— Братан, — у Юрая, по мере продвижения по тексту, лицо всё больше вытягивалось. — Так ты что, этот, как его… Ну, которые магию изучают, да?

— Я просто любознательный армаер, — усмехнулся Артур.

— М-да, — Брина покачала головой. — Я половины не поняла. Слова знакомые, но как-то смысл…

— Если короче, ставишь возле портала маяк, — произнёс Закарий. — И он никуда не девается. Про то, что в Тумане порталы блуждающие слышали?

— Да, это слышали, — произнёс Солан.

— Вот, маяком их закрепляют. А чтобы снова найти — нужен настроенный на маяк тлокис.

— Поэтому, за тлокисами, настроенными на конкретный маяк надо внимательно следить, — добавил Вайлент с усмешкой. — Иначе придёшь к порталу, а там тебя уже встречают поклонники твоей удачи.

— Или ты зашёл, — добавил Закарий. — Весь в работе, добычу собираешь. А потом раз и тлокис стал холодным. Возвращаешься, а портала нет.

— Брина, а сколько у вас людей? — спросила Танатрия. — Я имею в виду тех, кто будет в андоны ходить?

— Мия… — а на это заговорил Солан.

Причём вкрадчивым тоном.

— Да, именно поэтому, — произнесла эри. — Нам нужны люди, не связанные с местными отрядами. В том числе и через Астерию. Я же правильно поняла, вы сами по себе?

— Всё так, — подтвердил Солан. — Но вы же нас не знаете.

— Так узнаем, — ответила Танатрия. — Туман и андоны быстро суть обнажают. Возможно, вы и друг про друга не всё знаете.

— Вряд ли, — уверенно, даже очень уверенно произнёс Солан. — Мы все собрались… Благодаря не самым радостным событиям в наших жизнях. Наша командир же имеет… Скажем так, типа такого же взгляда на жизнь, как имеют эри. Я про Путь Листа. Вам же знакома эта философия, Мия?

Танатрия слегка усмехнулась.

— Знакома, Солан, — ответила эри. — А вы, значит, разделяете… взгляды вашего командира. Все?

— Те, кто не разделяли или разделяли не до конца, либо не выжили, либо ушли, — ответила Брина. — Остались только те, кто понял. И принял.

— Даже торговец это принял? — сощурилась Танатрия.

— Понимаю ваши сомнения, Мия, — спокойно ответил Солан. — Я был одним из тех, кто сомневался, именно по причине прошлой профессии, ну и возраста. Всё-таки мне уже на шестой десяток и я по миру достаточно поездил.

— Любопытно, и в чём же суть вашей философии? — спросил Эда.

— Всё очень просто. Либо делай, как надо, либо смерть.

— Радикально, — удивился Вайлент Морахар. — И кто у вас палач? Командир?

— Нет, — усмехнулся Солан. — Смерть придёт сама.

— Спорное утверждение, — вставил Закарий. — Я знаю массу ублюдков, которым уже прогулы ставят на кладбище. Но они живы и здоровы.

— Они не состоят в команде «Катена», — ответила Брина.

Ответила твёрдо, очень уверенно.

— И не видели мир через решётку рабской клетки, — добавил Солан. — Вы бывали на рудниках Перитор, господа? Чудное место.

— На эти рудники преступников отправляют, — заметила Эда. — Вы что, все…

— Это уже давно не так, не только преступников, — у Солана лицо затвердело. — Выгода, господа. Выгода правит на Лакруме. Найтрумы слишком дорогой и востребованный товар, чтобы соблюдать общественные правила. Единственное ограничение, что добывать найтрумы могут лишь одарённые. Поэтому, среди нас только такие.

— Ты тоже? — удивилась Эда.

— Да, представьте моё удивление, когда это обнаружили на пересылке, — невесело усмехнулся Солан. — Мне, человеку пятидесяти лет, говорят, что у меня есть дар. Но меня это не обрадовало. Потому что нас всех ждали рудники найтрума. А потом случилась командир. И вот мы здесь. Да, Брина?

Женщина практически оскалилась в ответ.

— А затем мы пробирались на побережье. Захватили галеру. Нас пытались убить, пытались по-разному. Но все эти работорговцы, охранники и их ручные армаеры ничего не смогли с этим сделать. Мы прошли. Потому что перестали быть рабами. Поэтому…

Солан сощурился.

— Если ты не делаешь дело, ты раб. А, значит, мёртв.

