— Уж не думал, что до такого доживу, — хмыкнул Глава, обмакивая кончик сигары в небольшой коньячный бокал.

Очередной клуб ароматного дыма взвился к потолку. Однако прекрасная вытяжка моментально очистила воздух в комнате. Она справлялась столь эффективно, что табачный дым даже не успевал впитаться в деревянные стены помещения. Отчего некурящему Валерычу было совсем не трудно расслабиться здесь.

— Интересно, как же ты его убедил? — подобрался Елизар Петрович. — Нашего мальчика не так просто обвести вокруг пальца.

Несколько секунд Глава сидел с загадочным лицом, катая по языку терпкий глоток коньяка.

— Не я, — наконец покачал головой Игорь Георгиевич. — Мои аналитики неделю готовили информационную атаку. Затем по разным каналам мы аккуратно принялись подкидывать кусочки мозаики Светлане. И, естественно, она моментально собрала из хлебных крошек «каравай».

Со специалистом класса «Сигма» иначе и быть не могло.

— Красиво, — решил Валерыч.

Вот только у воеводы были свои поводы беспокоиться. Хотя бы потому, что договориться о параметрах взаимовыгодного сотрудничества удалось не так давно. И ставить соглашение под угрозу не хотелось. Даже ради столь важной операции.

— Что же ты скажешь, когда Павел поймёт, что это всего лишь дезинформация? Парень наверняка потребует ответа. И ты знаешь, что стандартные «отписки» его не устроят.

— Скажу правду, — честно признался Глава. — Эта операция не против его Ветви.

Собравшиеся понимающе кивнули. Никто и не предполагал, что глава клана будет настолько глуп, чтобы тратить огромные ресурсы лишь для того, чтобы ставить шпильку слишком активному племяннику.

И для юного бунтаря это объяснение будет вполне… приемлемым. Не то чтобы полностью устраивающим. Но хотя бы аргументированным. В конце концов, с принципом доведения в части касающейся молодой человек никогда не спорил.

А уж тот факт, что его «тонкая душевная организация» пострадала… Так эмоции нужно лучше под контролем держать. До этого вывода главный бунтарь клана дойдет самостоятельно.

— То есть это удар по Правлению, — задумчиво оценил Анатолий Георгиевич.

Его сигара застыла в пальцах уже давно, но он не обращал на это внимания, глубоко погрузившись в свои мысли.

— Именно, — подтвердил догадку главный Волконский. — Теперь мы знаем, в какую «точку» они ударят. И будем готовы.

Анатолий Георгиевич недовольно покачал головой, уставившись на брата тяжёлым взглядом.

— То есть ты сделал из моего сына наживку? — спокойно спросил он.

В этом не было ничего необычного. Формально Глава был в своем праве. Но духу соглашений с молодым главой Ветви игра вслепую противоречила более чем полностью. Не говоря уже о том, что второй человек в клане всех своих детей любил. Как умел, правда. Но все же.

— Не я, — спокойно ответил Глава, наблюдая за движением дыма. Струйка благодаря мощной и продуманной вентиляции не уходила вверх к потолку, а «отплывала» горизонтально, в сторону едва заметных воздухозаборников, из-за чего дым красиво струится, не раздражая глаза. — Павел Анатольевич сам нарисовал на своей спине огромную мишень, когда решил идти против всех. Я лишь воспользовался ситуацией. Тем более мы не оставим твоего сына справляться в одиночку.

На это возразить отцу главного бунтаря клана было нечего. Сын действительно ярко отметился на политическом ландшафте. Большинство к этому моменту уже бы свернуло себе шею. Однако богиня удачи, казалось, поцеловала Павла в макушку. Во всяком случае, серьёзных потерь он пока не понёс. А результаты его говорили сами за себя.

— Мне это всё равно не нравится, — подытожил Анатолий Георгиевич.

Эту реплику пропустили мимо ушей все. Заместитель главы просто обязан был это сказать. Однако повлиять он уже ни на что не мог. Разве что проследить, чтобы рядом с сыном оказалось достаточно гвардейцев Волконских, чтобы прийти на помощь в любой ситуации.

— Думаешь, это заставит «спесивца» действовать? — уточнил Валерыч.

