— Я уже думал на колени падать, — ворчнул пацан.

— Как говорит наставница, боль нам даётся не просто так, — с видом мудреца изрёк Артур. — Кто мешал тебе обмотки применить, а?

— Дык я это… Не знал.

— Не знал, что обувь носят не на голую ногу? — иронично спросил Артур. — Теперь запомнил?

— Да, — с лёгким недовольством произнёс Юрай, приковыляв к кровати. — Запомнил.

— Сюда садись, — хлопнул Артур рядом с собой. — Ноги на колени мне клади.

— Дык они того, грязные, — смутился Юрай.

— Дорогой друг! Видел бы ты, в каких местах и условиях порой целители работают! Выгребная яма покажется клумбой с цветами!

Юрай протянул свои вички под руки целителя.

— Так вот, друг мой, — произнёс Артур. — Член команды «Хорум» не может быть невежественным.

— Чё? — не понял Юрай.

— Говорю, читать ты должен уметь. Считать. Командир, я правильно полагаю?

— Твой подопечный, ты и думай, — ответила Танатрия. — Мне и так хватает учеников.

— А когда это я учеником обзавёлся? — удивился Артур.

— Командир я или в носу ковыряюсь? Или тебе нужен письменный приказ?

— Ага. Юрай.

— Что? — с некоторой опаской произнёс парнишка.

— Трудно тебе будет, детёныш человека, — усмехнулся Артур. — Два сложить два, сколько будет?

— Сколько?

— Четыре. Сам проверь. Два пальца и ещё два пальца.

— А, вот так считать? Тогда нормально.

— Да-да. А двадцать раз по двадцать?

— Чего? — выпучил глаза Юрай.

— Четыреста, — ответил Артур. — Четыре сотни, понимать? Семь раз по семь?

— И сколько? — спросила уже Танатрия.

— Сорок девять, наставница. Меня-то так примитивно проверять не надо.

— Примитивно? А десять раз по шесть?

— Шестьдесят. А двенадцать раз по двенадцать — сто сорок четыре.

— Обалдеть! — выдал Юрай. — Артур, ты что, счетовод?

— Просто умею считать, сложного немного, — хмыкнул Артур.

— А из ста вычесть сорок два? — опять выдала Танатрия.

— Пятьдесят восемь, — уже с укором ответил Артур. — Если это число пополам разделить, то будет двадцать девять. А если на четыре то… Четырнадцать… с половиной.

Танатрия отложила книгу. Села на кровати, с интересом смотря на ученика. Артур же поставил пальцы рядом с мозолью на ноге Юрая.

— Девять раз по девять?

— А может попозже? — покосился на неё Артур. — Я так-то слегка работаю. Восемьдесят один.

Танатрия ухмыльнулась. И сощурилась…

… — Тридцать шесть разделить на шесть частей?

— Шесть частей, — ответил Артур.

— Да, на шесть, именно.

— Это ответ, наставница. Шесть раз по шесть — тридцать шесть. Шесть раз по восемь — сорок восемь.

— Хех. Однако!

— Давайте я разделю, я не знаю, тысячу двести тридцать пять на пять? И на этом остановимся?

— Так-так, ну-ка.

Артур закатил глаза. А Юрай, с вылеченными уже ногами, сидел на кровати, сверкая азартно глазами.

— Сейчас, — вздохнул Артур. — Так, два… четыре… Двести сорок семь.

— Да как⁈ — воскликнула Танатрия. — У тебя что, кости в голове?

— Ну, да, череп называется, — ехидно заметил Артур.

— Считальные! Как ты так быстро такую жуть вычислил?

— Круто, Артур! А давай ещё?

— Хватит. Пойду воздухом подышу. Наставница, книга сама себя не прочитает…

… Смеркалось. Ночь опускалась на мир. А тут и вправду, друг на друге сидят. Строения по берегу не прерываются. То есть, бесконечная деревня вдоль реки. Кое-где горят огни. Судя по мерцанию и цвету — живой это огонь. Пламя, то есть.

На корабле тоже зажгли фонари. Один рядом, на корме. Устройство знакомое. Внутри застеклённой коробки помещён медный сосуд. Надо полагать, внутри масло, в которое опущен фитиль. Ну, да. Найтрумы — это для богатых.

Артур поморщился, когда вспомнил недавние события в Астерии. Одно несколько сглаживало углы. А именно, доля в продаже кристаллов с тилглисами. Конечно, Закарий с Морахаром это подали так, что потом на сдаче добычи рассчитаются.