— Философия воина Пути Листа немного другая, — заметила Танатрия. — Сошедший с пути не считается мёртвым.

— А воином?

— Просто воином тоже может быть, — спокойно пояснила эри. — Воином Пути не может. Потому что на Путь не вернуться, если с него сошёл.

— Если бы вы сошли, Мия, — спросила Брина. — Вы бы стали жить?

— Ученик. Поясни людям.

— Или идёшь по Пути, — заговорил Артур. — Или ты ошибся. Тогда умри с честью.

— Небольшая разница, не находите? — усмехнулся Солан. — Мия, а когда у воина возникают сомнения, как вы находите правильное решение?

Танатрия сделала жест в сторону Артура.

— Ошибку воин Пути может допустить только один раз, — ответила она.

— Из двух путей воин должен выбирать тот, который ведёт к смерти, — подхватил парень. — И это не красивая фраза, а прямое указание к действию. Юные воины, ещё не знающие жизнь, должны руководствоваться этим правилом, дабы не сойти с Пути.

— Хм. А вот это хорошо, — заметил Солан, кивая. — Мы-то, по большей части, уже те самые, посмотревшие. И на себе ощутившие последствия. Тем, кто не прошёл такой дорогой и вправду, нужен ориентир. Я вот в минуты сомнений, просто начинаю ощущать колодки на руках. Только хочется по лёгкому пройти, сразу колодочки руки оттягивают. Кстати, вы знали, что колодки — это поистине революционное изобретение в работорговле? С ними скользить нельзя. Железная руда, добываемая на том же Лакруме, из-за близости к найтрумам, имеет свойство сильно мешать магическим манипуляциям. И колодки делаются с применением именно этого железа. Поэтому же колодки такие тяжёлые.

Брина на это приобрела очень мрачный вид. Артур же припомнил свои ощущения. Ну, да. Колодки были прям…

— Братан, — зашептал Юрай. — А чё, мне тоже… Ну, также выбирать?

— Необязательно, — ответил Артур. — На Путь никто никого не загоняет. Это дело исключительно добровольное.

— Так сколько у вас людей, Солан? — спросила Танатрия.

— Ну, раз вы всё равно будете нас обучать, — произнёс Солан. — Семь. Армаеров. Я, к сожалению, в это число не вхожу. Возраст. Я должен делать то, что у меня получается лучше всего и тем самым максимально помогать остальным. Парадокс, но если бы я рванул в армаеры — это было бы проще.

— Маги, целители есть?

— Есть. И целитель, и маг, — ответил мужчина.

— То есть, полноценная команда… Это хорошо, — кивнула Танатрия.

— Мия, раз уж у нас такая откровенность возникла. Зачем вам команда?

— Чтобы ходить в андоны, конечно, — ответила эри. — Для чего же ещё? Об остальном позже.

— Понимаю, — Солан покосился в сторону капитана. — Тогда может, продолжим про Туман?

— А потом мне ещё раз повторять? Со всеми вами буду беседовать. И не только беседовать.

— Справедливо, — признал мужчина. — Один вопрос. Как вы относитесь к эри, которые попали в рабы?

— Никак. Я не могу вынести суждение, не зная эри.

Раннее утро

— Что с ним? — спросила Эда у капитана.

— Да уже день мучается, — вздохнул тот. — Сначала живот болел. Теперь что-то совсем кишки закрутило. Видать, сожрал что-то не то.

— У нас целитель есть. Может глянуть, — предложила Эда.

Капитан посмотрел на неё хмуро. Поморщился.

— Хорошо, — произнёс он. — Только это… Вы уж совсем цену не сбейте. Нам же надо и семьи кормить.

— Как пойдёт.

Эда поднялась. Аккуратно ступая между вещами, она дошла до парней. Потормошила того, кто был постарше и в армаерском доспехе…

… Артур пощупал живот парня. Жёсткий. Как доска. И явно температура.

— Сколько уже так? — спросил он.

— Второй день, — ответили ему. — Вчера ещё ничё было, только рвало. А сегодня вот, совсем скрутило.

— К берегу, — отрывисто сказал Артур.

— Чё?

— К берегу быстро! Он у вас умирает!

— А? А-а, понял! — молодой мужчина рванул в сторону кормы.

— Наставница! Брина! К берегу пристанем, этого выносите! — Артур, распрямившись, показал на пациента. — Так. Бухло есть? Крепкое?