Вопреки тщательно выстраиваемому образу, он не был сапогом кирзовым. Гибкость мышления у пожилого уже воеводы была потрясающая. Однако даже для него подобная операция была слишком тонкой. Очень много точек, когда что-то могло пойти не так.

— Он уже нервничает, — усмехнулся Елизар Петрович, как всегда державший руку на пульсе. — Активность его запросов по службам возросла едва ли не на порядок. Спикер уже затребовал дополнительные силы и машинное время вычислительного разведывательного комплекса. Насколько мне известно, в его операциях на данный момент задействовано до пятнадцати процентов ресурсов клановой разведки.

— Как к войне готовится, — покачал головой Анатолий Георгиевич, сжав пальцы на подлокотниках. — Полагаю, он попытается решить вопрос с Павлом до того, как ветвь наберёт силу.

— Думаю, да, — согласился глава. — Наш дорогой Михаил Павлович врагов за спиной не оставляет.

Он ненадолго задумался, выпустив ещё один клуб дыма.

— Мишаня всегда был нетерпеливым. С этим ничего не поделаешь — характер. Но надо отдать ему должное: держать себя в руках он умеет. Значит, дров не наломает.

В голосе Игоря Георгиевича прозвучало сожаление. Если бы Михаил Павлович решился на резкие действия, убрать его было бы куда проще. Однако приходилось ждать, пока он не совершит фатальную для себя ошибку.

Все эти размышления приправляла явная толика горечи. Глава прекрасно помнил, как в детстве они все вместе учились и тренировались, чтобы позже занять ключевые посты в клане. Тогда жесткость «Миши» казалась чем-то естественным. А потом он стал пытаться отбирать у братьев «игрушки», называя это справедливым перераспределением. И вот теперь дело дошло до Трона клана.

— Стоит ли предупредить Павла? — риторически задал вопрос Елизар Петрович.

— Не вижу смысла, — к удивлению собравшихся, эти слова произнёс отец бунтаря. — Мой сын неплохо адаптировался к подобным ситуациям. Да и его служба безопасности всегда находится в повышенной боевой готовности. Тем более он уже оценил первый подход спикера. Стало быть, понимает, с кем имеет дело. Тем более на обострение он пошёл сам. А это значит, что к ответному удару Павел готов.

— То есть наблюдать мы будем издалека, — скорее констатировал, чем спросил Игорь Георгиевич.

— Я зарезервирую несколько мобильных групп, — вмешался воевода. — Мы расположим их по периметру района обитания нашего мальчика…

Братья кивнули. Они прекрасно знали, что разведке пока удалось установить лишь примерный ареал обитания молодого человека. За этим бунтарь следил тщательно. Нет, конечно, если бросить на решение этой задачи все силы, то в скором времени Шут будет локализован. Но стоит ли это ссоры с парнем?

— … Если Павлу понадобится помощь, время реакции будет не более пяти минут, — продолжил воевода. — Полагаю, что своих сил у него вполне достаточно, чтобы продержаться до нашего прихода.

Казначей поудобнее устроился в кресле и потянулся за коньячным бокалом. Он с отеческой гордостью обвёл глазами своих учеников. «Насколько же они повзрослели!» — мелькнула невольная мысль у старого казначея. Да, «малыши» до сих пор совершают ошибки и даже крайне редко, но всё же делают глупости. Однако троица мелких шалопаев уже давно стала опытными политиками. Анатолий Георгиевич, как всегда, предпочитал роль серого кардинала. Его брат стремился к власти с самого детства. Трон главы Волконских — вполне достойная награда за его усердие. Валерыч же, хоть и притворяется чуть ли не валенком, оказался вполне компетентным воеводой и политиком. Учителю было чем гордиться.

Именно под этот молчаливый тост Елизар Петрович сделал глоток выдержанного ароматного напитка.

Три дня спустя.

— И что это с ней? — негромко поинтересовался Павел.

Юсупова пожала плечами.

Это движение заслужило короткого задумчивого взгляда собеседника.

— У Фила нахваталась? — уточнил парень, еще год назад в принципе не способный представить, что подобное в исполнении «небожительницы» вообще возможно.