«С другой стороны, а нахрена мне прямо сейчас деньги? Накормят меня и так. Одежда есть, крыша надо головой тоже. Снаряга с оружием — так попробуй ещё найди лучше».

Чёрт возьми. Похоже, мы записались в эти… как их. Хипстеры. Или хиппи? М-м, с терминами некоторые проблемы. Ладно. В общем, выходит, что мы уже вышли на некий самодостаточный уровень. Учись себе и всё. Простая жизнь, без головняков.

«Но если посмотреть с высоты Накрионов тех же — это натуральная нищета. Вот сами же придумали себе все эти критерии и всем их навязывают».

Но ладно. Не надо уж так… Коммунистично. Не может же Бэла Накрион взять и поселиться в доме команды? Родственники не поймут, слуги обалдеют и так далее. Может и рада бы, да как?

«Кесарю кесарево, кажется так? Только это изречение или хирургический стёб?»

Но это хорошо, что быстро уехали. А то ещё бы какие-то гениальные идеи в их высоколобые головы стукнули. Например, жениться на какой-нибудь девушке. Такой, не сильно свысока. С формулировкой: «Тебе так будет лучше». И достучатся, что такая подача, мягко говоря, спорная, можно только с ноги. Или подкатить к Танатрии… Например, с условием, что Артур ходит в этот их Дом, а Накрионы молчат про наставницу.

«А вот это, так-то, вполне реально, — с холодком по спине подумал Артур. — Хорошо, что они не допетрили до такого пассажа».

Артур покосился через плечо. О, и наставница решила вечерний моцион сделать

— Я проверила, — произнесла она. — Ты верно ответил.

— Рад, что ты мне так доверяешь, — иронично заметил парень. — Прям гордость проснулась.

— Как ты это делаешь? Это же не случайность. На чувства, интуицию не спишешь.

— Представляю цифры в уме, — ответил Артур. — В уме же произвожу действия с ними.

— А… однако, — нахмурилась Танатрия. — Хм. И как это применить? Правда что ли тебя в счетоводы определить?

— Только если в нашей команде, — хмыкнул Артур. — Не надо меня сдавать в аренду отрядам.

— А, между прочим, вполне себе дело, — деловито заметила Танатрия.

Проклятье, а она, как есть, не шутит!

— Наставница, мне учиться надо, — с опаской заметил Артур.

— А надо ли? В андоны кому ходить — найдутся.

— Я не хочу сидеть за бумагами! Это не мой путь, абсолютно!

— Ты ещё не пробовал.

— Я буду сопротивляться. Кусаться и царапаться. Не видать вам тела… хм, армаерского!

— Да ладно, восстал, гляди-ка, — усмехнулась Танатрия. — Между тем. Как-то это связано, быстрое освоение тобой магии и такая сила воображения. Надо нам с Тёрном это плотно обсудить. Может, удастся найти интересный вариант. Иметь уникального, а, значит, сильного мага в команде — это очень приятно.

— Слушай, наставница. А ты специально так себя подаёшь, что смотря на тебя, видишь только бойца?

— А ты думал, я просто тупая? — с иронией спросила эри.

Полдень следующего дня

Гардериан. Лавка Тура Гаехтара

Мергин зашёл в лавку, подошёл к товарищу, который стоял за прилавком.

— Что за дело? — спросил Пертарен. — Новичков каких-то опять выгулять?

— Почти угадал, — ответил Тур. — Вот, госпожа Дэйварен…

— Если можно, без госпожи, — немедленно вставила женщина. — Просто Хана.

Симпатичная дама, лет тридцати. Причёска — карэ. Цвет волос светлый, с каким-то странным пепельным оттенком. Ни следа от возлияний или излишеств, чем грешат многие армаеры. А она армаер, глаз у Мергина Пертарена намётанный. Взгляд какой-то… Непонятный. Словно она сквозь смотрит. И такая манера смотреть была Мергину знакома. Как и неприязнь к слову «госпожа».

— Хм. Дело ваше, — произнёс Мергин. — И привычно даже. Так что у вас за дело?

— Нам нужен наставник по Туману, — произнесла женщина. — Никто из нас не был в Хэблранво.

— Но в андонах бывали? — уточнил Мергин.

— Да, в андоны ходили, — кивнула женщина. — Но, насколько я знаю, Туман — это своя специфика и к нему нужно относится по-особенному.