки, пояснив, что время уже идет к вечеру и в квартире не так уж и светло... И только после того, как Кармен сняла их, Дмитрий увидел свежую ссадину на ее лице, которая обещала к следующему дню превратиться в банальный синяк.