Когда мы вышли к финишной поляне, все остальные команды уже были на местах и ждали «красных». Анна Петровна с тревогой вглядывалась в лес. Увидев, что я несу кого-то на руках, наша учительница прижала руки ко рту и побледнела.

– Все в порядке! – крикнул я, испугавшись, что она сейчас сама в обморок упадет. Потом обратился к Лизе: – Тебе получше?

– Да, я даже могу идти сама… наверное, – ответила она не очень уверенно, но глаза ее больше не казались мутными.

Нас окружила целая толпа суетящихся взрослых. Они набросились на нас с расспросами:

– Где вы были?

– Что с тобой, Лиза?

– Волков, а ты откуда взялся? Ты же из другой команды.

– Да я просто подумал, что они свернули не туда, – выкручивался я. – Решил проверить. Я эти места хорошо знаю, у меня же папа – лесник. – Фраза «Папа – лесник» стала моим щитом от лишних расспросов.

– Мы… мы хотели срезать… и немного заблудились, – смущенно пробормотала Лиза.

Я поставил ее на ноги, и она оперлась на Анну Петровну.

– Ничего мы не заблудились. Это ты в обморок хлопнулась, – мрачно насупился Степан. – Я бы вас сразу вывел.

Но его никто не слушал. Алексу сделали тугую повязку на ногу, Лизе измерили давление, напоили чаем и дали шоколад для восстановления сил. Оказалось, она сегодня проспала и не позавтракала дома, а голод вызвал головокружение и слабость.

– С детьми всегда словно на пороховой бочке сидишь, – устало вздохнула Анна Петровна, но тут же улыбнулась и крикнула: – Пора объявить победителей! Итак! Барабанная дробь.

Все застучали ладонями по коленкам, так мы всегда изображали напряженное ожидание.

– Победителями квеста становится команда… «зеленых», капитан Александр Быстров. Они первыми собрали все пять ленточек и прибыли к финишу! Молодцы!

Мы бросились поздравлять друг друга.

– Это бомба! – орал Матвей и тряс всем руки.

Даша с Викой переглянулись с улыбками, а Алекс, хромая, торжественно вышел вперед, пожал руку Анне Петровне, а потом организатору квеста Сергею, который передал нашему капитану бумажный пакет с конфетами и диплом победителей. Остальные хлопали нам с разной степенью радости. Степан стоял с каменным лицом и лупил друг о друга ладонями с такой силой, как будто представлял между ними наши головы.

– А сколько баллов будет начислено к рейтингу класса? – деловито спросила Вика.

Анна Петровна отвлеклась и не услышала ее. Зато Степан услышал.

– Не старайся, Громыхала, все равно нас не догоните.

– Ладно тебе, Степашка, сегодня ты в отстающих. Завидуй молча, – не осталась в долгу Вика.

Я подумал, что если бы у нашей старосты была внутренняя сущность, то наверняка ею оказалась бы змея. А что? Они мудрые, но если их раздразнить, то кусают молниеносно.

Я поймал на себе Дашин взгляд. Она чему-то улыбалась. Не удержавшись, я тоже улыбнулся, хотя и не совсем понимал, чему мы больше радуемся: нашей победе в квесте или общей тайне.

– Приглашаю всех на поляну на пикник. Будем угощаться пиццей! – громко объявила Анна Петровна, и все оживленно потянулись к еде.

Мы с моим внутренним волком очень проголодались!

Алекс шел рядом со мной. Настроение у него было приподнятое:

– Эх, Темыч, вот это приключение! Я уже отправил в блог класса новость, завтра надо будет поподробнее написать.

– Когда ты успел?

– Да пока мне повязку накладывали, – засмеялся Алекс. – Ты ведь спас этих дуриков, я правильно понял?

– Ну не то чтобы спас… Просто помог вернуться в лагерь.

– Я и говорю – спас, – широко ухмыльнулся Алекс. – Классно же, что мы победили, скажи?

– Классно! – сказал я, чувствуя невероятную легкость и благодарность.

Тот, кто сидел у меня внутри, тихонько заворчал, принюхиваясь. Мы уверенно шли на запах пиццы.

Мне кажется, в тот день я вернулся домой совсем другим. Нельзя сказать, что полностью примирился с тем, что жизнь перевернулась с ног на голову. Может быть, я всегда буду этому удивляться. Но я стал видеть не только отрицательные стороны этой истории.

Сегодня волк продемонстрировал, на что способен. Как он меняет меня в лучшую сторону, помогает, поддерживает, делится силой. Он дал понять, что мы не враги, а друзья. А кто же отказывается от таких могущественных друзей, хотел бы я знать?

Мама с папой хранят эту тайну много лет, значит, и я смогу. Надо только научиться контролировать эмоции. Сильные эмоции – боль, гнев, обида – выбивают почву у меня из-под ног, и волк начинает действовать самостоятельно. Он стремится защитить меня, ведь он мой страж. Значит, надо давать ему поменьше поводов волноваться, верно?

Я умывался и видел в зеркале отражение своих глаз.

– Ты здесь? – шепнул я еле слышно.

В ту же секунду глаза вспыхнули золотисто-желтым, а внутри послышалось ворчание. Мол, чего беспокоишь? Мы только что сытно поели, я доволен, и если нет срочных дел, то можно уже вздремнуть?

Не знаю, придумал я эти ворчливые слова или волк действительно мне их внушил, но я улыбнулся сам себе и заметил, что кончики клыков снова заострились. Сейчас мне это даже понравилось.

– Еще раз спасибо тебе, – прошептал я.

Глаза сверкнули, клыки превратились в обычные человеческие зубы, а внутри разлились спокойствие и тепло. Волк не затаил на меня обиду. Он просто очень устал, как и я. Наверное, ему тоже было нелегко пробиться к моему сознанию, тем более что я первые два дня только тем и занимался, что блокировал его и прогонял. Вымотался, похоже, еще сильнее, чем я. Пусть поспит.

Перед тем как я лег в кровать, в комнату снова зашли родители.

– Звонила Анна Петровна, – начала мама осторожно, но глаза у нее были радостные. – Она рассказала, каким ты сегодня был смелым, и просила передать тебе спасибо.

– Да я просто… воспользовался своими уникальными способностями, – фыркнул я, хотя мне, конечно, была приятна родительская похвала.

– А еще звонила мама Лизы Перовой, – добавил папа. – Она сказала, что ты ее дочь из беды выручил.

– Ой, да ничего особенного…

– Мы просто хотели сказать, сынок, что очень гордимся тобой, – произнесла мама и погладила меня по голове. – Ты стал совсем взрослым.

– Волк мне сегодня очень помог, – признался я.

Родители переглянулись.

– Мы так и думали, что вы с ним договоритесь, – просияли оба.

– А таких, как мы, много? – спросил я, хотя глаза уже сами собой закрывались от усталости и пережитых впечатлений.

– Не очень, – пожал плечами папа. – Иначе как бы мы сохранили нашу тайну?

– Но твоя родня с обеих сторон обладает даром, – сказала мама. – В разной степени, конечно, ведь это не так-то просто. В ком-то дар засыпает, над кем-то берет верх, но мы стараемся этого не допускать.

– Что значит «засыпает»? – спросил я.

– Это когда человек подавляет своего внутреннего волка, и тот растворяется навсегда. Даже память о нем исчезает.

– А что значит «берет верх»? – сонно пробормотал я, утыкаясь носом в подушку.

– Зверь начинает контролировать человека, – ответил папа уже без улыбки.

– И что тогда делать?

– На этот случай есть специальные правила, но ты не волнуйся, нас с тобой это не коснется. А сейчас отдыхай.

– Спокойной ночи, мой волчонок, – ласково сказала мама.

Моих сил не хватило на внятный ответ, я пробормотал из-под одеяла что-то неразборчивое. Все вопросы могут подождать до завтра. Родители никуда не денутся, успею их расспросить.

Если бы только знать, что уже через пару дней вопросов станет гораздо больше. Что я очень скоро встречу человека, хранящего похожую тайну, и мне это не понравится.